Дневник
По-латински «читаю второй раз» — повторно, внимательно, тщательно — relēgo, отсюда слово «религия», и очень странно и жутковато, что принадлежность к религии сейчас будет понята, скорее всего, как раз наоборот, не как способность вглядеться, вчитаться внимательно в то, что мы уже видели, чтобы увидеть другое, а как навык везде, во всем, куда бы мы ни глядели, видеть все одно, прочитывать все в заранее принятом и усвоенном, установленном смысле, поскольку у меня есть религиозная установка.
Владимир Бибихин. «Чтение философии»
Ехал в карете богатый человек...
Увидел крестьянина, сидящего на мостовой.
Мужик плакал:
- Не как ты хочешь, а как Бог даст!
Не как ты хочешь, а как Бог даст!
Невзирая на кучера ("ишь, мол, пьяниц"), велел барин остановить карету. Позвал мужика, спросил его чего он тут сидит.
Поделился тот: в деревне у него старый отец, семеро детей.
Все тифом больны.
Продукты кончились, соседи обходят дом стороной, боясь заразиться,
и последнее что было у них это лошадь.
Послал отец его в город продать ее и корову купить чтоб с ней зиму скоротать и с голоду не помереть.
Продал мужик лошадь, да корову так и не купил :
отобрали деньги у него лихие люди.
Как возвращаться теперь к детям ему и отцу
- которые на смерть обречены?
Вот, в горе и сел на дорогу, толи молясь, то ли плача:
Не как ты хочешь, а как Бог даст!
Не как ты хочешь, а как Бог даст!
Барин был очень богат.
Посадил рядом мужика и велел кучеру ехать на рынок.
Купил там двух лошадей, телегу, заполнил телегу продуктами с верхом, да и корову.
Привязал корову к телеге, отдал вожжи мужику.
Не поверил тот счастью своему, но барин напомнил ему:
Не как ты хочешь, а как Бог даст!
Пришел барин тот домой.
Ходил по комнататам и все лишь задумчиво твердил:
"Не как ты хочешь, а как Бог даст!
Не как ты хочешь, а как Бог даст!"
Вдруг.., из одной из комнат, бросился ему в ноги личный парикмахер: «Барин ! Не погуби! Откуда знаешь?
Не погуби барин, Христом Богом молю тебя !!!»
В день тот.. пришел парикмахер тот.. к барину не стричь его и брить.. Пришел он барина зарезать да и обокрасть, как задумывал давно,
да услышал... из комнат вдруг слова его:
«не как ты хочешь, а как Бог даст!
«Знает!» - подумал он «все знает!»
и бросился крестясь он в ноги барину.
Отпустил его барин с миром.
Сел за стол. «не как хочу, как Бог даст! - прошептал.
«Не встреть я в утро мужика того, лежать бы сейчас мне тут с горлом перерезанным».
Вечер был.
Отписал барин, ( ну а в прошлом не барин, а талантливейший сын простого ярославского крестьянина)
все огромное своё имущество нажитое своим умом, трудом и честно людям, храмам.. да ушел.. ..принял монашеский постриг.
Во всех странах знали барина того.
От мальчишки в лавке, до хозяина большой торговли пушниной, огромных денег владельца – «миллионщика» путь он свой прошел.
Спустя годы, стал он старцем.
Звали в народе его отцом Серафимом (Вырицким).
Тысячи людей спас по милости Божией святой чудотворец Серафим.
Жизнью всей своей учил:
«Да будет на всё Господи Твоя воля!
Не так, как я хочу, как Ты дашь!»
В западной традиции, начиная с блж. Августина, сущность Бога par excellence отождествлялась с Бытием. Нельзя сказать, что из этого правила не было исключений, тем не менее с подачи Хайдеггера это обстоятельство стали критически именовать онтотеологией, распространяя данный ярлык на христианство в целом, из-за чего немецкий мыслитель негодовал по поводу «долгой христианизации Бога» (die lange Verchristlichung des Gottes).
А. М. Гагинский
«БЫТИЕ И БОГ У СВТ. ВАСИЛИЯ ВЕЛИКОГО»
Что можно участвовать в событии без сознания, это старое добро философии.
Философия этим сама себя не отменяет? Зачем тогда писать книжки, если и так, без знания и осознания, можно участвовать в бытии, и младенец внутри тела матери книжек не пишет, ему там нечем писать, а всё равно он в бытии участвует, еще как (дух захватывает от того, как он там участвует в бытии), и нам бы так снова хоть чуточку поучаствовать, хоть краешком глаза в то участие заглянуть.
Владимир Бибихин. «Чтение философии»
Чем дальше, тем будет тяжелее и тяжелее. 
Христос знал, как оно будет, Он нас заранее предупреждает, чтобы и мы знали и приготовились, чтобы не пошли за тем большинством, которое идет в пропасть. Наше дело – стараться быть истинно людьми, готовыми и среди волков быть овцами Христовыми. Бог нас посылает, чтобы мы своей жизнью и верой привлекли бы и волков, дабы и они, если желают, стали бы овцами Христовыми. Но во всяком случае, важнее всего, чтобы мы сами не стали волками. Это нас поддержит и в биологическом смысле, и морально. А если нам должно исчезнуть, да исчезнем как люди. Как нелюди не подобает нам ни жить, ни умирать.
Патриарх Сербский Павел
В мировых медиа очередная олимпиада лицемерия.
Один телеведущий из США обьясняет разницу между США и Россией: «США всегда признают свои военные ошибки, а Россия - никогда».
В другом эфире небольшой еврейский междусобойчик между офицером Армии обороны Израиля и американским офицером из Киева: «…все обвинения властей Украины в симпатиях к нацизму - ложь и кремлевская пропаганда; антисемитизм есть во всех странах, даже президент Рузвельт был антисемитом…никого эта Красная армия не освобождала, а этот их маршал Жуков вообще монстр…»
Кто-то начинает бодро вспоминать Финскую войну и Молотова с Риббентропом.
Люди у микрофонов искренне считают слушающих их биомассу кончеными кретинами.
США обвиняют СССР-Россию в их неисправимо агрессивной природе в волшебном мире без вьетнамов, всей Латинской Америки, разных ничего не значащих в истории югославий, ливий, ираков, афганистанов, хиросим и прочих случайностей, в которых денно и нощно каются американские президенты.
Я защищаю Россию не потому, что она всюду и всегда правая и безгрешная, а потому что планетарная мерзость, ведущая против неё войну на уничтожение, бездонна и действует против всех народов сразу, включая и американский. Единственная сегодняшняя возможность любить Украину или то, что от неё осталось - в противостоянии этому повсеместному изнасилованию истории. У нас на глазах журналисты превратились в вампиров, разбухших от щедрых военных гонораров.
В маленькой далекой Никарагуа очень много лет назад при примерно тех же обстоятельствах генерал «маленькой армии безумцев» Сесар Аугусто Сандино неполиткорректно вешал посланцев западной демократии в американской военной форме, пока не заставил их убраться. Разумеется, в украинских школьных программах по подготовке пушечного мяса, украинским детям никогда об этом не расскажут.
ВК
Выстраиваемая в податливом мозгу обывателя плоская одномерная система координат «Путин или Навальный» не просто уводит в безвозвратную даль от любого серьезного разговора, но и вообще ставит под вопрос наши когнитивные способности.
Не могу не вспомнить историю с убийством Гонгадзе, как первую ласточку опытов над нами с вовсю манипулируемой мобилизацией разгневанных масс и потом «звіряче побиття» онижедетей, разбудившем процесс, который унёс нас на дарёном толстыми белыми господами демократическом скакуне в сегодняшнюю преисподнюю.
Мудрый дедушка Ленин говорил нам: «Люди всегда были и всегда будут глупенькими жертвами обмана и самообмана в политике, пока они не научатся за любыми нравственными, религиозными, политическими, социальными фразами, заявлениями, обещаниями разыскивать интересы тех или иных классов.»
Или - сегодня - тех или иных глобалистких элит с теми или иными инструментами манипуляции на клавиатурах. Те, в чьих руках сегодня наука, культура, социальные сети и наши с вами переживания.
И на закуску - самый простой вопрос: почему до сих пор они никак не могут выяснить, кто у них под носом несколько раз взорвал Норд-Стрим, зато имя убийцы Навального стало им точно известно уже через 15 минут после появления новости?
Олег Ясинский
Переживать искренние эмоции несравненно проще, чем критически мыслить. Если наши мысли не научаться защищаться от бьющих по ним со всех сторон волн эмоций, сбивающих с ног и уносящихся в чужие океаны - нашими судьбами всегда будут манипулировать. Работа мировой медийной машины - это создание у публики нужных власти убеждений, при помощи алгоритмов, направленных на наши эмоции и созданных при помощи новейших достижений психологии и статистической информации биг-дейт о наших мечтах, надеждах и страхах. Каждая секунда нашего сидения в социальных сетях помогает системе в создании нашего точного портрета. Остатки нашего разума аннулируются постоянным агрессивным воздействием на наши эмоции.
Фашизм прошлого века создавался именно таким образом. Это было целенаправленное воздействие на страхи и надежды массового обывателя, освобождение его от ежедневного долга делать собственный моральный выбор, перенос всех мыслительных функций на государство, гарантировавшее ему смысл жизни и большое счастье маленького слабого человека. Несмотря на внешне коллективистскую форму, фашизм предлагал глубоко индивидуалистические ценности, главная из которых - право чувствовать себя выше других.
Марксизм, с самого начала своего существования сделал ставку на прямо противопроложное - нашу рациональную составляющую. Иначе было невозможно убедить рабочего, что он не обязан благодарить хозяина завода за то, что тот дает ему работу, а крестьянина, что он не должен любить помещика за то что ему позволяют жить и работать на чужой земле. Левые революционные движения потребовали для народов доступа к образованию и культуре, чтобы люди могли осознать свои права и добиваться всеобщего гражданского равенства.
Нынешняя мировая неолиберальная система стала водой волны эмоций, растворивших разум. Она говорит о свободах, предварительно выхолостив из них главное - коллективистский дух. Она превратила культуру в перформанс. Вместо образования нам предлагается википедия, вместо понимания - толерантность, вместо мечты - успешная карьера. Многие нынешние псевдолевые на службе у корпораций оказываются невежественнее и продажнее некоторых правых, сохраняющих куда больше здравого смысла, чем нанятые системой партизаны, атакующие музейные экспонаты банками с томатным соком.
В своем бесконечном цинизме мировая капиталистическая неолиберальная фашистская система называет «левыми» своих главных управляющих, и, аппелируя к нашей необратимой исторической дремучести, уже начинает именовать умирающий Евросоюз и США «новым СССР».
Достоевский не говорит человеку: «стань другим» — он говорит — ты уже есть не то, что ты о себе думаешь, ограничив себя привычной тебе земной природой. Он говорит человеку: «стань таким, каков ты есть на самом деле»; «прояви себя, увидь себя, опознай себя».
В черновых записях, примыкающих к стержневым богословским текстам Достоевского, есть запись о социалистах, помеченная значком NB: он говорит, что их теория — продукт «высшей отломленной жизни» — то есть радикальной редукции человека. «Человек отрезал себе нос и все члены, и радуется, что без них можно бы обойтись, тогда как наоборот надо бы, то есть стремиться дать развитие всем отрезанным членам» [Достоевский, 1972–1990, т. 20, с. 194]. То есть, видение себя человеком лишь в пределах «насущного видимо-текущего» не есть видение реального своего размера, из которого Достоевский призывал бы вырасти, но есть самоискалечение: есть отрицание и отторжение уже наличествующих членов, которые ощущаются человеком как лишние и ненужные лишь в рамках той действительности, которую он оказался способен на тот момент воспринимать, к которой он по каким-то причинам выбрал или был вынужден редуцирорвать свое восприятие.
Достоевский математически доказывает бытие Бога через раскрытие истинной природы человека. Ход его мысли в «Записках из подполья», написанных одновременно с «Маша лежит на столе» и «Социализм и христианство», таков: предположим, что я — то, что я есть очевидно для себя и других. Зачем мне тогда тоска, устремленность, почему я схожу с ума от полностью обеспеченной в земных пределах и потребностях жизни? Почему я люблю процесс — и никогда не удовлетворяюсь результатом? Почему моему стремлению нет конечного пункта в земных пределах? Почему любая цель в земных пределах оказывается обманкой? Куда мне девать мои лишние члены? Если они у меня есть — значит, есть реальность, в которой они будут функциональны. Значит даже, что, может быть, эта реальность уже есть вокруг меня, я уже в ней, но я не умею ее разглядеть, не умею к ней пробиться сквозь то, что в пределах повседневности определяю как «себя самого».
Достоевский ведет доказательство от противного: если у человека есть части, которые не вмещаются в представление о его здешней природе, которые оказываются в нынешнем его существовании для него избыточными, — это значит, что у человека другая природа. Это значит, что человек не может и не должен рассматривать себя в том ограниченном объеме, в каком он только и может отчетливо видеть себя здесь на земле.
Татьяна Касаткина. Из книги ""Мы будем - лица". Аналитико-синтетическое чтение произведений Ф.М. Достоевского
