Платонизм в древнерусской религиозно-философской мысли

Автор
Оксана Ламакина

Ламакина, Оксана Юрьевна, кандидат философских наук

Оглавление диссертации 

Введение

Глава

§ 1 Раннепатристическая традиция (Василий Великий, Григорий

Назианзин, Григорий Нисский).

§2. Corpus Araeopagiticum.

§3. Византийская мысль VIII—XIII вв.

§4.Учение исихазма.

Гл. 2. Платонизм в произведениях Древней Руси.

§ 1. Источники платоновских идей в Древней Руси.

§ 2. Идеи платонизма в древнерусском флорилегии.

§ 3. Платонизм в древнерусских хронографах.

§4. Оригинальные произведения древнерусских книжников.

Глава 3. Неоплатонические реминисценции в древнерусской мысли.

§ 1. «Ареопагитики» в Древней Руси.

§ 2. Исихастская традиция в Древней Руси.

§ 3. Максим Грек.

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Платонизм в древнерусской религиозно-философской мысли»

Обоснование темы и её актуальность

Христианизация Руси, ознаменовавшаяся воздействием святоотеческой письменности, стала духовной предпосылкой развития древнерусской религиозно-философской мысли Х1-ХУ1 вв. Патристика познакомила отечественного книжника с наследием античности, определила критерии восприятия философии языческого мира. Наиболее важными явились учения Платона и Аристотеля. Традиции аристотелизма в средневековой русской мысли исследованы в литературе достаточной полно1. Вместе с тем, исследователями всегда отмечалась особая роль платонизма в развитии не только богословия, но и философского дискурса на древнерусской почве2.

Интерес к этой теме возник в 20-х гг. XIX в. в связи с процессом пробуждения русского самосознания, осмысления места и значения русской культуры в общем ходе развития культуры европейской. Во второй половине XIX в. начинается активное изучение наследия древнерусской духовности, появляется большое количество публикаций древних рукописей и работ, посвященных их исследованию.

С другой стороны, начало XIX в. — время появления самобытной философии в России. Возникает интерес собственно к платоновской философии. Уже в конце XVIII в. в России появляются первые переводы наследия античного философа . Это было вызвано как потребностями, связанными с профессионализацией философии, так и определенным кризисом религиозности в XVIII в. Здесь и поиски «внутренней церкви» и «истинной религии» в качестве альтернативы синодальной церкви в религиозных исканиях масонства4; и тенденции духовного обновления внутри православной церкви, выразившиеся в обращении к святоотеческому наследию, возрождению традиции исихазма в России5 (патристика и иси-хазм использовали идеи античного платонизма и неоплатонизма). Платонизм связан с осмыслением духовных оснований бытия и человеческого приобщения к божественным истокам мира. Подобная идейно-духовная направленность платонизма делает его близким христианству, и в первую очередь восточному, православию. В начале XIX в. официальные круги церкви начинают рассматривать платоновскую философию, как основу православного богословия, в отличие от западного, где в качестве такой основы полагается аристотелизм. Уже в 1814 г. в Уставе Духовных Академий, утвержденном императором Александром I, читаем (§§ 160—163): «Между древними Платон есть первый столп истинной философии6. В писаниях его и писаниях лучших его последователей, профессор должен искать основательного философского учения. Из новейших философов тех должно предпочтительно держаться, кои ближе его держались»

---------------------------

1 См. Зубов В.П. Аристотель в древней Руси// Зубов В.П. Аристотель. Приложения. М., 1966.

2Абрамов А.И. Платоно-аристотелевские влияния // Вестник Российского Университета Дружбы Народов. Серия Философия. 1997, №1; Карпов В.Н. Сочинения Платона, переведенные с греческого и объясненные профессором Карповым // Странник. СПб., 1864, апрель. Том II.

3Первые переводы Платона появляются у Новикова в «Утренней звезде» за 1778—1779 г. Далее выходят в свет: 1) Творения велемудрого Платона, переложенные с греческого языка И. Сидоровским и М. Пахомовым. СПб., 1780—1785; 2) Платон. .Законы / пер. В. Оболенского. М, 1827.

4 Замалеев А.Ф. Лекции по истории русской философии (XI—XX вв.). СПб., 2001. С. 131.

5 Возрождение традиции внутреннего делания в первую очередь связано с именем старца Паи-сия Величковского и его учеников, а так же деятельностью митрополита Новгородского и Петербургского Гавриила (Петрова) и его ставленников.

6 Здесь и далее, если нет специальных указаний, курсив диссертанта. у Арх. Гавриил. (Воскресенский). История русской философии. Казань, 1840. С. 21.

В Уставе подчеркивается необходимость чтения оригинальных произведений Платона: «должно приметить, что никогда не найдете сего (платоновского) учения в отрывках и кратких извлечениях, на разные его мысли изданных: в них странным образом, невежеством толкователей все обезбожено. Истинной его системы следует искать прилежным и долговременным испытанием и упражнением в подлинных его сочинениях»8.

Тенденцию ориентации на платоновскую философию видим и в первом специальном труде по истории русской философии архимандрита Гавриила (В.Н.Воскресенского): «Аристотель воцарился во всех школах папистических и своею сухостию обезобразил наилучших гениев Запада как, например, Фому Ак-вината, Фому Кемпийского; напротив Россия, не отвергая логики Аристотеля, преимущественно любила Платона»9.

Распространению идей платоновской философии в России способствовало издание полного перевода сочинений Платона10. Это было результатом научного подвига профессора Санкт-Петербургской Духовной академии В.Н.Карпова11.

------------------

8 Там же. С.21.

9Там же. С. 25.

10Карпов В.Н. Сочинения Платона, переведенные с греческого и объясненные профессором Санкт-Петербургской Духовной академии В.Н. Карповым. СПб., 1841; Изд. 2-е. СПб., 1863.

11 В.Н.Карпов считал перевод платоновских сочинений делом всей своей жизни. Ученный трудился абсолютно безвозмездно. С трудом были найдены средства на печатание первого издания. Но и потом В.Н. Карпов продолжал работу по переводу и комментированию Платона. В 1863 г. вышел в свет первый том второго издания, значительно улучшенного, но тоже требовавшего больших средств. В 1867 г. самоотверженная работа ученого нашла высокое признание: четырехтомник Платона был преподнесен императору Александру II. Карпов получил значительную денежную премию, которая позволила продолжить издание. В том же году он скончался. В некрологе отмечалось: «Его «Сочинения Платона» не окупились, несмотря на то, что он почти до смерти трудился над окончанием перевода без всякой надежды на вознаграждение; сознание долга было для него главным и даже единственным стимулом труда» (Щеглов Д.

Русский мыслитель, чрезвычайно высоко оценивавший роль платонизма в развитии философии и богословия, считал, что Платон и Аристотель, принятые в христианском мире, как бы разделили его в себе по странам и избрали в нем противоположные направления: «Первый, вышедший из Александрии, направился к востоку и следы своих идей оставил в творениях многих отцов и учителей восточной церкви; а последний, переселяясь из страны в страну вместе с аравитянами, утвердился наконец на западе Европы, и выразился в сочинениях западных богословов». Особо Карпов обращал внимание на изначальное различие философских подходов у Платона и Аристотеля, соответственно своему духу принятых на христианском Востоке и Западе: «Философия Аристотеля, в своем содержании не имеющая почти ничего сродного с учением христианским, увлекла тогдашних (западноевропейских — О.Л.) ученных одними правилами логического или формального построения науки и, напротив, философия Платона, по внешнему своему изложению совершенно свободная от школьных форм выражения истины, пленяла христианский ум удивительным сродством многих сторон своего содержания с духом христианства. Поэтому первая основала и развила на Западе богословскую схоластику; а последняя обусловила на востоке христианскую философию, но богословская схоластика. потеряла свой вес и почти угасла, напротив, христианская философия, действуя на ум в связи с внушением веры и всегда сродняясь с нею своим содержанием, сопровождает ее и теперь будет12 сопровождать по всем путям жизни» . Более того, русский философ полагал, что «на философию Платона надо смотреть как на систематический отчет в религиозных и нравственных помыслах всего человечества: Платон пережил как бы все века, сочетал в своем сознании стремления всех умов и сердец и разрозненное, разнохарактерное высказал в одной гармонически сложенной поэме»13. Таким образом, В.Н.Карпов рассматривал платоновскую философию, как введение в философию христианскую, святоотеческую, продолжая таким образом традиции восточной патристики. Философ сам пытался построить свою систему «философского синтетизма» на основании платонического видения мира14.

В середине XIX в. к платонизму обращаются многие представители духовно-академических и университетских кругов. Его изучают в курсе философии в духовных академиях и университетах. Как было сказано выше, в духовно-академической среде этот интерес был связан, в первую очередь, с попыткой создания христианской философии. Это диктовалось необходимостью построения целостного христианского мировоззрения и разрешения проблемы веры и разума, глубоко волновавшую религиозные образованные умы того времени15. В качестве философского основания этого здания должна была лечь философия Платона, ибо, по мнению ряда представителей духовно-академической философии, «в учении Платона религия и философия находятся в наитеснейшем контакте, но уже в системе Аристотеля философия порывает с религией окончательно»16. Глубокий интерес к платонизму можно отметить у Ф.А.Голубинского, В.Д.Кудрявцева-Платонова, Н.Скворцова, которые опирались в своих богослов-ско-философских построениях на учение Платона, а так же у И.А.Чистовича,

Некролог. Карпов // Голос, 1867, № 348.) Последние тома второго издания сочинений Платона выходили посмертно, их готовили по черновикам ученого.

12 Карпов В.Н. Сочинения Платона, переведенные с греческого и объясненные профессором Карповым// Странник. СПб., 1864, апрель. Том II. С. 74.

13Там же. С. 114.

14 Карпов В.Н. Введение в философию. СПб., 1840.

15 Аналогичные задачи решал ив IV в. отцы церкви, используя платоновскую философию для проповеди христианской веры в среде образованных язычников и выражения христианской догматики. Подробнее об этом сказано в первом параграфе первой главы диссертационного исследования.

16 Сборник статей в память столетия Императорской Московской Духовной академии. Сергиев Посад, 1915. Ч. 1.С. 153.

1 п

П.Д.Юркевича, А.Д.Гилярова . «Все они считали, что истина, которой занимается богословие есть та самая истина, которой занимается философия, что богосло

18 вие является по существу философией религии» .

Одновременно возникает увлечение Платоном в университетских философских кругах. Светское направление чрезвычайно высоко оценивают его идеи. Начиная с философской системы В.С.Соловьева, неоплатонической по духу, платонизм оказывает влияние на философию «русского духовного ренессанса» и философию русского символизма, особенное сильное на творчество П.Флоренского, С.Н. Булгакова, С.Л.Франка, А.Ф.Лосева19.

Что касается вопроса о платоновских влияниях на древнерусскую мысль, то он тесно связан с вопросом знакомства с античной философией в Древней Руси. Существует две диаметрально противоположных точки зрения. Сторонники одной из них, полагают, что Древняя Русь не знала или почти не знала идей античной философией; приверженцы другой — средневековая Русь была достаточно знакома с философской мыслью античности, являясь, в определенной степени, наследницей ее богатств. Рассматривая эту проблему шире, укажем, что она уходит своими корнями в спор о наличии образованности в Древней Руси, поднятый в свое время непримиримым противостоянием славянофилов и западни

1 7

Гшяров А.Н. Платонизм как основание современного мировоззрения в связи с вопросом о задачах и судьбах философии. М., 1887; Юркевич П.Д. Разум по учению Платона и опыт по учению Канта //Известия Московского ун-та. 1866. №5; Чистович И.А. О значении философии в мире языческом и христианском // ЖМНП. 1856. Ч. 92.

18 Абрамов А.И. Оценка философии Платона в русской идеалистической философии // Платон и его эпоха. М., 1979. С. 235.

19 В.В.Зеньковский называл Франка последним представителем русского неоплатонизма (Зень-ковский В.В. История русской философии. Л., 1991. Т.2. 4.2. С. 177-179). Творчество А.Ф.Лосева являет собой пример своеобразной энциклопедии философии платонизма и неоплатонизма. ков. А на самом деле подоплека дискуссии заключается в следующей дилемме: была ли Россия варварской страной, получившей просвещение из Европы, тогда нам нечего жалеть о прошлом, а необходимо перенимать достижения прогрессивной западноевропейской цивилизации, или же Русь имела самобытную национальную культуру, в осмыслении которой и продолжении ее развития заключается будущее России.

Под влиянием идей западного либерализма начиная с сер.XIX в. интерес к средневековой философии отодвигается на второй план, о чем свидетельствуют критические оценки русской мысли допетровской эпохи содержащиеся в трудах А.И.Герцена, Н.А.Добролюбова, А.П.Щапова, Е.Е.Голубинского, С.М.Соловьева. Все это отразилось на состоянии историко-философских исследований. В работах А.И.Введенского, Э.Л.Радлова, Г.Г.Шпета, касающихся культуры Древней Руси, преобладает критическая константа и вообще отвергается идея самостоятельного развития русской философии в допетровскую эпоху20.

Но имеющиеся источники древнерусской мысли свидетельствуют об об

21 ратном, на это указывают работы последних лет . В древнерусской книжности утвердилось сознание сродства философии Платона с христианской мыслью, в ней ясно можно выделить «линию Платона». Тогда сложилась определенная традиция использования идей античного мыслителя в богословско-философском контексте. У древнерусского читателя сформировался его образ, как «христианина до Христа», что, в частности, отразилось в иконографии Платона. Все это позволяет говорить о существовании своеобразной формы древнерусского платонизма.

20 ВведенскийА.И. Судьбы философии в России // Очерки истории русской философии: А.И.Введенский, А.Ф.Лосев, Э.Л.Радлов, Г.Г.Шпет. Свердловск, 1991; РадловЭ.Л. Очерк истории русской философии //указ. изд. ШпетГ.Г. Очерк развития русской философии // Соч. М., 1989.

Также представляется необходимым уяснить существует ли преемственность платоновской линии, идущая от средневековой Руси, к яркому расцвету философской мысли «русского духовного ренессанса» конца Х1Х-начала XX вв., который возрос на почве платонической и неоплатонической философии.

Отсутствие в отечественной науке исследований о влиянии античности на философскую культуру средневековой Руси лишает возможности представить всю глубину и богатство древнерусского наследия, явившегося основанием для развития отечественной культуры. Все это и определяет актуальность темы диссертационного исследования.

Состояние и степень разработанности проблемы

В историографии древнерусского платонизма можно выделить три периода:

1) 20-30-е гг. XX в. - определение и описание общего круга источников платоновской мысли в русской средневековой книжности

2) 50-60-е гг. - исследование исторических путей проникновения платонизма в Россию, анализ их значения для формирования средневековой культуры;

3) 70-80-е гг. - осмысление форм адаптации учения платонизма к традиции древнерусской православной духовности и философской культуры. Данная тенденция сохраняется и в новейших исследованиях.

Вопрос о влиянии античности на русскую культуру был поставлен в конце XIX — начале XX в. Тогда мнение «классиков» русской истории В.Н.Татищева и Н.М.Карамзина о времени Древней Руси, как периоде духовного расцвета, было подвергнуто сомнению. Своего апогея полемика достигла в трудах известного церковного историка Е.Е.Голубинского, который считал, что истинное просве

-у 1

Подробнее об этом будет сказано далее. и прение началось на Руси с реформ Петра Великого, а до этого образованности как таковой не было. Были лишь элементарные школьные знания, сводившиеся к счету и письму, соответственно не было и никакой философской мысли. Князь Владимир и киевские князья пытались ввести на Руси греческое просвещение, но этим замыслам не суждено было реализоваться поскольку отсутствовала та культурная почва, на которой византийская образованность могла бы привиться, каковой для самой Византии явилась античная культура, а для средневековой Западной Европы — Рим. Византия была слишком удалена от Руси, чтобы реально

22 стать духовной частью культурного достояния Руси. Вердикт, остающийся для многих значимым до сих пор, вынес в своем академическом издании B.C. Иконников: «В развитии научных понятий древняя Россия и Западная Европа представляют резкий контраст, между тем как на западе остатки древней образованности послужили основанием, из которого развилась культура Новой Европы; а латинский язык, распространенный религией, облегчил доступ к пониманию древней науки, — Россия не имела подобных условий»23. Таким образом, дореволюционная историография, считала одной из особенностей развития древнерусской культуры — отсутствие связей с античностью24. Этой же точки зрения придерживались Г.Флоровский, Н.Бердяев, Г.Федотов. До 1917 г. и о самом феномене русской средневековой философии говорилось только в двух работах: фундаментальном труде архим. Гавриила (В.Н.Воскресенского) «Русская философия» и незаконченной работе Г.В. Плеханова «Истории русской общественной

22 Голубинский Е.Е. История русской церкви. Т. I, ч. 1. СПб., 1901. С. VII-XXIII, 701-727, 861880.

23

Иконников B.C. Опыт исследования о культурном значении Византии в русской истории. Киев, 1869. С. 7.

24 Это ведет к следующим оценкам:

1) историческая неполноценность русской культуры;

2) незнакомство с античностью, как фактор ее оригинальности и самостоятельности. мысли» . Другие исследователи начинали отсчет русской философской мысли с XIX, в лучшем случае с XVIII в.

В результате введений в научный оборот и публикаций большого количества источников древнерусской литературы во второй половине Х1Хв. появляются исследования А.С.Архангельского, А.И.Соболевского, М.Н.Сперанского, в которых начинается разработка круга источников древнерусской литературы, содержащих платоновские реминисценции26.

Первой крупной работой, посвященной античному наследию в Древней Руси, и в частности, влиянию платонизма, стала статья В.Н. Перетц, в которой дается подробный, но не полный обзор о того, что знали о Гомере, Платоне и Аристотеле в Древней Руси27. Автор рассматривает переводные компилятивные произведения, имевшие широкое распространение: Хроники Георгия Амартола и Иоанна Малалы, и «Шестоднев» Иоанна, экзарха Болгарского, флорилегий

Пчела». Исследователь обращает внимание на то, что в первых трех произведе

28 ниях, уделяется большое внимание обличению языческой мудрости эллинов , как «изобретению бесовскому». Но, как и у византийцев, в Древней Руси наблюдалось двойственное отношение к античности: «слишком сильно было обаяние и

25 Архим. Гавриил (В.Н.Воскресенский) «Русская философия». Казань, 1840; Плеханов Г.В. Истории русской общественной мысли / Философско-литературное наследие Г.В.Плеханова. Т.З. М., 1974.

26 Архангельский A.C. К изучению древнерусской литературы: творения отцов Церкви в древнерусской письменности. СПб, 1888. С.72—124; Архангельский A.C. Творения отцов церкви в древнерусской письменности (обозрение рукописного материала). СПб., 1888. С.5-6, 11, 124; Соболевский А.И. Переводная литература Московской Руси XIV-XVII вв. СПб, 1903. С. 9-10, 14-18, 286; Сперанский М.Н. Переводные сборники изречений славяно-русской письменности. М., 1904. С. 34, 36, 38-39, 45, 47, 51, 165.

27 Перетц В.Н. Сведения об античном мире в Древней Руси XI-XIV вв.// Гермес. Петроград, 1917: №№ 13-14; 1918 /1919: №23. красота древней культуры, чтобы от нее можно было всецело отвернуться»29. Пе-ретц подчеркивает, что сведения из античной истории, мифологии и философской мысли, известные на Руси, были достаточно многочисленными, и переводная литература давала некоторые понятия о греческой мудрости, хотя и сквозь призму византийско-христианских представлений. Не смотря на то, что Платон был язычником, он рисовался как мудрейший из эллинов, разумно мысливший о

30 божестве, человеке и его душе, о всем мире . В заключении работы автор делает осторожный вывод: «Сведения об античной древности давались русскому читателю далеко не обильные и не всегда из первых рук. Круг этих сведений был не широк. Он захватывал древние мифы, кое-что — очень мало — из истории Греции и Рима, и довольно много таких мыслей и изречений древних писателей, которые можно было бы без особой натяжки согласовать с учением Евангелия, отцов и учителей церкви. Отсюда можно заключить, что если нельзя говорить о полном незнакомстве древнерусских читателей с античной литературой, то с другой стороны, следует признать, что знакомство это было односторонним и

31 потому тенденциозным и неполным» . Перетц критически оценивает сам характер средневекового знания и уровень образованности: «Трудно говорить о высокой степени образованности всех русских (этого нет и сейчас): образованные люди являлись тогда даже не сотнями, а лишь десятками, порой, пожалуй, и единицами, да и самый круг их познаний, размеры их образованности — были достаточно умеренны и скромны. Как всегда и везде существовал слой совершенно невежественный в науках, но наряду с ним были и представители тогдашнего

В Древней Руси слов «елинский» было синонимов слова «языческий».

29Перетц В.Н. Сведения об античном мире в Древней Руси Х1-Х1У вв.// Гермес. Петроград, 1917: №№ 13-14. С. 208.

30 Там же. № 23. С. 181.

31 Там же. С. 185. знания. Что это знание, как и вообще в Средние века, было, с нашей точки зрения несовершенно, об этом говорить не приходится. То же мы видим и на Западе» .

Дальнейшему исследованию вопроса о платоновской философии в Древней Руси посвящены статьи М.В.Шахматова и Д.И.Чижевского, вышедшие в

•5 Л конце 20-х годов в Праге . В первой из них проводится подробное источниковедческое исследование памятников древнерусской книжности, содержащих сведения о Платоне и платониках, которое учитывает практически весь известный на сегодня репертуар произведений. Также дается краткий обзор идей античного философа, усвоенных древними россичами. Дополняющая эту работу статья Д.И.Чижевского приводит необходимые историко-философские комментарии и намечает программу дальнейшего исследования вопроса. Авторы отмечают, что они провели лишь начальную стадию работы — определили круг произведений древнерусской книжности с XI по XVII вв., где можно найти те или иные идеи платоновской мысли, в последующих исследованиях необходимо дать развернутый историко-философский анализ.

Потом последовал перерыв на два десятилетия, вызванный идеологическими причинами и политическими процессами, происходившими в государстве. В конце 40-х — начале 50-х годов вновь появляются работы, посвященные теме влияния античности на древнерусскую культуру34. В этот период существовали две противоположные идеологические установки, влиявшие на оценочный под

32 Там же, №№13—14, с. 205. Перетц указывает на скудность знаний об античности на Западе. Вплоть до эпохи Возрождения там был забыт греческий язык. Даже Данте, избравший в проводники Вергилия, не всегда понимал его тексты.

Шахматов М.В. Платон в Древней Руси //Записки русского исторического общества в Праге. Прага, 1929. Кн. II. С.49-73; Чижевский Д. И. Платон в Древней Руси // Там же. С. 74-82.

34 Левченко М. В. Очерки по истории русско-византийских отношений. М., 1956; Трахтенберг О.В. Общественно-политическая мысль в России в XV-XVII вв.// Из истории русской философии. М„ 1949. ход исследователей. Пытались непременно доказать, что мы не хуже Европы и не на много отстали от нее в приобщении к сокровищам античной культуры, которые Русь наследовала через Византию. С другой стороны, была объявлена борьба с космополитизмом, и наблюдалась абсолютизация идеи русской национальной самобытности, отсюда подчеркивалось отсутствие культурных связей Руси с Византии, отрицалось ее знакомство античностью.

В рамках первого подхода исследователи говорили о глубоком влиянии византийской образованности, а через нее и античной культуры, на древнерусскую духовность. М.В.Левченко писал: «После крещения перед Русью открылась сокровищница, которую держала Византия в виде сохраненных и созданных ею литературных памятников. Русь стремилась использовать это богатство, которое она могла получить только в Византии. Эллинская мудрость была внутренне близка славянскому книжнику, т.к. напоминала ему его собственные языческие л с верования» . В работе О.В.Трахтенберга по истории русской философии подчеркивается, что «наибольшее значение для Руси имели элементы византийского, а через него — античного культурного наследия»36.

В начале 60-х годов, в период наступившей политической «оттепели», начитается изучение древнерусского наследия в рамках филологических и исторических исследований, связанных с широко развернувшимся сравнительным изучением литератур и влиянием других культур на формирование русской культуры.

Влияния иных культур на развитие и становление национальной культуры рассматривается как признак ее богатства, которое дает обильное плодоношение в «период цветущей сложности». Как писал Д.С.Лихачев: «Своеобразие и инди

35 Левченко М.В. Очерки по истории русско-византийских отношений. М., 1956. С. 453-455.

36 Трахтенберг О.В. Общественно-политическая мысль в России в ХУ-ХУП вв.// Из истории русской философии. М., 1949. С. 71. видуальное лицо культуры создается не путем самоограничения и сохранения замкнутости, а путем постоянного и требовательного познания всех богатств, накопленных другими культурами»37.

В исследовании М.Н.Тихомирова, посвященном древнерусской культуре, доказывается, что «Киевская Русь пользовалась наследием античного мира и ви

38 зантийской учености. В этом отношении она не уступала латинскому западу» . Академик приводит краткие сведения о знакомстве с идеями Платона из «Пчелы», «Источника знания» Иоанна Дамаскина, «Шестоднева» Иоанна Экзарха Болгарского, указывает на произведения патристики. Но больше внимания М.Н.Тихомиров уделяется известным на Руси идеям Аристотеля и учению Эмпе-докла о четырех элементах39. Историк отстаивает гипотезу о существовании у царей Московской Руси библиотеки греческих рукописей, содержащих древние манускрипты, вывезенные из Византии после ее падений в 1453 г. Этой библиотекой мог пользоваться. Максим Грек40. Также приводится ряд свидетельств о распространенности греческой письменности в России.

В работе о культурных связях Древней Руси академик прослеживает пути, которыми греческая письменность приходила из Византии на Русь, как при посредстве переводов, так и через деятельность культурных центров греческой образованности, греческого клира и монахов. Историк подчеркивает еще недостаточную изученность этой темы из-за слабого знания русских и греческих источ

41 ников .

37

Лихачева В.Д., Лихачев Д.С. Художественное наследие Древней Руси и современность. Л., 1971. С.5.

38 Тихомиров М.Н. Философия в Древней Руси // Русская культура в Х-ХУП вв. М., 1968. С. 100.

39Там же. С.107-118

40 Там же. С. 281-285.

41 Тихомиров М.Н. Россия и Византия в Х1У-ХУ столетии// Исторические связи России по славянскими странами и Византией. М., 1969. С. 44-45.

Русской историографии античности, истории накопления знаний об античности, посвящены исследования Э.Д.Фролова42, в которых приводятся интересные сведения об исторических и историософских сочинениях, знакомящих русского читателя с идеями античной философии, в частности платонизма. Отмечая, что из переводной исторической литературы «читатель мог вынести определенное впечатление о существовании в древности богатой и содержательной литературы — художественной, исторической и философской», исследователь, призывал, тем не менее, не преувеличивать степень осведомленности русских людей об античном мире. Эти сведения были односторонни и схематичны, представлены в трансформированном виде, сочинения были немногочисленны и известны небольшому кругу людей. Тем не менее, историк подчеркивает исключительное значение античной культуры для формирования культуры древнерусской: «Быть может, никакое другое начало не оказало такого влияния на русскую культуру, как античность. Истоки этого влияния уходят в глубокую древность», начиная в древнегреческих колоний по берегам Черного моря43. Э.Д.Фролов указывает на возросший интерес к античности в XVI и XVII вв., как следствие полемики против ересей в церковных кругах и интереса государственных деятелей Московской Руси к политическим теориям древности. Платон, как философ более близкий по своим идеям к христианскому учению, противопоставлялся Аристотелю, вызывавшему тогда большой интерес44. Исследователь делает вывод о более высоком в уровне знаний об античности в XVI -XVII вв. «Замечательны, в этом отношении, ставшие уже частыми примеры непосредственного обращения к философским, историческим и художественным произведениям древних авторов, а

42 ФроловЭ.Д. Русская историография античности (до сер. XIX в). Л., \9Ы\Фролов Э.Д. Русская наука об античности (Историкографические очерки). СПб., 1999. С.3-46.

43 Фролов Э.Д. Русская наука об античности (Историкографические очерки). СПб., 1999. С. 9, 19. также первые серьезные попытки использования античного наследия в современной политической публицистике». Это подготовило расцвет русской исторической мысли в петровскую эпоху45.

Начиная с 60-х годов, появляется целый ряд работ о классическом влиянии на древнерусскую литературу. Это статьи и монографии Д.М.Буланина,

A.И.Клибанова, Д.С.Лихачева, Г.М.Прохорова, О.В.Творогова и др.46 Но эти исследования занимались в первую очередь вопросами литературоведческого характера. Тогда были изданы работы, посвященные исследованию влияния творчества Аристотеля, Гомера и др. греческих мыслителей на древнерусскую письменность, но вопрос о Платоне оставался малоизученным. Лишь в последние два десятилетия стали появляться исследования, посвященные культуре средневековой Руси, в частности истории философии. Вопрос о наличии философской культуры и оригинальной философской мысли в Древней Руси уже не вызывает сомнения. Это убедительно раскрывают работы А.И.Абрамова, В.А.Андрушко, Д.М.Буланина, В.В.Бычкова, В.С.Горского, М.Н.Громова, А.Ф.Замалеева,

B.А.Зоц, В.В.Милькова, Г.М.Прхорова, М.Д.Роговича и других. В них в ряду других исследуемых вопросов, рассматриваются различные аспекты взаимодействия античной и древнерусской культуры. Отдельно отметим роль Киевских историко-философских конференций и семинаров в исследовании вопроса об античном влиянии, в частности платонизма, которые были посвящены вопросам древнерусской философии и культуры, по их итогам был издан ряд сборников

-47 статей .

44 Там же. С. 36.

45 Там же. С.39, 44.

46 См. подробную библиографию в книге Д.М.Буланина: Буланин Д.М. Античные традиции в древнерусской литературе Х1-ХУ1 вв. Мюнхен, 1991.

47 Исторические традиции философской культуры русского, украинского, и белорусского народов. К., 1984; История философии и культура. К., 1991; Отечественная общественная мысль

Позиции авторов относительно вопроса классического влияния на Древнюю Русь в 70-е — 90-е годы колеблются от умеренных до максималистских. Так М.Н.Громов, В.В.Мильков, О.В.Творогов, Д.И.Фролов, Д.Хаулетт, призывают не преувеличивать степень осведомленности русских людей об античности. Ибо, по их мнению, не может быть никакого отдаленного сравнения степени влияния наследия античности на культуру Древней Руси и Византии, так как Русь не знала классики, и знания об античности попадали из вторых рук48.

Другие исследователи отмечают значительную роль античной культуры на становление культуры древнерусской (М.Н.Тихомиров, В.С.Горский, А.Ф.Замалеев и др.) «Едва ли не важнейшим источником философских идей для Киевской Руси, как и для большинства тогдашних стран, было философское наследие античных мыслителей», — пишет по этому поводу М.Д.Рогович49.

Продолжает существовать и противоположная точка зрения, выраженная А.А.Галактионовым и П.Ф.Никандровым: «Константинопольская церковь имела дело с живым наследием античной классики и поэтому, утверждая свой догмат, обращалась к средствам неприкрытого обскурантизма. Византия и Русь отгородила от античности»50.

Западный византолог и исследователь древнерусской богословской мысли Г.Подскальски говорит, со ссылкой на ряд исследователей древнерусской кульэпохи средневековья. К., 1988; Отечественная философская мысль XI-XVIII вв. и греческая культура. К., 1991; У истоков общности философских культур русского, украинского и болгарского народов. К., 1983; Человек и история в средневековой философской мысли. К., 1987.

48 Фролов Э.Д. Русская историография античности (до сер. XIX в). Л., 1967. С.78; Творогов O.A. Античные мифы в древнерусской литературе XI-XVI вв. / ТОДРЛ. Л., 1979. Т.ЗЗ. С. 3; Буланин Д. М. Античные традиции в древнерусской литературе XI-XVI вв. Мюнхен, 1991. С. 18.

49 Роговин М.Д. Кшвська Русь и антична культура// Фшософьска думка. 1980. №1. С. 94.

50 Галактионов A.A., Никандров П.Ф. Русская философия XI — XIX в. Л., 1970. С. 40. туры, что «поиски в древнерусской литературе следов греческой классической философии оставались бесплодными»51.

Вопросу влияния платонизма на формирование древнерусской философской мысли посвящены вышедшие в 70-е—90-е годы работы А.И.Клибанова, Д.М.Буланина, А.И.Абрамова.

А.И.Клибанов в статье «К проблеме античного наследия в памятниках древнерусской письменности» приводит ряд древнерусских источников ХУ-ХУ1 вв., содержащие сведения о об античных философах, в т. ч. и Платона («Менадра мудрого розуми», «Енхиндрикон» Эпиктета, флорилегии). Он отмечает особую роль сочинений отцов церкви (к которым он относит и апологетов) II-VII вв., усвоивших остатки древней образованности. Автор статьи исследует ряд идей Платона (и Аристотеля), усвоенных христианской мыслью: 1) о свободе воли человеческой личности, используемых древнерусской письменностью как учение самовластии души и самовластие ума (у Платона: Миф об Эре из 10 кн. «Государства»); 2) принцип естественной меры, как середине между излишеством и недостатком, ставший нравственным принципом регулирования свободы выбора (у Платона идея, что человек должен держаться своей вечно рождающейся природы из «Законов»). Много внимания А.И.Клибанов уделяет анализу сочинений Псевдо-Дионисия Ареопагита и содержащихся в нем реминисценций из сочинений Платона, Аристотеля и неоплатоников (эманационизм неоплатоников и вездесу

51 Подскалъски Г. Христианство и богословская литература в Киевской Руси (988 — 1237гг.) СПб., 1996. С. 131 и прим. 354. Исследуя особенности древнерусского богословия и его своеобразие по сравнению с византийским, Г. Подскальски приходит следующему заключению: «Своеобразие древнерусской рецепции византийского православия определялось в значительной мере, если не в решающей степени, незнакомством Руси с классической традицией, всегда в той или иной мере сохранявшей свою основополагающую роль в византийской культуре». Этот вывод подтверждает старое мнение высказанное еще Г.Флоровским, Н.Бердяевым, Г.Федотовым, в последние годы — Ф. Томсоном. (указ. изд. С. XV). щие Божие; учение о зле как умалении добра и благости творения и, связанное с ним, учение о материи как меоне у Платона; о ее положительной потенции у Аристотеля; о нейтральности к злу и благости материи, как творения Божия; учение об Божественном эросе у Платона и учение о любви Божией). Подчеркивается, что для древнерусского читателя, Платон и Аристотель стояли в одном ряду, вслед за отцами церкви и на их идеи распространялся свет авторитета патристики. Только в ХУ-ХУ1 вв. в связи с борьбой с ересями, использовавшими античные идеи, к ним стали относиться настороженно52.

Д.М. Буланин в своей монографии, подробно рассматривает источники сведений об античном мире в Древней Руси исторического, мифологического и

53 философского характера . Подробнее автор останавливается на первых двух аспектах. Исследователь дает анализ особенностей восприятия античных идей в Византии и Древней Руси. Он отмечает, что и там, и у нас существовала двойственность отношений и оценок. Официальная идеология отрицала идеи платонизма, как языческие, воспринимая их, в первую очередь, в культовом аспекте. Но мыслители и книжники Византии и Древней Руси не могли пройти мимо богатства древней мудрости, воспринимая античный материал преимущественно в культурном аспекте. Особенно это было характерно для русичей. Исследователь дает обширную библиографию по иконографии Платона. Цель его работы — раскрыть вопросы литературоведческого и культурно-исторического характера. Он лишь слегка касается проблемы философского влияния античности на древнерусскую мысль.

52 Клибанов А.И. К проблеме античного наследия в памятниках древнерусской письменности. //ТОДРЛ. Т.ХШЛ, 1957. С.159-177.

Буланин Д.М Античные традиции в древнерусской литературе Х1-ХУ1 вв. Мюнхен, 1991.; его же: Классическая культура в Древней Руси и проблема ее изучения // Русская и грузинская средневековые литературы. Л., 1979.

А.И. Абрамов освещает проблему платоновских влияний на древнерусскую мысль в двух статьях.54. Он подчеркивает чрезвычайную важность философских идей Платона и Аристотеля и отмечает, что возникла даже некая упрощенная историко-философская традиция, когда развитие философской мысли средневековья рассматривается, как следствие дихотомической борьбы аристотелизма и платонизма. А.И.Абрамов говорит, что в ряде исследований современных авторов, философские учения Платона и Аристотеля рассматриваются, как основной источник средневекового философствования. Более того, в некоторых работ проводится мысль о том, что философское мышление Западной Европы и Византии в основных своих проявлениях основывались на противоречиях между Платоном и Аристотелем55, а не на противоречиях между ними и материалистической философией Демокрита и Эпикура. Автор статьи приходит к выводу, что, поскольку византийская культура в средние века оказалась единственной преемницей античной культуры, то, в процессе усвоения философских идеи платонизма и аристотелизма и выявления их внутренних противоречий, в Византии на фоне собственных религиозных проблем произошло сращение платонизма и аристотелизма на неоплатонической основе. Для обозначения этого феномена А.И.Абрамов вводит термин «платонзирующий аристотелизм». Показывая пути проникновения в Древнюю Русь платоновских идей через византийскую религиозно-философскую мысль и болгарскую книжность, исследователь подчеркивает, что распространение идей платонизма и аристотелизма на Руси в первую очередь происходило через патристику. Отношение русских книжников к платоновскому наследию было парадоксальным: официально предписанное церковью следова

54 Абрамов. А.И. Оценка философии Платона в русской идеалистической философии //Платон и его эпоха. М., 1979; Абрамов. А.И. Платоно-аристотелевские влияния //Вестник Российского Университета Дружбы Народов. Серия Философия. 1997, №1.

55 Эту мысль высказывал уже В.Н. Карпов. ние аристотелизму и внутренний интерес и любовь к философии Платона. Исследователь указывает на значение «Изборника 1073г.», «Шестоднева» Иоанна, экзарха Болгарского, «Слова о правой вере» Иоанна Дамаскина, переводов сочинений Псевдо-Дионисия Ареопагита и работ Максима Грека как на главные источники платонических идей на Руси. Он отмечает, что раскрытие вопроса платонических и аристотелевских влияний на становление древнерусской философской культуры — дело будущего историко-философского исследования.

Обращаясь к новейшим работам, отметим большую монографию М.Н.Громова и В.В.Милькова — «Идейные течения русской философской мысли»56. Одна из глав посвящена вопросу античного наследия в памятниках переводной древнерусской письменности. Проводится анализ сведений о платоновской философии, содержащихся в «Шестодневах» Василия Великого, Иоанна, экзарха Болгарского и Севериана Гавальского; в «Хрониках» Малалы и Амарто-ла. Другая глава посвящена исследованию неоплатонической традиции в древнерусской мысли. Рассматриваются два сочинения: «Диоптра» и «Ареопагитики». Авторы монографии делают следующий вывод: «О прямом и непосредственном влиянии античности на отечественную культуру говорить не приходится, но среди переводной богословской литературы можно обнаружить такие произведения, которые несут в себе значительный объем сведений о древнегреческой философии, причем сведений достоверных, несмотря на резко негативную оценку мудрости «внешних» христианскими идеологами»57. Говорится о христианизированной окраске платонизма: «Наши предки познакомились с античностью благодаря трудам тех богословов, которые не отбросили всех достижений философии и ес

56 ГромовМ.Н., МильковВ.В. Идейные течения древнерусской мысли. СПб., 2001.

57 Там же. С. 157.

57 Там же. С. 157-158.

ГО тественной науки в предшествующую христианству эпоху» . В данной работе и приводятся обширные выдержки из текстов указанных памятников. Но в ней учитываются далеко не все, известные на сегодня, источники сведений о Платоне и его философии в Древней Руси.

Состояние историографии позволяет наметить новое направление в изучении древнерусского платонизма, исходящее из его рассмотрения как особого феномена, обусловленного средневековым миросозерцанием, как самобытной формы национальной православной философской традиции. Вместе с тем, учитывая предшествующее изучение проблемы, необходимо дать современную интерпретацию платоновских текстовых и идейно-смысловых реминисценций в сочинениях древнерусских книжников.

Теоретико-методологическая основа исследования

В основу диссертационного исследования положены сравнительно-компаративистский и герменевтический методы, а также метод структурного анализа. В ходе работы проводится комплексное источниковедческое исследование, обращается внимание на преемственность и филиацию идей с учетом их социальной детерминированности. Широко используется общеметодологический принцип историко-литературного анализа текста.

Автор стремился придерживаться принципа научной объективности.

Цели и задачи исследования

Цель диссертационного исследования определяется стремлением изучить степень и глубину усвоения и понимания философии Платона на основе анализа древнерусских - переводных и оригинальных - текстов Х1-ХУ1 вв. и реконструировать форму древнерусского платонизма как особой разновидности средневекового православно-философского мировоззрения. Исходя из этого, диссертант решает следующие задачи:

1) изучение и анализ влияния философии платонизма на византийское богословие и отражение взглядов Платона в святоотеческой и исихастской мысли;

2) классификация форм адаптации наследия Платона в древнерусской книжности;

3) исследование текстов платоновской направленности под углом зрения их религиозно-богословской и этико-моральной ориентации;

4) выявление степени аутентичности платоновских реминисценций в византийской и древнерусской религиозно-философской мысли.

Положения, выносимые на защиту:

1. Платонизм, проникший в составе христианского вероучения на древнерусскую почву, не только принимает соответствующую этно-конфессиональную форму, но и представляет собой самобытный православно-философский феномен.

2. Хотя на Руси не существовал корпус сочинений самого Платона, его идеи были достаточно хорошо известны в форме афористичных высказываний во флорилегиях, прямых, косвенных и скрытых цитат в хронографических произведениях, творениях отцов церкви и отечественных мыслителей-книжников (Климента Смолятича, Никифора Грека, Максима Грека).

3. Под влиянием платонизма в древнерусской религиозно-философской мысли развивается символико-аллегорическое богословие, противостоящее западно-схоластической рационалистической теологии. Это противопоставление нашло своё выражение в выделении "линии Платона" и "линии Аристотеля" в качестве основных историко-философских направлений русского средневековья.

4. Усиление роли платонизма в древнерусской мысли возрастает с проникновением афоно-византийского исихазма, использовавшего идеи Платона и неоплатоников. При этом на первый план выступают идеи пневматологии и антропологии.

5. Традиции древнерусского православно-философского платонизма сыграли важную роль в подготовке не только "оптинского" возрождения православия, но и в возникновении и развитии философии русского духовного ренессанса рубежа Х1Х-ХХ вв.

Научная новизна исследования

Исходя из поставленной цели — рассмотреть древнерусский платонизм как самобытный православно-философский феномен, новизна диссертации определяется следующим:

1) систематизирован и классифицирован основной круг письменных текстов, содержащих платоновские реминисценции;

2) проанализирован состав и содержание платоновских идей в переводных произведениях древнерусской книжности (патристических произведениях, Ареопагитиках, флорилегиях, хронографах);

3) прослежено влияние платонизма на учение и идеологию афоно-византийского и русского исихазма;

4) определена степень аутентичности текстов, их смысловое и идейное соответствие оригинальным источникам;

5) дана историко-философская концептуализация учений древнерусских мыслителей-книжников с учётом влияния на них античных мыслителей, прежде всего Платона;

6) выработаны общие философско-методологические принципы изучения древнерусской философской мысли в контексте взаимодействия её с антично-платонической духовно-интеллектуальной традицией.

Теоретическая и практическая значимость исследования

Данную работу можно использовать для дальнейших историко-философских исследований древнерусской мысли, в первую очередь посвященных влиянию платонизма на развитие философии в России. Материалы диссертации будут полезны при разработке курсов по истории русской философии и древнерусской культуры. Выполненные переводы текстов из "Пчелы", "Хроник" Георгия Амартола и Иоанна Малалы на современный русский язык позволяют глубже ознакомиться с духовным наследием Древней Руси.

Апробация работы

Результаты диссертационного исследования были изложены на заседаниях аспирантского историко-философского семинара в 1999-2001гг., который работает на кафедре истории русской философии философского факультета Санкт-Петербургского государственного университета, и на VII Санкт-Петербургском симпозиуме историков русской философии, организованном кафедрой истории русской философии Санкт-Петербургского университета в 2001 г.

Отдельные положения диссертации отражены в публикациях в сборниках "Русская философия" и "Мудрое слово русской философии".

Идеи, изложенные в диссертационном исследовании, были использованы при чтении лекций и проведении семинарских занятий по теме "История русской философии" в Высшей школе экономики и в Санкт-Петербургской государственной медицинской академии им. И.И.Мечникова.

Заключение диссертации по теме «История философии», Ламакина, Оксана Юрьевна

Заключение

Диссертационное исследование свидетельствует о том, что в Древней Руси Х1-ХП вв. был известен основной круг идей Платона и неоплатоников через христианскую литературу Византии и переводные произведения южных славян. Первое звено опосредования — идеи платонизма, усвоенные патристикой; второе— неоплатонические идеи в богословии Псевдо-Дионисия Ареопагита и иси-хастов. Многочисленные и широко распространенные в Древней Руси переводы отцов церкви, хронографы и сборники изречений морально-нравственного содержания позволяли познакомиться с основным кругом идей философии Платона. Этому же способствовала традиция перевода Ареопагитик в Древней Руси и влияние традиции исихазма. Были известны: 1) Сведения о Платоне — древнем философе, основателе философской школы Академия, учителе Аристотеля (Хроника Амартола, Послание митрополита Климента пресвитеру Фоме, «Лексикон Свиды» Максима Грека); славном мудреце-язычнике, «Аттическом Моисее», пророчествующем о Спасителе, до пришествия Христе, в чьи уста вкладываются христианские по духу истины. Источник мудрости Платона — Библейская премудрость («Пчела», Хроники Амартола и Малалы, послания Маскима Грека).

2) Метафизические идеи: а). Учение о Едином, которое понимается, как учение о едином Боге. Идеи о первоначале и космогенезе в платоновском «Тимее» излагаются в Хронике Иоанна Малалы в неоплатонической интерпретации как учение о Святой Троице (здесь Платон ставится в один ряд с Климентом Александрийским и Кириллом Иерусалимским); б). Бог благ и источник блага («Пчела», Хроника Амартола, Послания Максима Грека). в). Учение об идеях (Хроника Амартола); г). Учение о творении мира из совечной Богу материи, за что Платон причисляется к еретикам (Хроника Амартола).

3) Идеи пневматологии: а). Учение о бессмертии души (Хроника Амартола); б).Учение о вечности душ и их переселении, за что Платон подвергается критике (Хроника Амартола); в). Учение о трехчастности души (послание митрополита Никифора Грека «О Посте»). г). Учение о загробном воздаянии как средстве искупления душами своих грехов (Хроника Амартола, послания Максима Грека). е). Учение о свободе воли (Хроника Амартола).

4) Идеи гносеологии Платона: о познании как припоминании («Пчела»).

5) Этические идеи: о предпочтении истине и лжи, о добродетели стоять за правду и др.(«Пчела»).

6) Политические идеи: о мудром правителе-философе («Пчела», послания Максима Грека.

7) Неоплатонические идеи изложенные в сочинениях Псевдо-Дионисия Ареопагита, созвучные с идеями восточно-христианской мистики : инобытия и непознаваемости Бога, Его трансцендентности тварному миру, катафатический и апофатический методы богословствования, символический способ постижения действительности. Исихазм говорит о некоторых общих для платонизма и восточного христианства аскетических идеях: о возможности созерцания Божества уже в земной жизни, о бого-уподоблении, как о главной цели духовной жизни; о необходимости борьбы с пороками и страстями, для очищения сердца и ума и для созерцания Божества.294

Круг переводных произведений, содержащих идеи платонизма, определялся в соответствии с духовными и идеологическими потребностями. В Древней Руси XI-XII вв. наблюдалась ситуация типологически соотносимая с ситуацией в Ромейской империи времен Константина Великого. Хотя христианство стало распространяться на Руси задолго до князя Владимира Святого, массовое обращение древнерусского населения в христианство вызвало сопротивление. Об этом свидетельствуют и восстания волхвов, и разорения церквей и убийства священников295 и монахов , и существовавшая, по меньшей мере, в течение двух веков после крещения Руси традиция двоеверия . Как в Византии необходимо было просвещать вчерашних язычников и бороться с ересями, так и на Руси стояла задача обращения язычников к христианству и просвещения новокрещен-ного народа, с той лишь разницей, что в Византии существовал слой образованных язычников, воспитанных на идеях античной философии, в первую очередь, Платона и Аристотеля, на Руси же не было необходимости вести богословскую полемику против мудрости «внешних философов» для апологии христианства. С другой стороны, так же как и во времена первых апологетов, была потребность упрочить авторитет христианской веры, доказывая ее истинность и превосходство над языческими верованиями. Поэтому опирались на авторитет древних мудрецов-язычников, изрекавших идеи, сходные с христианскими истинами, которые, как например Платон, «предрекали» рождение Спасителя мира, и в чьи уста вкладывались христианские по духу изречения. Фигура Платона очень хорошо подходила для этой задачи, поскольку использование его идей было освящено практикой ранних христианских писателей-апологетов и отцов-каппадокийцев. Они указывали на него, как на «христианина до Христа» и считали, что его философия является подготовительным учением для оглашения язычников.

--------------------------

294 См. с. 134 диссертационного исследования.

295 См. Горский B.C. Философские идеи в культуре Киевской Руси XI-XII вв. Киев, 1988. С.42; Замалеев А.Ф. Восточнославянские мыслители. СПб., 1998. С.18-21; КонцевичИ.М. Стяжание Духа Святаго в Путях Древней Руси. М., 1993.

296 Рыбаков Б.А. Язычество Древней Руси. М., 1987; Мильков В.В., Пилюгина Н.Б. Христианство и язычество: проблема двоеверия // Введение христианства на Руси. М., 1987. С.263-273; Мильков В. В. Синкретизм древнерусской мысли // Отечественная общественная мысль в эпоху средневековья. Киев, 1988. С. 51-57.

 

Следует отметить, что духовные интересы в Древней Руси лежали не в области богословия, как в Византии, а скорее в сфере духовно-практической, что выражалось, в попытке сакрализации всех сторон жизни древнерусских христиан, подчинении ее идее служения Богу и возможно полному исполнению заповедей; а отсюда следует ее обращённость в первую очередь к морально-этической области. Здесь интерес представляют этические идеи и высказывания Платона в большом количестве приведенные в «Пчеле».

Третьим моментом отметим общую, как для Византии, так и для Древней Руси склонность по-монашески настроенных христиан к созерцательно-мистической жизни, отразившуюся в развитии традиции исихазма. Таким образом, как реально жизненные, церковные и политические потребности, так и внутренние религиозные духовные запросы, определяли круг переводных произведений: и содержащихся в них идей Платона и неоплатоников, известных в Древней Руси.

Укажем на существование иконографической традиции изображения Платона и Аристотеля, пришедшей на Русь из Византии. Иконы философов помещались в пределах христианских храмов, что означало, что они «вводили» вчерашних язычников во храм своей премудростью297. Не редко на иконах помещались,

OÖJ? приписываемые им пророчества о Христе , взятые из апокрифического сборника «Словеса философов о Христе». С XI в. известна икона западного происхождения «Древо Иесеево». Композиция представляет собой спящего Иесея, из которого возрастает древо, в ветвях которого сидят цари иудейские, над ними Богородица, а над нею — Христос. По сторонам стоят пророки со свитками своих пророчеств, которым позже добавилась Сивилла, а в наиболее развитых композициях XVI-XVII вв. изображения древнегреческих философов, в частности Платона. Такие иконы имелись в румынских и афонских монастырях, (например роспись трапезы в Лавре Святого Афанасия, 1512г.)299. «Языком живописи композиция утверждала богочеловеческую природу Иисуса Христа и служила против христианских ересей», — отмечает Д.М.Буланин300. В некоторых списках специально подчеркивается польза языческих пророчеств, в частности вложенных в уста Платона: «Виждь, иноверный еретиче, и разумей! Елики убо враги Бога в Троице почитати, Отца, и Сына, и Святаго Духа Едино Божество» . Роспись «Древо Иесеово» находится в галерее Благовещенского собора Московского Кремля. Возведение Гомера, Платона и других мудрецов в ранг святых стало логическим завершением процесса адаптации их идей . Изображенные с нимбами на головах они превратились в христианских святых, которым поклонялось и возносило молитвы набожное население302. Есть свидетельство, что существовала303 икона Платона письма Феофана Грека (1405) . Иконографическая традиция изображения Платона и приписываемые ему пророчества о Христе свидетельствуют о том, что в Древней Руси сложился его образ легендарного апокрифического мудреца, идеи которого близки к христианству. Об этом говорит и попытка «христианизации» Платона, выразившаяся в легенде о крещении его костей, найденных царицей Еленой, которую находим в «Степенной книге царского родословия»304.

---------------------------

297 Климент Александрийский, Ориген считали, что платоновская философия приуготовляет душу язычников для принятия истин христианства.

298 Об изображениях эллинских мудрецов на стенах древнерусских храмов см.: БуланинД.М. Античные традиции в древнерусской литературе. München, 1991. С.54-58; ДуйчевИ. Древное-зически мыслители и писатели в старата болгарска живопись. София, 1978. С.61; Казакова H.A. II ТОДРЛ., т. 17; СергеевВ.Н. О надписях к изображениям эллинских мудрецов // ТОДРЛ. Л., 1985. Т.38. С. 326-330

299 ОкуневН.А. Арилье// Seminarium Kondakovianum. Вып. VIII. Прага, 1936. С. 221.

300 БуланинД.М. Античные традиции в древнерусской литературе. München, 1991. С.58 суще христианской вере, се ведый Бог всех Творец даеть и от сих праотеческих их избранных мудрец плотское свое пришествие проглаголати, да паче истина изъяснится. Аще бо враги суще истину исповедаста, достоит и сим веровати, и

•7А1

 

Хотя Древняя Русь не знала реального исторического Платона и вероятно не читала, или мало читала, его в оригинале (насколько свидетельствуют известные на сегодняшний день факты), но круг платонических идей достаточно полно и точно был ей известен. Как отмечает А.Ф. Лосев, любая эпоха философской мысли обязательно ставила себя в определенное отношение к платонизму, таким образом осознавая себя в историко-философском процессе. Сколько было эпох,

301 Щеголев Е.П. Очерки истории отреченной литературы. Сказание Афродитиана // ИОРЯС. Т.4. Кн.4. С. 1343.

302 ДуйчевИ. Древноезически мыслители и писатели в старата болгарска живопись. София, 1978. С.25.

303 БуланшД.М. Античные традиции в древнерусской литературе. München, 1991. С.56

304 Книга Степенная царского родословия // ПСРЛ. 1908-1913. Т. 21, ч. 1-2.

155 305 столько было и понятий о платонизме . Можно добавить к его мысли, что любая эпоха создавала при этом свой образ Платона. И в Древней Руси сложился своеобразный образ древнерусского платонизма.

В Древней Руси идеи платонизма излагались не только с положительной оценкой. В ряде сочинений, находим обличение языческих идей Платона. Это отражает двойственность отношения к фигуре Платона, которая была и в Византии. Официально декларированное неприятие его языческих идей, противоречащих христианству, и внутренняя симпатия и любовь к христианизированному Платону. При этом принимали следующие идеи: идея единого и всеблагого Бога, учение об идеях, о трехчастности души и изречения морально-этического характера из сочинений Платона.; отрицались идеи совечности Богу материи и души. Можно заметить следующую тенденцию: не принимали платонизм официальные церковные круги, с явно выраженной тенденцией иудаизированного монотеизма, предполагающего абсолютную трансцендентность Бога и мира и несообщимость Бога с человеком. Монашество, увлеченное учением исихазма, его идеями достижимости непосредственного богообщения через божественные энергии, и «народное» православие, с полумифологическим сознанием пантеистической окраски, являлись той средой, где христианизированные платонизм и неоплатонизм были близки и приемлемы по своим внутренним идеям.

В заключение попытаемся ответить на последний вопрос, почему платонизм, столь обильно питавший философскую мысль в средневековой Западной Европе не вызвал появление большого числа новых оригинальных произведений в древнерусской книжности? Как отмечает Ю.М. Лотман, в ситуации диалога культур, воспринимающая культура, пройдя этап усвоения и освоения чужих текстов, начинает воспроизводить свои тексты, причем ответный поток создаваемых

305 Лосев А.Ф. Очерки античного символизма и мифологии. М., 1993. С. 684-685. текстов гораздо мощнее и объемнее . Но на Руси диалог с Византией сложился достаточно трагично. После первого славянского литературного влияния, когда культура Древней Руси была готова к созданию своих оригинальных литературных произведений (о чем, например, свидетельствует «Слово о полку Игореве» и творчество Кирилла Туровского), татаро-монгольское нашествие надолго затормозило культурное развитие Руси. Второй этап диалогического общения с Византией в XIV в. закончился трагическим падением Константинополя. Когда Русь восприняв в ходе второго южнославянского литературного влияния всю полноту богатства мысли византийской культуры, не смогла стать ее полноправной восприемницей, ибо еще не была готова к тому времени для собственного философского и богословского творчества, обескровленная двумя веками татаро-монгольского владычества. Но диалог не прошел бесследно. О факте знакомства с идеями платонической философией упоминается в связи с именем Климента Смолятича. Идеи его пневматологией находим у Никифора Грека. Наконец, творчество Максима Грека и его переводы, как и Андрея Курбского, открывали перед древнерусскими читателями возможность познакомиться с идеями античной мудрости.

Блестящий расцвет русской культуры XIX в. и, в его контексте, появление философии русского духовного ренессанса, платонической по духу, был подготовлен восприятием духовных богатств византийской мысли и, через ее посредничество наследия античности, в эпоху Древней Руси.

306 Лотман Ю.М. Проблема византийского влияния на русскую культуру в типологическом освещении // Византия и Русь. Кн. 3. М., 1994. С. 227-236.

Список литературы диссертационного исследования
кандидат философских наук Ламакина, Оксана Юрьевна, 2004 год

1. Аввакум Петров. Житие протопопа Аввакума, им же самим написанное. М., 1960. С. 55.

2. Владимир Мономах. Поучение Владимира Мономаха. / подг. текст., пер. и прим. Д.С. Лихачева//Изборник. М., 1969. С. 146-171.

3. Великие Минеи Четьи, собранные всероссийским митр. Макарием, изд. Археографической комиссией: Октябрь, дни 1-3. СПб., 1870. Стб. 266787.

4. Древнерусская «Пчела» по пергаментному списку / Труд В. Семенова // Сборник Отделения русского языка и словесности имп. Академии наук. СПб., 1893. Т.54, №4. С. 1-444.

5. Св. Григорий Палама. Триады в защиту священнобезмолствующих. М., 1995. С.58-116, 189-265.

6. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. М., 1992.

7. Климент Смолятич. Послание написано Климентом митрополитом рус-кым Фоме прозвутеру, истолковано Афанасием мнихом// Понырко П.В. Эпистолярное наследие Древней Руси XI-XIII вв. Исследования. Тексты. Переводы. М., 1993. С. 94-148.

8. Курбский A.M. Сочинения князя Курбского // Русская историческая библиотека, изд. Археографическою комиссией. Т.31. Казань, 1859-1862.

9. Летопись по Ипатьевскому списку. СПб., 1871. С. 241.

10. Максим Грек. Сочинения преподобного Максима Грека. Казань, 18591862. T.I: с. 229, 238, 247, 267, 343, 354, 359, 417, 461-463, 464; т.П: с. 229; т. III: с. 205, 207, 210.

11. Максим Грек. Переводы из словаря Свиды // Буланина Д. М. Переводы и послания Максима Грека. М., 1984. С. 136.

12. Максим Грек. Платон / Перевод статьи из словаря Свиды / Клибанов

13. A.И. К изучению биографии и литературного наследия Максима Грека // Византийский временник. T.XIV. 1958. С. 174.

14. Митрополит Никифор. Послания митрополита Никифора // Понырко Н.В. Эпистолярное наследие Древней Руси XI-XIII. Исследования. Тексты. Переводы. СПб., 1992. С. 67.

15. Нил Сорский. Устав // Нила Сорского Предание и Устав. СПб., 1912. С. 1-14, 16-17, 19.

16. Платон. Творения велемудрого Платона, переложенные с греческого языка И. Сидоровским и М. Пахомовым. СПб., 1780-1785.

17. М.Платон. .Законы /пер. В. Оболенского. М., 1827.

18. Платон. Сочинения Платона, переведенные с греческого и объясненные профессором Санкт-Петербургской Духовной академии1. B.Н.Карповым. СПб., 1841.

19. Платон. Сочинения Платона, переведенные с греческого и объясненные профессором Карповым. / Изд. 2-е. СПб., 1863.

20. Платон. Собрание сочинений в 4 томах. М., 1994. Том 1-4.21 .Повесть временных лет. II Полное собрание русских летописей. Л., 1926. Стб. 151-152.

21. Псевдо-Дионисий Ареопагит. Сочинения. Максим Исповедник. Толкования. СПб., 2002.

22. Пчела // Щеглова С.А. «Пчела» по рукописям Киевских библиотек. Опыт изучения и тексты. СПб., 1910. С.6, 67.

23. Хроника Георгия Амартола // Истрин В.М. Хроника Георгия Амарто-ла в древнем славянском переводе: текст, исследование и словарь. Пг.; Л., 1920. Т. I. С 28, 67, 70, 74-76, 78-80, 301, 413.

24. Хроника Иоанна Малалы // Истрин В.М Хроника Иоанна Малалы в славянском переводе. Книги 6 и 7 // Сборник Отделения русского языка и словесности имп. Академии наук. Т.89. №3. СПб., 1911. С. 29, 168.1. Исследования

25. Абрамов А.И. Оценка философии Платона в русской идеалистической философии // Платон и его эпоха. М., 1979. С. 235.

26. Абрамов А.И. Платоно-аристотелевские влияния // Вестник Российского Университета Дружбы Народов. Серия: Философия. 1997, №1.

27. Аверинцев С.С. Эволюция философской мысли // Культура Византии: IV-первой половины VII вв. М., 1984. С. 43, 68-73.

28. Аверинцев С.С. Философия Византии VIII-XI вв. // Культура Византии. Вторая половина VII-XII вв. М., 1989. С. 36, 40-44, 52.

29. Андрушко В.А. Ареопагитики в отечественной культуре XV-XVIII вв.// У истоков общности философских культур русского, украинского и болгарского народов. Киев, 1983. С.67-78.

30. Архангельский A.C. К изучению древнерусской литературы: творения отцов Церкви в древнерусской письменности. СПб, 1888. С.72-124.

31. Архангельский А. С. Творения отцов церкви в древнерусской письменности (обозрение рукописного материала). СПб., 1888. С.5-6, 11, 124.

32. Белокуров С.А. О библиотеке московских государей в XV столетии. М., 1898. С.301.

33. Бронзов А. Предисловие переводчика / Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. СПб., 1894. С. LX.

34. Буланин Д.М. Античные традиции в древнерусской литературе XI-XVI вв. Мюнхен, 1991. С. 18, 39, 46, 52, 54.

35. Буланин Д.М. Классическая культура в Древней Руси и проблема ее изучения // Русская и грузинская средневековые литературы. JL, 1979.

36. Буланин Д.М. Переводы и послания Максима Грека. М., 1984. С. 54.

37. Арх. Гавриил. (Воскресенский). История русской философии. Казань, 1840. С. 21, 25.

38. Галактионов A.A., Никандров П.Ф. Русская философия XI-XIX в. JL, 1970. С. 40.

39. Голубинский Е.Е. История русской церкви. Т. I, ч. 1. СПб., 1901. С. VII-XXIII, 701-727, 861-880.

40. Громов М.Н., Мильков В.В, Идейные течения древнерусской мысли. СПб., 2001. С.157, 161-162, 164, 231.

41. Деяния Вселенских Соборов, изданные в русском переводе при Казанской Духовной Академии. Казань. 1875, с. 496, 507-508.

42. Дмитриева Р.П. Введение //Книжные центры Древней Руси в XI-XVI вв. СПб., 1991. С. 7-11.

43. Замалеев А.Ф. Восточнославянские мыслители. СПб., 1998. С.95. 20.3амалеев А.Ф. Лекции по истории русской философии (XI-XX вв.).1. СПб., 2001. С. 131.

44. Замалеев А.Ф., Овчинникова E.H. Еретики и ортодоксы. Л., 1991.

45. Зеньковский В.В. История русской философии. Л., 1991. Т.2. 4.2. С. 177179.

46. Иванов А.И. Литературное наследие Максима Грека. Л., 1969.

47. Иванов А.И. Максим Грек и итальянское Возрождение // Византийский временник. №XXXV. 1975. С. 119.

48. Иконников B.C. Опыт исследования о культурном значении Византии в русской истории. Киев, 1869. С. 7.

49. Иконников B.C. Собрание исторических трудов. Т. I. Максим Грек. Киев, 1915. С. 503.

50. Казакова Н.А, Лурье С.Я. Антифеодальные еретические движения на Руси XIV-начала XVI вв. М., Л. 1955. С. 320.

51. Карпов В.Н. Введение в философию. СПб., 1840.

52. Карташев A.B. Очерки по истории Русской церкви. М., 1993. T.I. С.259.

53. Клибанов А.И. К изучению биографии и литературного наследия Максима Грека // Византийский временник. T.XIV. 1958. С. 174.

54. Клибанов А.И. К проблеме античного наследия в памятниках древнерусской письменности // Труды Отдела древнерусской литературы. T.XIII. М., 1967.

55. Ключевской В.О. Курс истории. Петроград, 1923. Ч. II. С. 348.

56. Кривошеий Василий, арх. Аскетическое и богословское учение Григория Паламы// Seminarium Kondacoviorum. Т. III. Praha,1936. Р.99-100, 103105, 115, 125.

57. Левченко M.B. Очерки по истории русско-византийских отношений. М., 1956. С. 453-455.

58. Лопарев X. Послание митрополита Климента к смоленскому пресвитеру Фоме / Памятники древней письменности и искусства. Т. ХС. СПб, 1892. С. 6.

59. Лотман Ю.М. Проблема византийского влияния на русскую культуру в типологическом освещении // Византия и Русь. Кн. 3. М., 1994. С.227-236.

60. Лосев А.Ф. Очерки античного символизма и мифологии. М., 1993. С.684-704, 812, 868, 872-873, 895-898, 900, 902.

61. Макаров А.И., Мильков В.В., Смирнова А.А. Древнерусские Ареопагити-ки. М., 2002.

62. Мейендорф П., прот. Византийское богословие. М., 2001. С.48-49, 128129.

63. Мейендорф П., прот. О византийском исихазме и его роли в культурном и историческом развитии Восточной Европы в XIV веке // Прот. Иоанн Мейендорф. История церкви и восточно-христианская мистика. М., 2000. С. 362-365.

64. Мильков В., Петров А. Исихазм и русская духовность // Русская философия/Малый энциклопедический словарь. М., 1995. С.225.

65. Модест, игумен. Святой Григорий Палама, митрополит Солунский. Киев, 1869. С 27, 31-70.

66. Никольский Н. О литературных трудах Климента Смолятича, писателя XII в. СПб., 1892. С. 2, 62, 67, 86, 101.

67. Опись книгам, в степенных монастырях находящимся, составленная в XVII в. // Чтения в Обществе истории и древностей Российских. 1848, кн.6. С. 1-44.

68. Острогорский Г.А. Афонские исихасты и их противники // Записки русского научного института в Белграде. Вып. 5. Белград, 1931. С. 354.

69. Перетц В.Н. Сведения об античном мире в Древней Руси XI-XIV вв.// Гермес. Петроград, 1917: №№ 13-14: с. 208; 1918 /1919: №23: с. 181, 185.

70. Подскалъски Г. Христианство и богословская литература в Киевской Руси (988-1237гг.) СПб., 1996. С. 6, 131 и прим. 354.

71. Плеханов Г. В. «Истории русской общественной мысли» / Философско-литературное наследие Г.В. Плеханова. Т.З. М., 1974.

72. Прохоров Г.М. Исихазм и общественная мысль в Восточной Европе в XIV в. // Прохоров Г.М. Русь и Византия в эпоху Куликовской битвы. СПб., 2000. С 50, 53, 63-95.

73. Прохоров Г.М. Корпус сочинений с именем Дионисия Ареопагита // Труды Отдела древнерусской литературы. Л., 1976. Т. XXXI. С. 351-361.

74. Рогович М.Д. Кшвська Русь и антична культура // Фшософьска думка. 1980. №1. с. 94.

75. Пустынь преп. Нила Сорского // Русские монастыри. М. 2001. С.454.

76. Сборник статей в память столетия Императорской Московской Духовной академии. Сергиев Посад, 1915. Ч. 1. С. 153.

77. Сведения о древнейших переводах // Православный собеседник. Казань,1859. С. 235-269.

78. Семенов В. Материалы к литературе по истории русских «Пчел» // Чтения в Обществе истории древностей российских. 1895, кн.2. С. IV.

79. Соболевский А. И. Переводная литература Московской Руси XIV-XVII вв. СПб, 1903. С. 9-10, 14-18,286.

80. Сперанский М.Н. Переводные сборники изречений славяно-русской письменности. М., 1904. С. 34, 36, 38-39, 45, 47, 51, 165.

81. Сперанский М.Н. Разумения единострочные Григория Богослова // Известия Отделения русского языка и словесности имп. Академии наук. Т. II, вып. 2. С. 541.

82. Сырку П. К истории исправления книг в Болгарии в XIV в. СПб., 1898. Т. I. Вып. I. Григорий Синаит и исихасты. С. 162-163, 251-252.

83. Творогов О.В. Античные мифы в древнерусской литературе XI-XVI вв. // Труды Отдела древнерусской литературы. JL, 1979. Т.ЗЗ. С. 3, 8.

84. Творогов О.В. Пчела // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 1. Л., 1987. С.386.

85. Творогов О.В. Хроника Георгия Амартола // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 1. Л., 1987. С. 467.

86. Творогов О.В. Хроника Иоанна Малалы // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 1. Л., 1987.

87. Тихомиров М.Н. Русская культура в X-XVII вв. М., 1968. С.100.

88. Тихомиров М.Н. Россия и Византия в XIV-XV столетии// Исторические связи России со славянскими странами и Византией. М., 1969. С. 44-45

89. Трахтенберг О.В. Общественно-политическая мысль в России в XV-XVII вв. // Из истории русской философии. М., 1949. С. 71.

90. Удалъцова З.В. Хроника Иоанна Малалы в Киевской Ру-си//Археографический ежегодник. 1965. М., 1966. С.52

91. Успенский Ф. И. Очерки по истории византийской образованности. СПб., 1892. С. 252-257, 266-268, 274-275, 357.

92. Успенский Ф.И. Синодик в неделю Православия. Сводный текст с приложениями. Одесса, 1893. С. 14-18

93. Флоровский Г.В., прот. Восточные отцы V-VIII веков. М., 1992. С.97, 99, 105, 109, 111, 104.

94. Флоровский Г.В., прот. Пути русского богословия. Париж, 1937. С.9.

95. Фролов Э.Д. Русская историография античности (до сер. XIX в). Л., 1967. С.78.

96. Фролов Э.Д. Русская наука об античности. СПб., 1999. С. 9, 14-15, 19, 36, 39, 44.

97. Хайдеггер М. Разговор на проселочной дороге. М., 1991, с.34.

98. Чижевский Д.И. Платон в Древней Руси // Записки русского исторического общества в Праге. Прага, 1929. Кн. II. С.74-82.

99. Шахматов М.В. Платон в Древней Руси // Записки русского исторического общества в Праге. Прага, 1929. Кн. II. С.49-73.

100. Щеголев E.H. Очерки истории отреченной литературы. Сказание Ароди-тиана // Известия Отделения русского языка и словесности Академии наук. Т.4. Кн. 4. С.1343.

101. Шусторович Э.В. Хроника Иоанна Малалы и античная традиция в древнерусской литературе // Труды Отдела древнерусской литературы. Т. 23. 1968. С. 64.

102. Haney J.V. From Italy to Muscovy. The life and works of Maxim the Greek. Munhen,, 1973. P. 138-139, 296.

Рекомендованный список диссертаций по специальности «История философии», 09.00.03 шифр ВАК

    Философско-антропологические представления в русской духовной культуре XII века: от теории к практике2011 год, кандидат философских наук Семикопова, Татьяна Викторовна
    Богословско-философское наследие митрополита Никифора2003 год, кандидат философских наук Полянский, Сергей Михайлович
    Философия религии Эпикура и эпикурейская традиция в истории европейской мысли2000 год, доктор философских наук Шахнович, Марианна Михайловна
    Платонизм в творчестве А.Ф. Лосева: Историко-философский анализ2006 год, кандидат философских наук Кудрявцев, Георгий Васильевич
    Традиции византийского неоплатонизма в русской средневековой философии2003 год, доктор философских наук Ионайтис, Ольга Борисовна

2004

dissercat.com

0

Сайт Светланы Анатольевны Коппел-Ковтун

Оставить комментарий

Содержимое данного поля является приватным и не предназначено для показа.

Простой текст

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.
  • Адреса веб-страниц и email-адреса преобразовываются в ссылки автоматически.