Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Времени не осталось именно в том смысле, что не осталось пространства, где оно природно движется — внутреннего человека.
Истинная личность — это я во Христе. Полнота — это я во Христе и Христос во мне. Всё, что до того, любая моя работа над собой — это подготовка возможностей для обретения этого состояния себя.
Святой — это присутствие Бога, святая земля, на которую может зайти всякий, кто ищет Бога, и встретиться с Ним.
Христос в нас, а не во мне. Во мне отдельного от других Христа быть не может.
Что человеку нужнее: хлеб насущный или поэзия? Для животного в нём — однозначно хлеб, для человека в нём — однозначно поэзия.
Мир стоит, пока существуют чудаки. Когда останутся только умники — мир рухнет.
Крайняя степень доминанты на другом — юродство.
«Человек звучит гордо», — утверждал ХХ век, но надломился. Должен так звучать, по крайней мере — казалось некоторое время. Но ХХI век смеётся в лицо прошлому: «Гордо звучит лишь кошелёк, и то не всякий, а только правильный».
Океан не разделишь, не делится океан,
океан — океану: единственный диалог.
На гения лучше смотреть благодарными, а не осуждающими глазами, чтобы принять его дары и наделить, а не обделить смыслом жизнь другого человека в своих глазах. Благодарность полезнее для глаз, чем неблагодарность.
Сон есть естества часть, имеющейся неустойчивости - образа смертного, с упразднённым (не сознающим себя) чувством, единую во множестве причин (вины) имеющую, как имеющей помыслов мать, скажу же от естества брашного (питания), от бесов, или снова от высшей и протяжённой алчбы (жажды), от не имеющей же изнемогающей плоти, и сном сие сама увещать (наполниться вещественным и знаемым) хочет, так же,
«Редко кто может терпеть наругание от своих, удел великих таким (образом) взойти в верховное». Слово "О мере", 25, преподобного Иоанна Лествичника, "ЛЕСТВИЦА ШЕСТВИЯ" 1334 года.
Фонетика: «Вэликыхо бо по истине иежэ от своихо тэрпети наругань ие, нэчюдися о рэдинемь ступлэнь иемо вⱬити можэть».
Не старайся многословить, беседуя с Богом, чтобы ум твой не расточился на изыскание слов. Одно слово мытаря умилостивило Бога, и одно изречение, исполненное веры, спасло разбойника. Многословие при молитве часто развлекает ум, и наполняем его мечтаниями, а единословие обыкновенно собирает его.
Кто возносится естественными дарованиями, то есть остроумием, понятливостью, искусством в чтении и произношении, быстротой разума и другими способностями, без труда нами полученными, тот никогда не получит вышеестественных благ, ибо неверный в малом – и во многом неверен и тщеславен .
Начало гордыни – конец тщеславия, средина же – уничижение ближнего, бесстыдное разглашение о своих трудах и подвигах, самохвальство в сердце, возненавидение обличения; а конец – отречение от Божией помощи, превозношение собственною своею рачительностью, демонский нрав.
Прп. Иоанн Лествичник
Добротолюбие. Избранное для мирян
Правда, что Бог во всем взирает на намерение наше; но в том, что соразмерно нашим силам, Он человеколюбиво требует от нас и деятельности. Велик тот, кто не оставляет никакого доброго дела, силам его соразмерного; а еще более тот, кто со смирением покушается и на дела, превышающие его силы».
Свт. Игнатий Брянчанинов по поводу Иисусовой молитвы: «Сознание своей греховности, сознание своей немощи, своего ничтожества – необходимое условие для того, чтобы молитва была милостиво принята и услышана Богом».
Иное есть промысл Божий; иное — Божия помощь; иное — хранение; иное — милость Божия; и иное — утешение. Промысл Божий простирается на всякую тварь. Помощь Божия подается только верным. Хранение Божие бывает над такими верными, которые поистине верны. Милости Божией сподобляются работающие Богу; а утешения — любящие Его.