Дневник
Старец Эмилиан Вафидис говорил, что о монахах нужно заботиться, потому что это самые беззащитные люди. Под монахами мы можем подразумевать и вообще всех тех, кто отваживается ходить по воде надежды не имея хорошего жизненного плана, как ему есть, пить и во что одеваться. Это и творческие люди умножающие красоту, и служители дел милосердия и все им подобные, неважно, живут они в обители или в огромном городе. Все они нуждаются в помощи, потому что каждый утешитель тоже нуждается в утешении. И помочь им – обрести милость перед Богом. "Кто принимает пророка, во имя пророка, получит награду пророка; и кто принимает праведника, во имя праведника, получит награду праведника" (Мф 10:41)
Есть у Бога для людей такое особое служение – послужить служителю. Ведь те, кто по выражению древнего аввы "держат стены мира" – люди особенно тонкие и ранимые, и им, как и всем другим, драгоценно не только любить, но и быть любимыми…
Об этом, собственно, и говорил старец Эмилиан...
Артём Перлик
И Бог был распят, потому что не дотянул до человеческих представлений о святости... Бог оказался не вполне, неправильно свят, не так свят, как того ждали. (...) Умирая на кресте, Христос возвестил о непонятой людьми святости Бога. Он окончательно отверг, уничтожил человеческие представления о совершенстве. Божия премудрость стала безумием для людей; Его сила была принята за немощь, святость — за порок. Но в Евангелии сказано: «Высокое у людей — мерзость пред Богом» (Лк. 16:15). «Мои мысли — не ваши мысли», — говорит Господь (Ис. 55:8).
Томас Мертон
Томас Мертон — американский поэт, монах-траппист, богослов, преподаватель, публицист, общественный деятель, проповедник дзэн-католицизма.
Как-то поспорили два друга, и один сказал другому:
– На свете Бога нет.
Верующий подумал и вот что ответил другу:
– Ты говоришь так, как если бы больной сказал: «Нет на свете здоровья». Или если бы слепой сказал: «Нет в мире света», вместо того чтобы признаться, что сам не видит. Ты говоришь так, как если бы нищий сказал: «Нет на свете никакого золота». Но разве мало его и на земле, и под землей? Или если бы злодей сказал: «Нет на свете доброты», хотя на самом деле ее просто нет в нем самом. Точно так же и ты, друг, неверно говоришь: «Бога нет». Кто дал тебе право твою болезнь и бедность навязывать всем?
Но если ты признаешь и смиренно скажешь: «Я не знаю Бога», то это будет твоя исповедь и первый шаг к Нему.
“Умозритель, или к тому, кто удостоился ведения” – авва Евагрий Понтийский
50 божественных глаголов
1. Предающиеся духовному деланию постигают умом логосы этого делания, а умозрители [своим духовным оком] зрят то, что относится к ведению.
2. Предающийся духовному деланию есть тот, кто обрел одно только бесстрастие страстной части [своей] души.
3. Умозритель является “солью” для нечистых и “светом” для чистых (Мф.5:13-14).
4. Ведение, привходящее к нам извне, пытается представить материальные [вещи] посредством логосов [их]; ведение же, рождаемое благодатью Божией, представляет вещи непосредственному узрению мысли, и ум, взирая на них, воспринимает и логосы их. Первому [ведению] противостоит заблуждение, а второму – гнев, ярость и то, что следует за ними.
5. Все добродетели прокладывают путь умозрителю, но больше всех – негневливость. Ибо соприкоснувшийся с ведением и легко подвигающийся на гнев подобен тому [человеку], который раскаленным железом выжигает очи себе.
6. Проявляя снисходительность, умозритель должен быть твердым, дабы эта снисходительность не стала незаметно для него навыком. Он должен в равной степени всегда пытаться успешно осуществлять и все [прочие] добродетели, чтобы они следовали в нем друг за другом, ибо обычно ум предается [врагу той добродетели], которая ослабевает.
7. Умозритель всегда должен творить милостыню и быть готовым к благотворению. И если у него нет денег, он должен пустить в дело орудие своей души. Ибо умозритель во всякое время по природе своей является милостивым, [то есть обладает тем], чего лишены были пять дев, светильники которых гасли (Мф.25:1-13).
8. Для умозрителя постыдно вести тяжбу, как становясь жертвой обиды, так и нанося ее: в первом случае потому, что он не смог потерпеть обиду, а во втором – потому, что сам нанес ее.
9. Ведение, когда оно сберегается, научает того, кто сопри-частвует ему, как оно может сохраниться и приумножиться.
10. Пусть умозритель, когда он научает, будет свободным от гнева, памятозлобия, печали, [напрасных] страданий и попечений телесных.
11. До того, как ты стал совершенным, избегай встреч со многими людьми и общения с ними из страха, чтобы ум твой не преисполнился мечтаниями.
12. О том, что принадлежит к деятельному, естественному и богословскому [любомудрию] и что полезно для спасения нашего, следует говорить и совершать вплоть до смерти. Однако о том, что среди этих вещей принадлежит к безразличному, не следует ни говорить, ни совершать их, ради тех [людей], которые легко соблазняются ими.
13. И с монахами, и с мирскими подобает беседовать о правильном житии, частично объясняя им учения, относящиеся к [области] естественного, или богословского, [любомудрия], без которых никто не увидит Господа (Евр.12:14).
14. Только священникам, и притом лучшим из них, когда они вопрошают тебя, отвечай [и говори] относительно символического смысла совершаемых ими таинств, которые очищают внутреннего человека. [Согласно такому символическому смыслу], священные сосуды, которые воспринимают эти [таинства], означают страстную и разумную части души, нераздельное смешение их – силу каждой части и действие их, направленное к единой цели. Говори им также о Том, образом Которого является свершающий таинства, и о тех [небесных Силах], которые вместе с Ним отбрасывают прочь [бесов], препятствующих чистому житию. [Назидай их еще и относительно того], что среди живых существ одни обладают памятью, а другие – нет.
15. Познай смыслы и законы обстоятельств, образов жизни и занятий [людей, приходящих к тебе], дабы ты смог легко говорить каждому из них полезное [для него].
16. Тебе надлежит [всегда] иметь материал для объяснения того, что сказано [в Священном Писании], а также постигать умом все вещи, даже если они частично ускользают от тебя. Ибо только Ангелу свойственно [такое познание], когда не ускользает от него ничего из того, что есть на земле.
17. Также надлежит познать определения вещей, прежде всего – определения добродетелей и пороков. Ибо это есть источник ведения и неведения, Царства Небесного и царства [вечных] мук.
18. Относительно аллегорических и буквальных мест [Священного Писания] следует провести исследование, дабы знать, принадлежат ли они к [области духовного] делания, естественного [созерцания] или богословия. Если они относятся к [духовному] деланию, то следует исследовать, идет ли в них речь о яростном начале [души] и о порождениях его, о начале ли желательном и его следствиях, или же об уме и его движениях. Если относятся к естественному созерцанию, то следует рассмотреть, позволяют ли они познать какое-либо из учений, касающихся природы, и какое именно. А если аллегорическое место касается богословия, то должно исследовать, говорится ли в нем о [Святой] Троице и рассматривается ли Она как Троица, или как Единица. Однако если нет ничего этого, то [перед нами] либо простое созерцание, либо нужно понимать это как пророчество.
19. Хорошо также знать характерные выражения, присущие Священному Писанию, и насколько возможно представлять их посредством примеров.
20. Следует еще знать, что [какая-нибудь] фраза [Священного Писания], относящаяся к нравственному [любомудрию], не обязательно предполагает нравственное созерцание, так же как фраза, относящаяся к природе, не обязательно предполагает созерцание природы. Наоборот, [места Священного Писания], относящиеся к нравственному любомудрию, [иногда] содержат естественное созерцание и даже богословие. Например, то, что говорится о блудодеяниях и прелюбодеяниях Иерусалима (Иез.16:15-34); о животных, живущих на суше и в воде, и о птицах, чистых и нечистых (Лев.11:2-19); о солнце, которое восходит и заходит и спешит к месту своему (Еккл.1:5), – все это относится, во-первых, к богословию, во-вторых, к нравственному учению, а в-третьих, к естественному [любомудрию]. Или: первое место соотносится с нравственным учением, а два других – с естественным [любомудрием].
21. Слова [людей], достойных порицания, не делай предметом аллегорического толкования и не ищи в них духовный [смысл], за исключением тех случаев, когда Бог действовал ради Домостроительства, как было с Валаамом (Числ.22:17-19) и Каиафой (Ин.11:49-51), дабы один [пророчески] предсказал о рождении Спасителя нашего, а другой – о смерти Его.
22. Умозритель не должен быть угрюмым и неприступным для людей, ибо первое свойственно человеку, не познавшему логосы тварных вещей, а второе – человеку, не желающему, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины(1Тим.2:4).
23. Часто необходимо притворяться незнающим, ибо вопрошающие не способны воспринять [то, что ты мог бы сказать им]. И ты будешь правдив, поскольку связан с телом и не обладаешь целокупным ведением [всех] вещей.
24. Будь внимателен к себе, дабы ради выгоды, [пустого] удовольствия или преходящей славы не высказаться тебе о чем-либо неизреченном и не быть изверженным из священных притворов (2Макк.6:4), уподобившись продающим в храме птенцов голубей (Мф.21:12-13).
25. Тех, кто вступает в словопрения, не обладая ведением, следует приводить к истине, исходя от начала, а не от конца; и новоначальным нельзя ничего говорить о вещах умозрительных, а также нельзя позволять им касаться книг, толкующих умозрительное, поскольку они не могут противостоять падениям, бывающим следствием подобного созерцания. Поэтому тем, с кем [еще] ведут брань страсти, следует говорить не слова мира, но держать речь о том, как они [могут] одолеть своих супротивников, ибо, как глаголет Екклезиаст, несть посла в день брани (Еккл.8:8). Ведь люди, одолеваемые страстями и [стремящиеся] исследовать логосы телесных и нетелесных [вещей], подобны больным, которые рассуждают о здоровье. Наоборот, когда душа тяжко сотрясается [под ударами] страстей, ей следует вкушать сладкие соты меда.
26. Свое время для наставления и свое – для исследования. Поэтому должно делать [строгое] внушение тем [новоначальным], которые преждевременно задают вопросы. Ибо [подобное пристрастие к вопросам] обычно присуще еретикам и любителям словопрений.
27. Не богословствуй необдуманно и никогда не определяй Божество, ибо определения приложимы [лишь к вещам] тварным и сложным.
28. Помни о пяти причинах богооставленности, чтобы смочь оправиться от малодушия, которое является следствием печали. Прежде всего, богооставленность проявляет сокрытую добродетель. Когда же об этой добродетели не радеют, то она через наказание восстанавливается и становится причиной спасения других. А когда добродетель становится слишком выдающейся, то богооставленность научает смирению тех, кто ею обладает. Наконец, опытно испытавший зло [начинает] ненавидеть его, а поэтому опыт есть отпрыск богооставленности, сама же богооставленность есть дочь бесстрастия.
29. Обучаемые будут всегда говорить тебе: Друг! поднимись выше (Лк.14:10). Но стыдно будет для тебя, вознесшегося [в своих умозрениях], быть низведенным долу слушателями.
30. Сребролюбцем является не тот, кто имеет деньги, но тот, кто добивается их. Ибо говорят, что эконом есть одаренный разумом кошелек.
31. Увещай стариков владычествовать над яростным началом души, а юношей – над чревом. Ибо первые ведут брань с душевными бесами, а вторые – с бесами телесными.
32. Закрывай уста злословящим в уши твои и не удивляйся, когда многие порицают тебя, ибо это искушение, исходящее от бесов. Ведь умозритель должен быть свободным от ненависти и памятозлобия, а не потворствовать [бесам].
33. Исцеляющий людей с помощью Господа незаметно врачует и самого себя. Ибо лекарство, которое применяет умозритель, исцеляет ближнего лишь постольку, поскольку он может принять это лекарство, а самого умозрителя [оно исцеляет] обязательно.
34. Подвергай духовному толкованию не то, что пригодно для аллегорического толкования, но только то, что соответствует предмету. Если не будешь поступать так, то проведешь большую часть своего времени на корабле Ионы (Ион.1:5), объясняя каждую деталь такелажа его. И ты станешь [в результате] объектом насмешек для слушателей: они, посмеиваясь, будут напоминать тебе то об одной, то о другой детали такелажа, о которых ты забудешь.
35. Увещай монахов, приходящих к тебе, вести речь о нравственности, а не о [более возвышенных] учениях, дабы не нашелся среди них кто-нибудь, могущий пристраститься к подобным вещам.
36. Для людей мирских и для юношей пусть будет сокрыто возвышенное учение о [Страшном] Суде, поскольку оно легко рождает презрение. Ибо они не ведают о мучениях разумной души, осужденной на незнание.
37. Святой Павел, смиряя свое тело, поработил его (1Кор.9:27). И ты в жизни своей не пренебрегай постом и не надмевайся тем, что бесстрастием усмирил дебелое тело [свое].
38. Не заботься о еде и одежде (Мф.6:25; Лк.12:22), но вспомни о левите Авенире (2Цар.6:10-11), который, приняв ковчег Господень, стал из бедного богатым и из презираемого – знаменитым.
39. Совесть умозрителя – суровый обличитель его, и ничто не может быть сокрытым от нее, ибо она ведает [все] тайны сердца.
40. Остерегайся [думать], будто для каждой твари имеется только один логос; таковых логосов – множество и они соответствуют [состоянию] каждой твари. Святые Силы постигают истинные логосы вещей, но они не постигают первый Логос, который ведом одному только Христу.
41. Всякая посылка имеет в качестве предиката либо род, либо различие, либо вид, либо свойство, либо акциденцию, либо то, что состоит из них. Но недопустимо какое-либо высказывание о Святой Троице. Неизреченному должно поклоняться в молчании.
42. Искушением умозрителя является ложное мнение, складывающееся в уме относительно существующего, словно о несуществующем; либо о несуществующем, словно о существующем; либо о существующем, которое [представляется] не так, как оно есть [на самом деле].
43. Грехом умозрителя является ложное ведение либо о самих вещах, либо о их созерцаниях. Оно порождается или какой-либо страстью, или отсутствием видения блага, которое обычно взыскуется.
44. Праведный Григорий нас научил, что и для самого созерцания также [необходимы] четыре добродетели: благоразумие и мужество, целомудрие и справедливость. Делом благоразумия, говорил он, является созерцание умных и святых Сил, независимо от их логосов, ибо эти логосы, как передано [нам], обнаруживаются благодаря лишь мудрости. Делом мужества является твердость в истинах [христианского вероучения], даже когда воюют [против них еретики], и невхождение в [область] не-сущих [вещей]. Свойством целомудрия является приятие [добрых] семян от первого Земледельца и отвержение плевел, [посеянных врагом] (Мф.13:25). Делом же справедливости является изложение учений соответственно достоинству каждого [слушателя]: одни учения следует излагать туманно, другие – обозначать посредством иносказаний, а третьи – объяснять ясно для пользы людей простых.
45. Столп истины, Василий Каппадокийский, говорит: знание, происходящее от людей, укрепляется упражнением и радением внимания, а ведение, рожденное благодатью Божией, усиливается праведностью, незлобивостью и милостью. Первое знание возможно воспринять и [людям] страстным, второе же доступно лишь для восприятия [людей] бесстрастных – тех, которые во время молитвы созерцают собственное сияние своего ума, озаряющее их.
46. Святой светоч египтян Афанасий говорит: Моисей получил повеление поставить стол на северной стороне [скинии] (Исх.26:35). И умозрители должны ведать, какой [из бесов] дует на них; и пусть они мужественно переносят всякое искушение и со рвением окормляют приходящих [к ним].
47. Ангел Тмуитской Церкви Серапион сказал: ум, утоляющий жажду духовным ведением, очищается; любовь врачует воспалившиеся части яростного начала [души]; воздержание останавливает лукавые истечения желательного начала [ее].
48. Великий умозритель и учитель Дидим говорит: всегда упражняйся [в размышлениях] о логосах Промысла и Суда, стараясь [постоянно] помнить об этих предметах, ибо почти все претыкаются о них. Ты обретешь логосы Суда в различии тел и миров, а логосы Промысла – в тех способах [праведного жития], которые приводят нас от порока и неведения к добродетели и ведению.
49. Целью духовного делания является очищение ума и приведение его в состояние бесстрастия; целью естественного созерцания – раскрытие истины, сокрытой во всех сущих; но отстранение ума от материальных вещей и обращение его к Первой Причине является даром богословия.
50. Всегда старайся изобразить образы, взирая на Прообраз, и не пропустить ничего из того, что содействует обретению отпавшей [от истины души].
Из полного собрания творений аввы Евагрия Понтийского
Я определяю человека как животное смеющееся. Животные не смеются, потому что видят в окружающей их природе действительность, они не могут отнестись к ней критически. Человеческий ум, напротив, простирается бесконечно далее всех физических представлений и явлений. Человек носит постоянно в голове своей весь запас идеальных представлений, которым измеряет совершающиеся перед ним факты, и, если какое-нибудь событие не соответствует идеальному представлению, он смеется. В этой особенности человеческой природы лежит корень метафизики и поэзии. Следственно, человек может быть назван животным смеющимся, поэтизирующим и метафизирующим, что в сущности одно и то же. Поэзия вовсе не есть восхваление действительности, а скорее критическое отношение к ней во имя другой действительности, более истинной. Сущность метафизики тоже заключается в серьезной насмешке над видимой действительностью.
Владимир Соловьев
Первое должно поставляться на первое место и о нем следует иметь попечение как о первом; второе же, следующее за ним, должно и осуществляться в соответствующей последовательности. Если бы кто-нибудь захотел пренебречь великой и первой заповедью — заповедью любви к Богу, которой присуще образовываться из внутреннего благого расположения и совести в сочетании со здравыми мыслями о Боге и, разумеется, с помощью благодати Божией, и вместо нее устремился бы ко второй заповеди, только внешне радея о служении ближним, то для него будет невозможно осуществить неповрежденно и чисто эту вторую заповедь.
Прп. Макарий Великий, Великое посланое, VII, 3
Надо во всем видеть дар Божий, ничего и никогда не приписывать себе, не собственничать. Это и есть заповеданная нам нищета духа (ср. Мф. 5, 3). Тогда вся наша жизнь – не только в храме, но и за его пределами, как и за пределами собственно самой этой земной жизни – будет литургией.
Архимандрит Мефодий (Маркович)
Тот, кто принимает в расчёт собеседника, уже не может выразить точно свою мысль; высказываясь, он приноравливается к понятиям собеседника; он изменяет самому себе, пользуясь языком, который ему в какой-то мере чужд.
Рене Буалэв
французский писатель и литературный критик, стилист, член Французской академии
Сама смерть, раз она фигурирует в качестве аргумента, имеет разное значение применительно к антропологическому индивиду и социальному субъекту: физическая смерть первого еще не означает смерти его как социального субъекта. Последний живет, пока не исчезло какое бы то ни было свидетельство его творчества.
Густав Шпет
Знай, что пока тебя хвалят, ты ещё не на своей дороге, а на дороге, угодной другим.
* * *
Каждый гений носит маску.
* * *
Из всех европейцев, живущих и живших – Платон, Вольтер, Гете, – я обладаю душой самого широкого диапазона. Это зависит от обстоятельств, связанных не столько со мной, сколько с «сущностью вещей», – я мог бы стать Буддой Европы: что, конечно, было бы антиподом индийского.
* * *
Факты не существуют – есть только интерпретации.
* * *
Слово «христианство» основано на недоразумении; в сущности, был один христианин, и тот умер на кресте.
* * *
Филолог – это учитель медленного чтения.
Ф. Ницше
«Ещё раз: для того, чтобы понятие безусловного вообще могло быть мыслимым, оно нуждается в наличной, действительной цепочке обусловленного как предмете отрицания. Однако эта цепочка внутренне противоречива: и тезис и антитезис относительно её начала взаимно исключают друг друга, однако оба истинны. Поэтому для своей мыслимости понятие безусловного нуждается в недействительной, „не работающей” цепочке обусловленного. Ведь если бы эта цепочка была действительной, то существовало бы только обусловленное, и в рациональной сфере просто не осталось бы места для безусловного. Поэтому сама мыслимость безусловного, в рамках теории рациональности Якоби, двояким образом скреплена с цепочкой обусловленного: как с внутренне противоречивой и как с непротиворечивой. Лишь если эта цепочка антиномична, имеется необходимая (хотя и недостаточная) предпосылка для того, чтобы могло быть образовано понятие безусловного. Лишь в этом случае в мыслимом универсуме как бы образуется место для безусловного. Однако в этом случае понятие безусловного снова становится немыслимым в силу отсутствия действительного базиса для конституирующего отрицания (безусловное). _Если безусловное мыслимо, то цепочка условного не должна быть антиномичной, но если она не антиномична, то исчезает необходимая предпосылка для принятия безусловного_. „Таким образом, в результате можно констатировать: всё равно, ведёт цепочка обусловленного к противоречию или не ведёт, в обоих случаях возникает противоречие, которое делает идею безусловного немыслимой, a priori неосуществимой в рамках такой концепции рациональности, которую предложил Якоби”. Более того. Поскольку „безусловное” Якоби задумано таким образом, что оно, без ущерба для своей безусловности, должно быть способным обусловливать обусловленное, однако вместе с тем, как только что выяснилось, само обусловленное, напротив, в силу своей неспособности, может быть обусловлено не безусловно, но опять же _лишь обусловленно_, и обусловленное, следовательно, представляет собой условие для самого безусловного (а не только для его понятия), то, следовательно, по самому существу дела то, что должно быть безусловным, не может им быть. Становится ясно тем самым, что ничего не может дать для безусловного и предположение „более высокой” способности „воспринимающего разума”. Корень зла, согласно Фетцеру, — ложное понимание „нейтральной пустоты” рассудка (мышления) у Якоби. Единственный выход из полученного Якоби тупика — идея _мощи негативности_, развитая в немецком идеализме».
(Чернов С. А., Шевченко И. В., «Фридрих Якоби: вера, чувство, разум»)
Никогда не принимай клеветы на ближнего своего, но останавливай клеветника такими словами: «Оставь, брат, я каждый день грешу еще большими тяжкими грехами, как же нам осуждать того?».
Свт. Иоанн Златоуст
«Не мысли ни о ком зла, иначе сам сделаешься злым, ибо добрый помышляет доброе, а злой злое».
Когда приходит к тебе мысль: «они про меня говорят», – знай, что это враг нашептывает тебе. Не имей никогда таких подозрений. Терпи же все, радуясь и веселясь, ибо велика награда за терпение»
Прп. Варсонофий Великий и Иоанн Пророк
Между
тем, что я думаю,
тем, что я хочу сказать,
тем, что я, как мне кажется, говорю,
тем, что я говорю,
и тем, что вы хотите услышать,
и тем, что как вам кажется, вы слышите,
тем, что вы хотите понять
тем, что вы понимаете,
стоит десять вариантов возникновения
непонимания.
Но всё-таки давайте попробуем...
Эдмонд Уэллс*/Бернард Вербер
---
*Эдмонд Уэллс (Edmond Wells) — вымышленный персонаж книг французского писателя Бернарда Вербера.
