Дневник
Быть нормальным сегодня - это, скорее, понимать, что мы все уже не вполне нормальны, а то и прямо ненормальны. И самым ненормальным, возможно, является тот, кто уверен в своей нормальности.
О власти в семье следует заметить, что либо любовь, либо власть.
Иерархия не в том, кто кем командует, а в том, вокруг какого алтаря, образно говоря, люди собираются вместе и живут, работают, любят, сражаются или отдыхают. В семье без иерархии любящие супруги служат друг другу теми дарами, которые получили (всё по евангельским канонам!), и в чём кто силен, в том он и руководит. Это не про власть, а про взаимное служение - совсем другая история.
Все эти законы про чувства верующих, скорее, о подмене истинной веры, чем о её поддержке. Имитация, нацеленная на разрушение того, что якобы поддерживает. Превратить жизнь в срач - и неважно о чём этот срач. А хлам, как известно, вытесняет нехлам.
«К вопросу о роли религии в современном мире.
Пару лет назад Центробанк РФ собрался выпускать новые купюры в 1000 рублей. На них должны были быть изображены мечеть и церковь, что довольно символично.
И тут же поднялась волна возмущения: а есть ли на церкви крест? А на мечети полумесяц? А какое здание выше? А не оскорбляете ли вы всем этим чувства верующих?
Два года чесали в затылке и только что объявили: на новой купюре будут изображены мост и катер. Без креста и полумесяца. И ничьи чувства оскорблены не будут!
Есть много видов духовности. Одни из них ведут человека к Творцу. Другие — к обрядам, зданиям, институциям. Вот эти самые другие очень ревниво относятся к тому, как они представлены в публичном пространстве, они страшно обидчивы и злопамятны.
В отличие от Творца».
Андрей Десницкий
Этика как и религия стали разменной монетой сегодня. Ученые нынче внеэтичны по определению - им так удобнее. Слова, слова... После гугенотских войн элиты вроде решили, что религия - опасна войнами, потому лучше торговать, чем воевать, и тогда производство денег назвали главной добродетелью. Мол, это менее опасная страсть. Появилось т.н. «Вежливое сообщество» — т.е. такое, в котором люди с разными, часто несовместимыми, представлениями о благе (о смысле жизни, высших ценностях, религии) могут мирно и плодотворно сосуществовать на общей приверженности базовым демократическим процедурам и правам человека. Так появилась новая этика! И мы к ней тоже примкнули. Невидимая рука рынка, гармония интересов... Но и это прошло, а что же теперь? В одну реку дважды не войти. Потому, думаю, все разговоры о ценностях и пр. вне уроков времени - просто риторика, игра на чувствах, а то и что похуже - если летит из уст властных...
Чем больше живу, тем больше убеждаюсь в справедливости слов моего отца, что на свете много истин. Одна и та же конфликтная ситуация (например, нынешний конфликт России с Евросоюзом) может быть рассмотрена по-разному - в зависимости от личного опыта того или иного человека, доминирующего в той или иной нации (с её национальными СМИ) исторического нарратива и т.д. Можно будет подобрать факты для самых несправедливых (в целом) обобщений насчет второй мировой войны, начала войны Холодной и т.д. Так что искусственный интеллект тут не поможет. А что поможет? Поможет этика, центрированная на сохранении человеческой (и вообще любой биологической) жизни и минимизации страданий. Общие направления такой этики: не месть, а милость; неприятие радикализма и эмоциональных решений; запрет на использование истории по схеме итальянской вендетты; признание права на защиту - и за Давидом, и за явно несимпатичным для многих Голиафом. Без всего этого, без этики - научные достижения становятся крайне опасны. Великая физика, математика и химия нас быстро уничтожат - они пойдут на оружие.
Красиво сказано, ёмко. Только всегда ли мы делаем выбор? Кажется, лишь иногда. Чаще всё течёт в нас самотёком. Хотя этот самотёк, конечно, к нам как-то относится. В нас очень мало нашего, именно нашего, чужого - больше. Я бы сказала, не всякий доживает до реальной ситуации выбора себя.
Многое, что кажется данностью, на самом деле не дано, а в наши дни так даже намерено отнято. Человек - сам себе иллюзионист.
Природа вещей в том, что надо еще стать тем собой, кто может осуществить выбор себя. В человеке, как правило, всё слиплось (и своё, и родительское, и навязанное социальное, и случайное чужое) - вот как ком пластилина, после того, как лепка завершена, и все фигурки перестали быть чем-то отдельным друг от друга. Быть вне этого смешения - огромный труд, результат процесса развития и становления собой, а вовсе не данность. Выбор во мне может делать интроект - сосед или родитель, мой кумир и даже мой враг, а также мой страх или моя ложь, моё тщеславие или, скажем, мой грех, а не я. По-настоящему выбор делает только свободный человек - личность (тогда я выбираю). Чаще выбор делают за меня - структуры, власти, социальные порядки, привычки и пр....
Со времен Рождества Христова, приведшего Царствие небесное на самую грань земного бытия, всякая ситуация человеческого взаимодействия открывает доступ к вечным «местам» бытия — аду или раю. Окружающий человека мир больше не есть некое «срединное» (нейтральное) место, где он находится, пока пребывает во времени, но каждым своим действием человек актуализирует вокруг себя райские или адские характеристики пространства.
То есть называющий себя "дверью" Христос делает и всякого человека «дверью», распахивающейся каждым своим действием во всякий миг жизни в ад или в рай - и приводящей туда все окружающее его бытие.
И куда мы "распахиваемся" - это каждый раз наш выбор и наша ответственность.
Т.К. - Вы совершенно правы. Но отдавать выбор на аутсорс - это тоже выбор. В самых несправедливых условиях, да, но несмотря на них - наших выборов и ответственности за них невозможно отменить ни на одном из этапов становления.
С.К. - Что значит отдавать? Отдать можно только то, чем владеешь. В том и дело, что сначала надо понять эту проблему, принять её как данность, и решать её - как раз, чтобы хоть что-то реально выбирать, а не фантазировать о себе. Кстати, здесь кроется, вероятно, и одна из причин упадка современного христианства - отрыв от реальности, грёзы о себе (таким образом «соль» теряет свою силу).
В наши лукавые дни стоять можно только во Христе. Вера легко подменяется. Любовью тоже можно назвать что угодно. Сегодня всё разменяно, причём так, что человеку сложно разобраться. Часто, а может и всегда - невозможно.
Мне повезло, что в самом начале моего пути мне был преподан правильный урок. На тот момент мой духовник, иеромонах, спрашивал:
- Кто распял Христа?
Я искала какие-то правильные слова, типа - фарисеи, а он, кивая головой, отвечал:
- Мы распяли Христа. Мы, попы!
Тогда я была шокирована - неожиданный ответ. Теперь я понимаю насколько это были важные слова, важный урок, важное благословение. Предатель - не там, а тут.
Вера требует целостности, которой сегодня нет нигде и ни в ком, только во Христе есть. Церковь Христова - это не организация, а верные Христу.
Второе пришествие Христа понадобится только потому, что первое себя исчерпает. Это серьезный диагноз времени, мимо которого невозможно пройти. Всё, что мимо, не заметит подмен.
Кто-то из святых говорил, что в последние времена люди будут убивать святых, думая, что тем служат Богу. Многие говорили подобное.
Стойкость в вере может быть сегодня не просто фарисейской, но и антихристовой. Любовь может быть подменена корпоративностью, самолюбованием и пр.
Мы стоим, благодаря многим подпоркам, которые суть - самообман, самолюбие. Если их отбросить, стоять мало кто сможет, а с этими подпорками мы принимаем и все подмены.
Задача стоять - это сложная задача. Кажимость стояния нам помогает выдерживать давление обстоятельств, потому мы хватаемся за эту кажимость, но этим же и сдаём Христа - очень часто, слишком часто....
Человек немощен. И слава Богу, что так.
«Познание добра и зла не человеческая задача» - да, вероятно, но богочеловеческая! И мы Христом в себе можем справиться с этой задачей
«Добро и зло не могут быть итогом наших проектов. Мы можем только мечтать о них. Выбирать между ними нам не дано. Непонятно, почему обязательно надо спотыкаться на прямом чтении второй страницы Библии. Познание добра и зла не человеческая задача. Нет никакого свободного выбора вольного ума между добром и злом, бытием и небытием. Не ясно, откуда идёт наивное доверие к блефу сознания, которое обещает дозреть до решения в пользу добра. <…> Разрешить проблему добра и зла, бытия и небытия мы, люди а не боги, можем только в одном смысле: разрешив ей быть, допустив, позволив ей быть нашим настоящим. Её обходят, когда называют её этической и ставят в зависимость от нравственности. Нравственность способ уйти от неразрешимости добра и зла в воображение, будто каким-то своим устроением человек умеет или научится устраиваться так, чтобы угадывать в добро. Кто не достиг такого устроения, якобы попадает в зло».
Владимир Бибихин «Другое начало»
«…человеку не дано подобно Богу знать добро и зло, то есть определять, что является добром, а что — злом…»
Схиархимандрит Гавриил (Бунге) «Объядение, лакомство, чревоугодие: учение отцов-пустынников о еде и посте (на основе текстов Евагрия Понтийского)».
Когда я думаю о том, что мне скоро исполнится 60, не очень-то верится. А был ли «мальчик»?
Жизнь проходит, и что я вижу, оглядываясь? Кем я себя вижу?
Для начала скажу, что жизнь для меня, скорее, процесс отсечения лишнего. Это не пирамидка, которую собирают, а, наоборот. Наверное раньше я могла бы увидеть и другое, кто теперь скажет? Поэтический метод познания (мой метод) не позволяет что-то придумать, предположить, угадать, он всегда в том, «что вижу, то пою».
Когда размышляешь - видишь одно. Когда смотришь, видишь другое. Я - смотрю.
Кем я себя вижу? Тем, кто смотрит. Точнее - созерцает. Не наблюдает, а именно - созерцает. Что это значит? Прежде всего, целостность как данность, невозможная в ином формате познания. Здесь всё со всем связано, достаточно проникнуть в суть одного, как начинает открываться другое - само собой. Причём одно открывается как знающее (любящее) всё.
Моя фиалка растёт под лампой, потому её цветочки выстроились в столбик - столпились под лампу. Необычно, но очень природно и, что для нас важно, - символично. Примерно так же ведут себя силы души человека - они тянутся к свету, подобно цветам, стремятся быть, реализоваться в цветении, и так выстраивается та или иная конфигурация, структурная конструкция, композиция сил души как личность или индивидуальность (зависит от уровня развития).
Кто я, какой я - это во многом определяется теми источниками света, под которыми росли и развивались структуры, а так же теми вызовами, на которые пришлось отвечать (в нашей символике - очагами мрака).
Какой я? Это вопрос о моих путях (где я шёл) - не обо мне. Я шёл по жизни к свету такими-то тёмными аллеями, преодолевая те или иные неудобства и вызовы. Меня освещали и грели отсюда и отсюда, препятствовали моему движение сюда и туда, и я как-то на это реагировал в процессе своего движения.
Кто я? Это о том, на что я ориентировался, когда шёл своим путём (как я шёл), что защищал, чем жертвовал и ради чего.
Какой я - это не про меня, а про судьбу, которую мы не выбираем. Кто я - про то, что я с этим сделал и делаю - зачем, почему, ради чего...
В этом смысле смысла в жизни и правда нет - просто живи, будь живым! Смыслы создаём мы сами и творим себя, создавая смыслы для себя.
Всякого рода корпоративщина лишает человека возможности самому создавать смыслы для себя.
Таким образом человек стоит перед выбором: самому искать и создавать смыслы или выбирать из предложенных другими. Хотя и создавать, и выбирать можно по-разному...
Люди одеты в нарративы, как в одежду. Быть голым - без такой одежды - для человека невозможно. Но, вероятно, есть такие нарративы, которые одевают понарошку (только в той истории, в которой звучат), а есть нарративы, которые одевают на всех уровнях и планах. Куда бы не вышел человек за пределы своего нарратива, он оказывается одетым.
Глобальный бытийный нарратив, пронизывающий все возможные другие нарративы. Доступ к такой истории о себе, о мире, о человеке, о природе и, в том числе, о природе вещей - это же самое важное и самое интересное для человека.
Как найти доступ? Создать свою историю, но такую и так, чтобы это была история про всех, и чтобы отношения вещей друг к другу внутри этой истории было верным. точным - неложным.
Тот, кто пишет такую историю, сможет написать её только в том случае, если проживёт её вполне хотя бы на одном из уровней.
* * *
Интересно поиграть с собой и с миром, доводя какую-то линию своей истории до пиковой точки, чтобы рассмотреть действительно ли в ней кроются увиденные прежде процессы, или же там, как обычно бывает, таится «в кустах» нечто иное - неизвестное, непознанное. И надо бы, возможно, рассмотреть и то, что прячется в кустах (задача, которая по плечу да и нужна далеко не каждому).
Искусство валять дурака тоже может послужить пользе познания себя и своих нарративов. Если отключить настройку серьёзности и включить настройку дурачливости (главное правильно понять где и как это можно сделать, а где нельзя ни в коем случае). Задача - увидеть себя голого, не укутанного важными маскарадными костюмами и шалями (шаль - от шалить)...
* * *
Одежда это очень серьёзно - в одном нарративе, одежда абсолютно неважна - в другом нарративе. Это важно понимать и в том смысле, что важен нарратив.
Когда мы беремся рассуждать о чём-либо в нарративе другого, исходя из себя и своего нарратива, мы, как минимум, ошибаемся, а, как максимум, клевещем и грешим.
Если обычный человек - это линия на листе белой бумаги, то поэт это пунктирная линия. В этом можно увидеть много разного.
Пунктир - как стежки на ткани. Нить проходит то с одной стороны ткани, то с другой. То есть, поэт живёт и по ту сторону жизни - не только здесь («карьера в невозможном»).
Пунктирной линия является и потому, что в момент написания произведения поэт исчезает, а на его территории возникает написанный им текст. То есть, место прерывания линия (пустота) восполняется текстом. Линия выглядит не пунктирной, а сплошной, если на месте пустого пространства располагаются произведения. Автор и тексты сливаются в единую сплошную линию, при этом не забудем, что в моментах автор оказывается по ту сторону, а в здесь его представляет текст.
Про лист бумаги и фигуры на нём. Психоаналитик - тоже фигура, которая пытается исчезнуть с листа - стать незаметной на нем, но он тоже - фигура, без всяких сомнений. Это важно! Белый лист - бессознательное. А птица - это бессознательное плюс Помощник, или, скажем так, лист и пространство над ним (запредельное по отношению к листу).
Фон и фигура в гештальте. С их помощью можно попробовать объяснить в чём особенность творческих людей. Автор становится фоном, а его произведение - фигурой. Автор умеет исчезать и появляться. Кто-то сказал, что у творческих людей словно есть форточка в безумие, которую они то открывают, то закрывают. Это о том, как автор обходится с реальностью.
Представим белый лист бумаги, а на нём начерчена пунктирная линия. Линия - это текст, а не автор. Автор - промежутки между. Но эти промежутки суть - чистый лист бумаги, который может стать подходящим символом бессознательного.
Нарциссичный мир производит нарциссичные отношения между людьми. Человек человеку - нарцисс, сегодня. Но что делать с нарциссичностью внутри церковной ограды? Имеет ли право церковь как институт скатываться до претензий вместо любви (которой в нас нет, но она всегда в избытке у Бога)? Не является ли церковное самолюбование дурным признаком отпадения от Бога? Процесс, разумеется, ещё не на финише, но не замечать того, что он уже вполне запустился в нас, что антихрист в нас уже разворачивает свои программы (именно - в нас, а не где-то) как-то уж совсем не по-христиански.
А что может противостоять в нас онарцисствлению? Трезвение. Осознание своей реальности. Самообнаружение себя во времени, здесь и сейчас, а не фантазирование себя где-то там, где нас на самом деле нет.
ПРИРОДА женская - как белый лист, а мужская - как точка на этом листе. Точка отсчета, начало процессов. Так примерно соотносятся яйцеклетка и сперматозоид.
Я не может появиться вне общения с Ты. Я тем и определяется, как и с каким Ты оно общается.
Ты живёт в моём Я таким, каким я его ощущаю, каким чувствую в себе, оно имеет черты, какими моё Я его наделяет.
==============================================
«Человек становится Я только через Ты» (Бубер).
Вопрос: «А наоборот: Ты появляется через Я» (Матвей В.).
Может ли вечность научиться времени? Кто её научит? Тот, кто знает что времени нет? Сомнительно.
Чтобы чему-то научить, надо владеть тем опытом, которому обучаешь. Само время обучает вечность? Не исключено. Но, скорее, вечность сама создаёт время, чтобы вечные могли обучаться времени, а через время постигали своё вечное по-настоящему.
Время - это валюта вечности? Возможно...
Бывает, что мужчина задаёт женщине ложный закон, и эта ложность может касаться женщины, а может касаться самого мужчины или даже самого порядка вещей в мире и Бога.
Ложный относительно женщины - это не учитывающий её природу, её потребности, её свойства и предназначение.
Ложный относительно мужчины - это когда он внутренне хочет иметь женщину, скажем, изысканно одетую, а свою реальную женщину держит на «сухом пайке», одаривает её по остаточному принципу, а то и вовсе не считает нужным одаривать - только потребляет. Такой мужчина шарит глазами по сторонам и питает свой взгляд чужими женщинами, не давая своей шанса стать той, о которой внутренне мечтает. А бывает и более сложный вариант: претензия к женщине, чтобы она была внешне - как «жена олигарха» или звездная певичка, а при этом никаких условий для этого нет, жена - загнанная лошадь, а не женщина (или цветок, не знающий ухода).
Ложным закон бывает и относительно порядка вещей, заложенного Богом. Первые два вида ложного закона тоже сюда относятся - они нарушают порядок вещей, заложенный Богом. Однако можно и более радикально нарушать - например, принуждать женщину торговать телом или продавать детей. Далее продолжать не буду, ибо логика ясна.
Все эти кошмары в школах - с убийствами, насилием - это психоз, скорее всего и прежде всего, а рядится он в идеологические одежды. Неважно в какие одежды рядится (они могут быть самыми разными), важнее, что в социальном пространстве детям настолько трудно найти здоровый, не фальшивый образец для самоиндентификации, что проще сойти с ума, чем не сойти. Это верно даже для зрелых, состоявшихся людей, а дети совершенно беззащитны перед напором больного и агрессивного социума.
Женщина - это целостность, а мужчина - дискретность, он полагает пределы, разрывы. Мужчина дробит целостность женщины своими стандартами и запросами - законом. Женщина живёт и творит жизнь, в рамках закона, созданного мужчиной (наш мир мужской именно в этом смысле - закон задают мужчины). Или пытается выжить, вместо того, чтобы творить - если он не даёт ей возможности жить, если его закон не учитывает её природу, если не берёт в расчёт её как нечто отличное от него.
Когда мужчина творит закон для себя и только под себя, он не исполняет мужского предназначения. Христианская мысль учит, что мужчина должен полагать жизнь свою за жену, он должен уподобиться Христу в любви к ней - тогда его закон будет справедливым и угодным Богу. Но часто мужчина больше склонен уподобляться инцелу, а не Христу. Тогда он видит свою роль в потреблении женщины, в использовании её, в подавлении женщины, в доминировании над ней (слабые сущности любого пола только о доминировании и грезят). Но это богопротивные программы взаимодействия, т.к. в них нет любви - всегда готовой служить пользе и счастью ближнего.
Женщина по природе своей - служит*, а мужчине надо ещё научиться такому взаимодействию - в родительской семье, в социуме, в браке...
Женщина сама по себе живёт по закону благодати, она воплощение её в теле, и мужчины норовят приобщиться к её благам, но не хотят платить за них. Мужчины склонны обокрасть одну женщину, чтобы потом перейти к другой, вместо того, чтобы взаимодействовать честно, на равных, отдавая себя и своё, беря женское.
---------------
Сам алгоритм деторождения - надежное подтверждение женской природной сути (самоотдача). Потому Христос ел и пил с блудницами, но не с блудниками. Блудница - это вина социума и прихоть мужской его части.
Культура - это Большой Другой, одна из его ипостасей. И в чем она может помочь - психологически? Она может компенсировать отсутствие рядом человека, можно найти для себя человека в культуре, если его нет рядом, во времени и пространстве. Можно найти друга и советчика, можно найти наставника или просто попутчика, можно найти образцы как надо и как не надо действовать, что красиво и что не красиво, можно соединиться с другим в радости постижения и понимания себя, мира, культуры, Бога...
Культурный защитный слой защищает человека и от отсутствия человека рядом, пусть только отчасти - как крыша дома защищает от плохой погоды и плохого климата. Понятное дело, это не заменит личную тёплую близость, но компенсирует - человек все равно станет человеком.
Прежде чем случится предательство (личный уровень), происходит сначала нарушение закона. Закон, его соблюдение, защищает от предательства. Под законом я имею в виду не юридическое, а онтологическое измерение - закон бытия, закон жизни, закон взаимодействия вещей, закон, положенный Богом при сотворении мира.
Закон - как шахматная доска, на которой стоят фигуры. Если камушек положить вместо коня, поставив его на место коня среди остальных фигур, и начать игру (жизнь), камушек станет конём. Все фигуры будут строить отношения с камушком как с конём. Но камушек и ходить должен как конь - буквой Г, а не произвольно. Так выглядит исполнение закона. Всё равно что или кто стоит на клеточке, предназначенной для коня - всё становится конём в рамках отношений (игры).
Нарушение закона - это про клеточки (место стояния по отношению к...) и про способ взаимодействия (конь ходит только буквой Г, не иначе).
Предательство - это про личность. То есть, пока мы на уровне клеточек и фигур, это еще не отношения, это функционал, роль. Личностное - это когда в отношениях именно личность, т.е. когда отношения строятся со мной не как с фигурой, которая стоит в ряду фигур там-то и называется так-то (жена, сестра, коллега, преподаватель, артист - социальная роль) и ходит так-то (функционирует таким-то образом), а со мной как именно со мной (лично - т.е. такой единственно возможной как я есть). Предательство осуществляется против меня лично. И не фигурой, а такой же личностью. То есть, если предательство функционально, на уровне закона только, то это преступление, а не предательство.
Преступление носит доличностный характер, и оно может быть исправлено вступлением личности в свои полномочия - выходом личности на сцену, где разыгрывалось нечто стихийно-ролевое.
В отношениях мужчины и женщины преступление может быть изжито переходом на более высокий уровень отношений - личностный. А предательство, скорее всего, неисправимо и непременно потребует разрыва отношений т.к. это личностный выбор.
Все проблемы доличностные - простительны и прощаются, ибо легко разрешаются выходом на новый уровень. Личностный! По настоящему они и преступлениями не являются - это скорее ошибки, промахи, грехи. Это преступление в кавычках - относительное, нарицательное. Так же как камушек становится конём - конём в кавычках, конечно, т.е. на уровне функции. Истинные преступления - всегда личностны, и они всегда суть предательство больше, чем преступление. Предательство, в первую очередь, себя самого, а уже потом всех других, кто становится жертвой дурного вкуса или дурного стиля.
Жертвы несовершенства могут «воскреснуть» в нормальных отношениях личностного уровня. Сработает автоматика при переходе и переводе отношений на более высокий бытийный этаж. Жертвы личностного преступления-предательства - всегда инвалидизированы настолько, что полное восстановление в человеческом измерении бывает неосуществимо. И отношения после такого рода катастроф, как правило, невосстановимы.
С другой стороны, человек - это всегда процесс, динамика, а значит изменения - если он не закоснел, если не зацементировался. Человек способен меняться, пока не умер. Отсюда очевидный вывод - всё можно исправить, если действительно захотеть.
Когда психолог встречается с человеком, пришедшим за помощью, важнее всего понять за какого рода помощью он пришёл - не в смысле каков его сознательный запрос, а в смысле его реального бытийного запроса. То есть, надо выявить его проблему как ситуацию в которой он застрял, чтобы помочь ему восстановить свою текучесть. А потому не стоит пришпиливать его к каким-то типологиям, не стоить обвешивать его ярлыками - чтобы не мешать процессу восстановления его текучести. Важно и ему не мешать, и себе не мешать. Это первое условие, задание, которое надо поставить перед собой. Это первая граница, которую кладет себе психолог, чтобы быть с клиентом в свободе. от шаблонов всех мастей, которые перекроют доступ к реальности, т.е. помешают видеть и воспринимать то, что есть.
Шаблоны могут принести пользу только на следующем этапе, когда восприятие будет анализироваться - т.е. позже, по завершении процесса общения.
Надо идти за человеком (в его ситуацию, в его проблему и быть с нам в ней, не мешая ему своим присутствием, не привнося ничего от себя), а не за диагнозом - ярлыком.
Человек - это поток. Поток невещественных движений души. Но и телесно - поток крови, например, делает его живым; остановился поток - остановилась жизнь.
А змея буквально имитирует телом поток, она похожа на ручей. Не потому ли змей-искуситель это именно змей? Что-то в этом есть - материализация потока, овеществление.
