Дневник
Моя бабушка всегда говорила, что тяжёлую блокаду и голод и она, и моя мама, а я её дочь, пережила только благодаря нашему коту Ваське. Если бы не этот рыжий хулиган, они умерли бы с голоду, как многие другие.
Каждый день Васька уходил на охоту и притаскивал мышек или даже большую жирную крысу. Мышек бабушка потрошила и варила из них похлебку. А из крыски получался неплохой гуляш.
При этом кот сидел всегда рядом и ждал еду, а ночью все трое лежали под одним одеялом, и он согревал их своим теплом.
Бомбежку он чувствовал намного раньше, чем объявляли воздушную тревогу, начинал крутиться и жалобно мяукать, бабушка успевала собрать вещи, воду, маму, кота и выбежать из дома. Когда бежали в убежище, его как члена семьи тащили с собой и смотрели, как бы его не унесли и не съели.
Голод был страшный. Васька был голодный, как все, и тощий. Всю зиму до весны бабушка собирала крошки для птиц, а с весны выходили с котом на охоту. Бабушка сыпала крошки и сидели с Васькой в засаде, его прыжок всегда был на удивление точным и быстрым. Васька голодал вместе с нами, и сил у него было недостаточно, чтобы удержать птицу. Он хватал птицу, а из кустов выбегала бабушка и помогала ему. Так что, с весны до осени ели еще и птиц.
Когда сняли блокаду и появилось побольше еды, и даже потом после войны, бабушка коту всегда отдавала самый лучший кусочек. Гладила его ласково, приговаривая – кормилец ты наш.
Умер Васька в 1949 году, бабушка его похоронила на кладбище, и, чтобы могилку не затоптали, поставила крестик и написала "Василий Бугров". Потом рядом с котиком мама положила и бабушку, а потом там я похоронила и свою маму. Так и лежат все трое за одной оградкой, как когда-то в войну под одним одеялом...
(Из Инета - автор неизвестен. Даже если эта история выдумана, она всё равно говорит правду)
Папе было сорок лет, Славику — десять, ёжику — и того меньше.
Славик притащил ёжика в шапке, побежал к дивану, на котором лежал папа с раскрытой газетой, и, задыхаясь от счастья, закричал:
— Пап, смотри!
Папа отложил газету и осмотрел ёжика. Ежик был курносый и симпатичный. Кроме того, папа поощрял любовь сына к животным. Кроме того, папа сам любил животных.
— Хороший ёж! — сказал папа. — Симпатяга! Где достал?
— Мне мальчик во дворе дал, — сказал Славик.
— Подарил, значит? — уточнил папа.
— Нет, мы обменялись, — сказал Славик. — Он мне дал ёжика, а я ему билетик.
— Какой еще билетик?
— Лотерейный, — сказал Славик и выпустил ежика на пол. — Папа, ему надо молока дать..
— Погоди с молоком! — строго сказал папа. — Откуда у тебя лотерейный билет?
— Я его купил, — сказал Славик.
— У кого?
— У дяденьки на улице… Он много таких билетов продавал. По тридцать копеек… Ой, папа, ежик под диван полез…
— Погоди ты со своим ежиком! — нервно сказал папа и посадил Славика рядом с собой. — Как же ты отдал мальчику свой лотерейный билет?.. А вдруг этот билет что-нибудь выиграл?
— Он выиграл, — сказал Славик, не переставая наблюдать за ежиком.
— То есть как это — выиграл? — тихо спросил папа, и его нос покрылся капельками пота. — Что выиграл?
— Холодильник! — сказал Славик и улыбнулся.
— Что такое?! — Папа как-то странно задрожал. — Холодильник?!.. Что ты мелешь?.. Откуда ты это знаешь?!
— Как — откуда? — обиделся Славик. — Я его проверил по газете… Там первые три циферки совпали… и остальные… И серия та же!.. Я уже умею проверять, папа! Я же взрослый!
— Взрослый?! — Папа так зашипел, что ёжик, который вылез из-под дивана, от страха свернулся в клубок. — Взрослый?!.. Меняешь холодильник на ёжика?
— Но я подумал, — испуганно сказал Славик, — я подумал, что холодильник у нас уже есть, а ёжика нет…
— Замолчи! — закричал папа и вскочил с дивана. — Кто?! Кто этот мальчик?! Где он?!
— Он в соседнем доме живет, — сказал Славик и заплакал. — Его Сеня зовут…
— Идем! — снова закричал папа и схватил ёжика голыми руками. — Идем быстро!!
— Не пойду, — всхлипывая, сказал Славик. — Не хочу холодильник, хочу ёжика!
— Да пойдем же, оболтус, — захрипел папа. — Только бы вернуть билет, я тебе сотню ёжиков куплю…
— Нет… — ревел Славик. — Не купишь… Сенька и так не хотел меняться, я его еле уговорил…
— Тоже, видно, мыслитель! — ехидно сказал папа. — Ну, быстро!..
Сене было лет восемь. Он стоял посреди двора и со страхом глядел на грозного папу, который в одной руке нес Славика, а в другой — ежа.
— Где? — спросил папа, надвигаясь на Сеню. — Где билет? Уголовник, возьми свою колючку и отдай билет!
— У меня нет билета! — сказал Сеня и задрожал.
— А где он?! — закричал папа. — Что ты с ним сделал, ростовщик? Продал?
— Я из него голубя сделал, — прошептал Сеня и захныкал.
— Не плачь! — сказал папа, стараясь быть спокойным. — Не плачь, мальчик… Значит, ты сделал из него голубя. А где этот голубок?.. Где он?..
— Он на карнизе засел… — сказал Сеня.
— На каком карнизе?
— Вон на том! — и Сеня показал на карниз второго этажа.
Папа снял пальто и полез по водосточной трубе.
Дети снизу с восторгом наблюдали за ним.
Два раза папа срывался, но потом все-таки дополз до карниза и снял маленького желтенького бумажного голубя, который уже слегка размок от воды.
Спустившись на землю и тяжело дыша, папа развернул билетик и увидел, что он выпущен два года тому назад.
— Ты его когда купил? — спросил папа у Славика.
— Ещё во втором классе, — сказал Славик.
— А когда проверял?
— Вчера.
— Это не тот тираж… — устало сказал папа.
— Ну и что же? — сказал Славик. — Зато все циферки сходятся…
Папа молча отошел в сторонку и сел на лавочку.
Сердце бешено стучало у него в груди, перед глазами плыли оранжевые круги… Он тяжело опустил голову.
— Папа, — тихо сказал Славик, подходя к отцу. — Ты не расстраивайся! Сенька говорит, что он все равно отдает нам ёжика…
— Спасибо! — сказал папа. — Спасибо, Сеня…
Он встал и пошел к дому. Ему вдруг стало очень грустно. Он понял, что никогда уж не вернуть того счастливого времени, когда с легким сердцем меняют холодильник на ежа.
СРАВНИТЕЛЬНАЯ СХЕМА МОДЕЛЕЙ ПСИХИКИ И ДУШИ ПО К.Г. ЮНГУ И СВ. ФЕОФАНУ ЗАТВОРНИКУ
Многие, увлекающиеся психологией знают о том, что одним из первых концентрическую (послойную) модель психического бытия дал К.Г. Юнг в Тавистокских лекциях в 1935 г. Позднее эта модель легла в основу всей аналитической психологии, но не многие знают о том, что одним из первых мысль о многоуровневой (пяти уровневой) структуре души высказал святитель Феофан Затворник в труде "Что есть духовная жизнь и как на неё настроиться:
«Видите, сколько у нас сторон или, лучше, степеней жизни! Есть сторона и степень жизни духовная, есть духовно-душевная, есть собственно душевная, есть душевно-телесная (кажется, я не оттенил ее как следует – сюда принадлежат наблюдения с воображением и памятью, желания из потребностей тела и чувства телесных состояний и впечатлений), есть телесная. Пять ярусов, но лицо человека одно, и это одно лицо живет то тою, то другою, то третьею жизнью и, судя по тому, какою жизнью живет, получает особый характер, отражающийся и в его воззрениях, и в его правилах, и в его чувствах, то есть оно бывает или духовным — с духовными воззрениями, правилами и чувствами, или душевным – с душевными понятиями, правилами и чувствами, или плотским – с плотскими мыслями, делами и чувствами.» Св. Феофан Затворник, Что есть духовная жизнь и как на неё настроиться, 12, С. 43)
Приводим для сравнения две схемы, которые по разному и с разной степенью детализации передают устройство души.
Карл Густав Юнг сделал больший упор на детализацию телесного и телесно-душевного уровня, разбив его на 8 составляющих, а святитель Феофан показал общую структуру 5 основных этапов роста души от телесного уровня до духовного.
Фактически данная схема символизирует процесс соединения периферического ума головы (рационального мышления) с центральным сознанием духовного сердца (совестью).
Константин Яцкевич
«И чтобы вам яснее понять силу сказанного, предложу вам сравнение, преданное от отцов. Представьте себе круг, начертанный на земле, средина которого называется центром, а прямые линии, идущие от центра к окружности, называются радиусами. Теперь вникните, что я буду говорить: предположите, что круг сей есть мир, а самый центр круга - Бог; радиусы же, т.е. прямые линии, идущие от окружности к центру, суть пути жизни человеческой. Итак, насколько святые входят внутрь круга, желая приблизиться к Богу, настолько, по мере вхождения, они становятся ближе и к Богу, и друг к другу; и сколько приближаются к Богу, столько приближаются и друг к другу; и сколько приближаются друг к другу, столько приближаются и к Богу. Так разумейте и об удалении. Когда удаляются от Бога и возвращаются ко внешнему, то очевидно, что в той мере, как они исходят от средоточия и удаляются от Бога, в той же мере удаляются и друг от друга; и сколько удаляются друг от друга, столько удаляются и от Бога. Таково естество любви: насколько мы находимся вне и не любим Бога, настолько каждый удален и от ближнего. Если же возлюбим Бога, то сколько приближаемся к Богу любовью к Нему, столько соединяемся любовью и с ближним; и сколько соединяемся с ближним, столько соединяемся с Богом».
Прп. Авва Дорофей. Душеполезные поучения, Поучение 6.
Знайте же, что мастер творит для себя — только для себя самого. То, над чем вы будете смеяться или рыдать, он должен слепить сильными руками души и вывести из себя наружу. В душе его нет места для собственного былого — поэтому он наделяет его отдельным, самобытным существованием в своих творениях. И лишь потому, что у него нет иного материала, кроме этого вашего мира, он придает ему вид ваших будней. Не трогайте же их руками — они не для вас; умейте уважать их.
В нынешнем отношении толпы к мастеру есть что-то невыразимо грубое.
Рильке. Флорентийский дневник
Гений — это способность увидеть десять сущностей там, где обычный человек видит только одну.
Эзра Паунд
* * *
Суждения, лежащие вне круга приобретенных представлений, оказываются совершенно необоснованными. Суждение для ума то же, что глаза для тела. Как в том, так и в другом случае явления и предметы представляются именно такими, какими их видят. Но орган зрения у всех людей находится примерно на одинаковом уровне совершенства, и если глаза иногда и обманывают, то обман этот в общем невелик, и каждый человек располагает средствами, позволяющими исправить возможные при этом крупные ошибки. Далеко не так обстоит дело с суждениями: степени правильности суждения настолько разнообразны, настолько многочисленны и так сильно отличаются у одних индивидуумов по сравнению с другими, что, рассматривая предельные проявления этой прекрасной способности, можно обнаружить огромные различия между одним человеком и другим.
Ламарк. Аналитическая система.
Мы обманываемся, когда думаем, что общаемся друг с другом через слово.
Если между нами нет глубины молчания, слова почти ничего не передают. Понимание происходит на том уровне, где два человека встречаются глубинно именно в молчании, за пределами всякого словесного выражения.
Митрополит Антоний Сурожский
Любимое существо является знаком, «душой»; оно выражает некий возможный мир, незнакомый нам. Любимый содержит в себе, утаивает, держит взаперти мир, который необходимо расшифровать, т. е. интерпретировать. Речь идет даже о множестве миров; плюрализм любви состоит не только во множестве любимых существ, но и во множестве душ или миров в каждом из них. Любить — это пытаться объяснить и развернуть те неведанные миры, что свернуты в любимом существе.
Жиль Делёз
«Опытом я познал, что совместное жительство многих и необученных, и непокорных, и недовольных производит множество шума и смущений», а потому «пусть будет количество в пределах пятнадцати или восемнадцати человек», ─ «лучше стадо из десяти овец, чем из пятидесяти козлищ».
Преподобный Неофит, затворник Кипрский
Γέροντος Ἰωσήφ. «Ἅγιος Νεόφυτος ὁ Ἔγκλειστος». Σελ. 46.
«Уступают лишь сильные. Истерики и психопаты – никогда». Да! Мелочный мужчина, ссорящийся из-за цвета штор - не мужчина вовсе, а пацан - как говорила одна моя знакомая. А для женитьбы надо вырасти, стать взрослым.
* * *
Алексей Беляков:
Пара молодожёнов отправилась в «Икею». Счастливые и весёлые, вошли они туда, взявшись за руки. Вышли злобные и молчаливые, почти на грани развода. Что случилось? Вроде ничего. Выбирали посуду, шторы и всякие полочки. Потом я услышал версии обеих сторон. Он: «Да с ней невозможно. Вцепилась в эти чашки: ах, какие милые! Я говорю: у нас полно чашек, нам тарелки нужны. Нет, приспичило! Потом шторы. Ну не люблю я оранжевый. И стены у нас зелёные. Она говорит: хорошо сочетается. И не переубедишь. Ну я психанул, ей назло взял зелёные. Она – в слёзы…» И так далее. Она: «Да он просто болван! Не слушает ничего, делает, как хочет».
Поход влюблённых в «Икею» или любой торговый центр – это лучший психологический тест. Только пройти его нужно до брака. Сразу ясно, какая будет семья.
Кто прав из тех молодожёнов? Конечно, ОНА. Женщина вообще всегда права, это главная формула, о чём позже. А он действительно болван. Дело даже не в том, что вкус у женщин от природы тоньше и лучше. Не в том, что старые чашки можно легко заменить на новые. Дело в другом. Рубиться с женой до крови, пота и слёз из-за цвета штор – это совсем уж моральный упадок.
Мужчина должен бодро шагать следом, катить тележку, кивать: «Конечно, любимая! Берём оранжевые». Пусть они даже ему и не нравятся. Сейчас не нравятся – через три дня понравятся. Если он не конченый психопат.
Мужчина должен думать о космосе, бытие и экономике. Ну ещё сиськах, футболе и новой дрели. Мужчина должен сверлить дыры в цементных буднях, и сквозь них прозревать образы грядущего. Мужчина должен решать самые главные вопросы. Что делать и где взять деньги? Быть спокойным, уверенным, чуть ироничным. Цвет штор – это НЕ космос.
У нас чуть ли не половина разводов из-за того, что женщины решают главные вопросы, а мужики придираются к цвету штор. Трагическая инверсия. На кой чёрт женщине такое счастье? Клеймо «разведёнки» уже мало кого пугает, разве что в деревнях. Одной – тяжело, но вдвоём – невыносимо.
Семья – это сплошные компромиссы. И это мужские компромиссы.
Сам я только к финалу второго брака дошёл до этой нехитрой истины. Но было поздно: все старые чашки мы уже перебили, а новые покупать не хотели.
Счастливы семьи, где муж от души играет роль «подкаблучника». В мелочах. Женщине важнее всего мелочи. Она вся «из блёсток и минут». Женщина счастлива в них. Чашки, шторки, запонки мужа, куда пойти в пятницу вечером.
Мужчина уже решился на самый главный компромисс в своей жизни, отправившись в загс. Променял «холостую свободу на тягостное ярмо», как выражался Кот Бегемот. Дальше идут куда более мелкие компромиссы. Просто-таки пустяковые. Нет, для хорошей драматургии иногда надо спорить, иначе женщине скучно. Обязательно надо. Ей же нужен мужик, а не слизняк, она всегда должна иметь возможность обидеться, надуться, воскликнуть: «Ты ничего не понимаешь!» Тут и пора соглашаться: «Ты права, любимая!»
И это её триумф. Ничто не доставляет женщине такого блаженства, как мужчина, который вынужден с ней соглашаться. Она победила, ура, всем шампанского! У наших женщин радостей не так много, любая фигня её воодушевляет. Я теперь во всем соглашаюсь с бывшими женами. Да, уже поздно, но всё-таки у нас общие дети. И почему бы не доставить любимым – пусть бывшим – немного удовольствия. Как-то переписывались по вотсапу с первой женой, не помню уже по какому поводу. О чём-то спорили. Наконец я пишу: «Да, ты права. Как всегда». Нет, я не видел её лица, но буквально физически ощутил, как завибрировал телефон от женского торжества. В ответ получил: «То-то же».
Женщина всегда права. Даже когда неправа. Очень простая, очень хитрая, очень изящная формула.
Когда ты уступил женщине – ты ещё больше её покорил. Женщина никогда не забывает обид, но женщина всегда очень благодарна за компромиссы. Если в жёсткой терминологии: ты проиграл битву, но выиграл войну. А отношения М и Ж – это бесконечная война. Иначе бы мы давно все вымерли от скуки и отсутствия либидо.
Только кто из наших мужиков способен грациозно вести войну, кто способен проигрывать? Единицы. Мужикам важно рубиться до последнего, до валокордина, до мордобоя. Разобраться из-за чего начинаются семейные драмы – так чушь, абсурд, хреновина. Женские чаты забиты темами: «Мы поссорились из-за ерунды…»
И вся эта ерунда из-за мужчин. Хорошо, почти вся. И каждая рассказывает, как её ненаглядный вдруг осерчал. И теперь ходит злобный, не разговаривает. Она понять не может - почему. «Мой милый, что тебе я сделала?» - как писала Цветаева.
Да ничего не сделала. Он холит свой распухший гонор.
Уступают лишь сильные. Истерики и психопаты – никогда. А мы – страна истериков и психопатов. Может, климат тому виной, может, многовековая водка, может, Сталин и Иван Грозный. Какая разница - на кого валить? А женщина помучается, пострадает, наконец пожмёт плечами, переступит через припадочного с его багровым гонором, идёт себе дальше.
Тут припадочный торопливо встаёт, отряхивает штаны «адидас», семенит за женой, причитает и извиняется. Поздно. Она уже его видеть не может. Хотя жить рядом может очень долго. Загадочна и бездонна душа русской женщины.
...А те самые молодожены из «Икеи» развелись спустя всего два года. Болван муж, кажется, так и не понял, почему он осточертел жене. Ведь он просто не хотел оранжевые шторы...
