Дневник
Отношения двоих - это растение, которое одновременно растет в грунте двух сердец, строящих отношения. Его надо поливать, кормить, а грунт сердца надо рыхлить, делая его более воздушным, мягким. На каменистой почве трудно расти нежному цветку отношений.
Но бывает, что один из двоих не выделяет почву сердца под цветок отношений. Или не поливает, не кормит растение со своей стороны, или (это бывает очень часто) оставляет слишком мало пространства под отношения, и цветок отношений не имеет возможности развернуть все свои веточки и листочки (все свои структуры для жизни) - не может расти и, тем менее, цвести и плодоносить. Это отношения без развития - обреченные на катастрофу.
Если кто-то один из партнеров ухаживает за цветком отношений, а другой - нет, такое растение может жить до поры. Даже очень долго может жить, но рано или поздно его уродливая однобокость даст о себе знать.
В журнале Американской ассоциации содействия развитию науки «Science» была публикация о недавнем опыте, в котором приняли участие порядка 3 тысяч человек, крайне убежденных конспирологов и чуть менее убежденных конспирологов, которые прошли 3 сеанса по 8 минут с СhatGPT, выступившем в роли психотерапевта, и запрограммированного на очень простое взаимодействие в стиле фразы из фильма «Хоттабыч», принадлежащей компьютерной программе из чата знакомств: «С тобой так интересно!». В НЛП это изначальное взаимодействие называется словом «раппорт»*, т.е установление доверительных отношений.
Результат опыта поражает воображение: СhatGPT за очень короткое время совершенно переубедил чуть менее убежденных конспирологов и заставил усомниться в своей позиции крайне убежденных конспирологов.
СhatGPT сумел изменить убеждения взрослых людей минимальными усилиями - это многое говорит о человеке наших дней и о технике наших дней. Говоря по-лакановски, на стороне другого все те слова, которые конституируют субъекта.
Человек становится тем, каким его хочет видеть, зовёт, приглашает в бытие другой. И сколь разным может явиться в мир человек, приглашаемый в жизнь Богом (Христом), близким человеком или машиной, ИИ...
Заметим, что субъект может формироваться вокруг не истинных, а ложных внушенных нехваток, ложно провоцирующих и ложно направляющих формирование субъекта информационно созданных пустот (переходящих в «хотелки»).
Каким будеn «Я» человека, сформированное социумом, где в роли зовущего психику в жизнь дружественный ИИ или, наоборот, недружественный, в сравнении с людьми из привычного нам мира пока ещё людей?
Через ложного Другого очень легко сформировать ложное Я в массовом человеке, и это ложное Я будет выбирать ложные цели, ценности, ложные правды, истины, и будет стремиться к ним со всей искренностью и напором страсти.
----
* Раппорт (с англ. rapport) в НЛП ощущение общности с другим человеком. При раппорте появляется доверие и симпатия.
Когда я знаю, я не помню. Когда я помню, я не знаю. Память - это про другое знание, несофийное. Софийное знание - как манна небесная, оно не для здешнего устроения, не для бытования, а для бытия вполне здесь и сейчас. Для присутствия человека в Бытии в процессе своего бытования.
Софийному знанию память мешает, как своё представление (память всегда - своя, кроме первичного запечатления, которое может быть не испорчено ещё памятью и прикосновением к памяти). Поэзия - это первичное, отделенное от меня в том смысле, что отделено от моей памяти как моей функции.
Для софийного знания важно искать, вопрошать о знании, т.е. быть вполне незнающим, а не мудрствующим своим умом.
Тотально влечёт к себе, привязывает к себе, любимое (страсть) и травмированное, рана (боль). Любимое требует к себе внимания, чтобы одарить возможностями быть. Травмированное - чтобы устранить возможности не быть.
Где место страху в этом? Страх не получить любимое? Страх утратить необходимое?
Мы неравнодушны к этим двум ареалам, в которых обитают и люди, и смыслы, и цели, и алгоритмы, и страхи, и предметы, и цели, и задачи.
Человека играет его социальная роль. Если он забудется, если обожествит свою роль и себя в ней, легко потеряет человека в себе - личность. Или утратит возможности обрести в себе человека, став вполне личностью, а не просто социальным движком.
В этом смысле культура отмены - почти убийство.
И всё же, сводить человека к его социальной роли - ложный подход. Личность возвышается над всеми ролями. Она выше, больше, полнее, и только в ней возможна полноценная встреча человека с человеком и человека с Богом.
Социальная роль - функциональный представитель личности, не более. Самоотождествляться с ней не стоит. Вероятно, именно в этом смысле надо понимать слова о том, что человек спасается только Христом. Личностью становятся, практикуя себя в этом нарративе, самоотождествляясь с этим именем, уподобляясь Ему в социальной роли. Только такая социальная роль не отменяет человека как личность, а, наоборот, утверждает. Истинная (полная, целая) социальность обретается только во Христе.
* * *
Архетипы Юнга - функциональные кирпичики социального опыта. Их полнота - в Софии. Потому икона «Прибавление ума» - об опыте включения в Целое, осколками которого являются архетипы.
Совесть - софийная весть в человеке.
* * *
Тенденции нашего времени в том, чтобы пути к истинной личности во Христе закрыть, оставив лишь возможности быть корпоративной личностью, а это почти то же самое, что служебный человек. Личность, приравненная к социальной роли. И хотя корпорации старательно имитируют полноту жизни внутри своего корпоративного социального пузыря, это ограничение не может не сказаться на качестве личности.
Переживая последний, вероятно (предсмертный? возможно, но посмертный точно = я прежняя умерла), жесточайший жизненный кризис, опираюсь лишь на то высокое и великое, что успела найти, впитать, вкусить, обрести, отдать... Утратив всё, став совершенно беспомощной, нищей, провалившейся в неведомое до сих пор состояние полнейшей никчемности («хуже всех», «я не для жизни»...), иначе смотрю на всё то большое и малое, чем жив и живёт человек.
По Юнгу (он мне кажется софийным человеком, он точен во многих своих открытиях), я прохожу последнюю стадию индивидуации. Благодарна Юнгу за его понятийную сетку, помогающую сориентироваться в происходящем ужасе.
Погружение в ужас немыслимо без ближнего (опасно быть одному). Ближними являются и книжные великаны, и те, кто хоть отчасти способен быть рядом в таком непростом опыте, кто хотя бы отчасти может разделить ношу такого опыта.
Юнга, его опыт и открытия, надо соотносить с открытиями софиологов - они прикасаются к одной и той же реальности, к одним и тем же структурам, но с разных позиций. Без Софии не понять Юнга вполне. Так и софиологов не сделать более понятными для всех без Юнга.
Густав Климт «Поцелуй»
Это ещё и софийная работа - потому так завораживает.
Эта картина считается ключевым произведением «золотого периода» в творчестве художника Густава Климта. Она выполнена в традициях византийской мозаики и иконописи, из-за чего часто именуется «монументальной иконой».
На картине изображены слившиеся в объятии мужчина и женщина на краю усыпанного цветами луга над обрывом. Женщина стоит на коленях, её плечи подняты, левая рука прижимает к себе правую руку мужчины, а правой она обнимает его за шею. Откинутая назад голова рыжеволосой женщины в цветочном венке опирается на левую руку мужчины, её лицо обращено к зрителю. Черноволосый мужчина в венке из зелёного плюща нежно целует женщину в правую щёку, его правая ладонь бережно поддерживает её лицо.
Изображённое на картине имеет самые разнообразные интерпретации. Некоторые исследователи усматривают сексуальную символику не только в положении персонажей, но и в декоре картины.
Американский историк искусства Аллесандра Комини указывала, что взаимное влечение мужчины и женщины, грядущий апогей их страсти представлены в виде совмещения прямоугольных и округлых деталей орнамента.
Американский психиатр, нейробиолог и биохимик Эрик Кандел, также отмечал, глубокую символичность работы венского художника, ставшей кульминацией увлечения Климта «двумерностью и орнаментированием», а стилизация позволила передать любовное желание героев. По мнению учёного, эротическая символика представлена на одежде запечатлённых фигур и на земле богато усыпанной цветами: «Прямоугольники на одежде мужчины, символизирующие сперматозоиды, сочетаются с символизирующими женскую плодовитость яйцевидными и цветочными узорами на платье. Эти два поля символов сливаются на золотой ткани».
В противоположной трактовке австрийских климтоведов из галереи Бельведер только на первый взгляд влюблённые на картине в эротических объятиях соединились в экстазе. Если присмотреться, в картине нет ни эротики, ни экстаза, на ней изображены два близких друг другу человека, знающих друг друга всю жизнь, а их объятья — это метафора доверия, заботы и симбиоза.Инет
Чуткие души и нечуткие, я бы сказала, что это сейчас одно из главных делений. И вопрос может быть сведен к тому, с кем ты заодно - с чуткими или с нечуткими, которые в тренде...
Всегда ли идеальны чуткие? Конечно нет! Но они меньшее зло даже в таком случае.
Бога в себе нельзя открыть для себя - Он Сам открывается и открывает меня для Себя и для меня. Но Бога можно открыть в себе для другого. Если я сочувственно замечаю ближнего и хочу его поддержать, я могу сама открыть в себе измерение Бога. Я могу быть в Боге сколько угодно - для другого.
Именно поэтому заповеди о любви к Богу и любви к ближнему называют двуединой заповедью.
Скажу наверное неожиданное: сейчас объективно всё не так как было прежде.
И чтобы видеть, надо учиться смотреть на новое и видеть новое, а не сводить все к знакомым алгоритмам.
Факты можно понимать ТОЛЬКО в контексте, факты современности - ТОЛЬКО в контексте современности.
Без поправки на время - всегда ошибка, всегда ложное понимание и представление - а это прелесть.
Вокруг пятна можно заметить гранулы — это самые мелкие и активные детали, которые можно наблюдать на поверхности нашего Солнца. Гранулы являются переносчиками тепла от зоны лучевого переноса излучения до фотосферы, образуя таким образом зону конвекции. Оказавшись на поверхности Солнца гранулы живут порядка 5 - 10 минут, лопаются и отдают свою энергию в межпланетное пространство.
На подсолнухи Ван Гога похоже... И не только подсолнухи...
Иду с Ве, чихом 3кг, одетым в комбинезон, сапожки и шапочку (обычно прохожие умиляются, глядя на Ве), а навстречу двое - парень и девушка лет 17-ти. Она маленькая, в половину его роста. Оба кажутся приятными. Но, приблизившись к нам, девушка говорит парню: «Вот таких ЛЕГКО ТОПИТЬ».
Мы разошлись, а в голове у меня эхом звучали эти ужасные слова - так вот о чем думала симпатичная девичья головка, глядя на милого ребенка с хвостиком.....
Вчера, на прогулке с Ве, встретились с девочкой лет 7 и её бабушкой. Бабушка обратила внимание на Венины сапожки, приглашала внучку поучаствовать в общении с Ве, но девочка, очень хорошая, умная, живая девочка, не спешила эмоционально откликаться. Она казалась слегка приторможенной и, возможно, причиной такого поведения было слегка шоковое, стрессовое состояние, ибо глаз этой милой девочки был подбит - огромный синяк сразу бросался в глаза. И меня это тоже немного шокировало - девочка была не из пацанок, т.е. слишком нежная и душой, и возрастом, чтобы принять такой синяк как что-то нормальное.
Я обратилась к девочке с вопросом «откуда синяк?», и она сказала: «в меня кинули бутылкой». Эти слова свидетельствовали не о случайном попадании, а о намеренном акте агрессии. В настроении девочки чувствовалось, что она потрясена - ей, вероятно, было очень больно и, вероятно, она столкнулась со злом, направленным в её адрес, пусть и, возможно, относительным (пока - дети, особенно сегодня, бывают очень жестокими).
В отличие от девочки, бабушка говорила с беспечностью: «Ничего страшного, в игре всякое бывает». Девочка молчала, но очевидно не могла принять позицию бабушки - не могла согласиться, что ничего страшного с ней не произошло. И потому она слегка оттаяла оттого, что я вновь, несмотря на слова бабушки, выказала ей своё живое внимание к ней и сочувствие. Она теперь смогла отвлечься от внутреннего и посмотреть вовне со вниманием, посмотреть на меня и на Ве - т.е. заметить что-то, кроме своего внутреннего переживания.
Судя по синяку, бутылку в неё кинули не больше пары дней назад - синяк ещё не позеленел. Эмоционально девочка всё еще переживала то неприятное и, возможно, пугающее событие. И ей было важно не быть там, внутри, одной.
Не знаю как отнеслись её родители ко всему этому, не знаю, что она рассказала родителям, но я видела глаза, которые познали нечто, что таким девочкам в таком возрасте обычно познавать не приходится, и о чём, вероятно, не догадывается её бабушка (в порядке вещей бабушки этого нет в принципе).
Почему я пишу об этом? Чтобы зафиксировать эффект от контакта. Мимолетное внимание постороннего человека, искренне включившегося в травмирующее переживание, мгновенно дало облегчение - уменьшение напряжения.
Травмированный человек не должен оставаться сам на сам внутри травмирующего переживания. Психике крайне важно обнаружить сочувствующего другого, чтобы не застрять в травме. Нужен поток, отношения внутри пространства травмы - позитивно направленное движение психического тока. И, вероятно, это главное, что должен давать психолог своему клиенту/пациенту - искреннее внимание и поддержку. И, вероятно, это то, что могли бы давать близкие люди, но теперь чаще всего не дают, и потому нужда в психологах растёт.
Забавная притча. Правда, с точки зрения христианства есть нюансы - т.е. Христос в нас все-таки есть, иначе мы не христиане. И Он через нас все-таки спасает.
И да, мартышка ведь может не свысока помогать - не потому что считает всех вшивыми, а из личного опыта страданий и надежды, что и её кто-то почистит. Ну и самое искреннее желание послужить пользе ближнего у мартышек возможно отсутствует, но у людей все-таки может и должно быть. Иначе мы только мартышки, а не люди.
И еще... При встрече с другим у нас встает выбор: как взаимодействовать?
Никак - т.е. не трогать.
Навредить (особенно любят вредить незаметно, скрытно, а то и под благовидным предлогом).
Или помочь - чем могу и в зависимости от того, что другому надо.
Негативный спасатель - это ложный спасатель, т.е. тот, кто на самом деле хочет навредить под видом помощи.
ПРИТЧА
Один мудрый старик повёл мальчика в зоопарк.
Видишь этих мартышек? Ага.
Видишь вон ту, которая суетится и выискивает блох у других мартышек?
Да.
Эта мартышка «СПАСАТЕЛЬ»!
Она считает остальных завшивленным стадом и пытается всех «очистить».
А другие что?
Ничего, просто иногда чешутся. Или не чешутся.
А кто чистит «Спасателя»?
Никто.
Поэтому она – самая вшивая…
Труднее всего, пожалуй, отыскать человека, который бы не обожествлял себя и свой метод, всё своё и своих - вторым рядом. Отсюда так мало по-настоящему добрых - не забывающих о божественности Другого, других.
Человек может не замечать в себе этой пагубы (чаще всего - не замечает), он просто действует, исходя из такого мировоззрения, сокрытого от него самого - мало кто занят сегодня самопознанием, самоисследованием. Некогда....
Глядя на другого, надо непременно возвращаться к себе - с вопросами о себе лично и о человеке вообще.
Все мы - человеки, все мы - Человек.
Культура отмены... человека - это уже антихрист, ибо христианство учит любить человека, даже во грехе (требует отличать грех человека от самого человека). Пренебрежительное отношение к другому, которым напитаны сегодня все мы (принимающие и не принимающие...) - это оскорбление человека, прежде всего, в нас самих - в каждом из нас.
Отменяя другого человека, человек отменяет себя самого. Для христианина это совершенно невозможное действие.
Черные очки, дурное толкование - это все не от Христа и не за Христа, это всё - антихристово в нас.
Тревога - кто-то должен приходить на помощь современным людям, исполненным законной тревоги. Это не то, что было прежде: нынешняя тревога обусловлена тотальными изменениями в мире, которые человек не успевает осознавать, трактовать, понимать. Социальная жизнь требует всё больше и больше от человека, но даёт ему всё меньше и меньше возможностей для опоры, для стояния в человеке.
Та или иная социальная роль востребована, а человек (как нечто целое - большее, чем его роли) всюду только мешает - ему нет больше места в мире людей. У человека не остается возможности остаться - это надо исправить, иначе человека не станет.
Дело церкви, в первую очередь, спасать или информировать о спасении? Я думаю - спасать. Хотя мне многие возразят, мол, спасает Христос. Да, конечно, только Христос и может спасать. Но не в том смысле, что без нашего участия, а в том смысле, что Он разворачивается в нас, в наших сердцах и умах, чтобы нашими руками действовать здесь на благо слабых и беззащитных, прежде всего.
Не сильных и известных, а бестолковых и беспомощных. Как говорила Цветаева: всё, что никому не нужно, несите мне. Примерно так и должно быть. Когда же и церковь интересуется лишь знатными, а сирые и убогие, никому не нужные, не находят пристанища и в церкви, то это ложное положение дел - не по Христу, а против Христа.
Спасение человека - в предстоянии перед ним во Христе (это помогает ему самому предстать во Христе, обнаружить себя Христового), в смотрении на него Христом и во Христе, в приятии его со всеми его проблемами - Христом и во Христе.
Инстуциональное понимание спасения в таинствах - не полно, оно отменяет человека в нас, Христа в нас, словно Христос только в таинствах. Нет, Христос - в нас, именно это словно отменяется сегодня (не на словах, а по факту, хотя и на словах тоже - ведь умолчание это почти отрицание).
* * *
Благополучники принимают своё благополучие за благодатность, неблагополучники принимают своё неблагополучие за благодатность - и ошибаются. Но в неблагополучии проще заметить некоторые неблагополучные моменты, так же как в благополучии заметнее благополучные моменты. Ради исправления видения важно видеть и то, и другое, но акцентироваться лучше на том, что подлежит исправлению. Если же фокус на благополучном, то акцентироваться надо на хвале Богу, а не самим себе таким правильно устроенным - иначе прелесть неизбежна.
Даже в психологии признается, что главным лечебным эффектом обладают не методики, а личность специалиста, личностные отношения с пациентом/клиентом. Странно, что внутри церковной ограды происходит противоположное движение - институциональный подход ставится над сердечностью. О чем это свидетельствует? Об оскудении сердечной силы, т.е. об утрате связи с Богом, об утрате жизни в Боге.
Понятно, что в отличие от психологии в христианстве лечит Христос, но ведь носителем личного начала может быть только личность. То есть, Христос через личность пастыря, через личность собрата во Христе, приходит к страждущей душе, чтобы исцелить личность нуждающегося в исцелении.
Молитвенное участие - это сердечное, прежде всего, участие, а не институциональное.
Созерцание другого это вовсе не наблюдение за другим. Для созерцания нужно чистое сердце, а для наблюдения достаточно того или иного институционального метода.
Работает ли только институциональное? Да, работает - для спасаемого, но само по себе институциональное, без сердечного, неизбежно ведёт к системному духовному оскудению и утрате соборности (ибо она суть сердечное единение в Боге).
