Сравнительный анализ понятий семантического мира В. В. Налимова и хронотопа М. М. Бахтина

Автор
Андрей Политов

Задачей статьи является сравнительное историко-философское рассмотрение понятий семантического мира, введенного в отечественную философскую науку советским мыслителем В.В. Налимовым, и хронотопа, обоснованного в трудах выдающихся российских ученых А.А. Ухтомского и М.М. Бахтина, с целью раскрытия и описания сущностного общефилософского значения данных категорий в их взаимном пересечении. На основе развернутого анализа текстов основных сочинений В.В. Налимова и М.М. Бахтина автор демонтирует концептуальное единство и убедительное сходство понятий семантического мира и хронотопа, обусловленные имманентно присущим им онтологическим основанием. Категории семантического мира и хронотопа характеризуют ценностную и бытийную полноту человеческой жизни, акцентируют сущностный экзистенциально-этический смысл индивидуальных поступков, определяющих место и роль личности в структуре мироздания. С помощью историко-философского анализа одного из ключевых произведений раннего периода творчества М.М. Бахтина - известной работы «К философии поступка» - раскрыто и обосновано экзистенциально-метафизическое значение хронотопичности человеческого бытия, в котором пространственно-временное единство окружающего мира оказывается наделенным человеческими ценностями и смыслами. Таким образом, хронотоп мироздания предстает подлинно человеческим, семантическим миром, ареной развертывания индивидуальной жизни личности, событийного ряда ее существования. Человеческая жизнь становится имманентно включенной в хронотопное семантическое целое мирового феномена. Категории семантического мира и хронотопа манифестируют, следовательно, сущностное онтологическое и экзистенциальное значение, позволяющее им выступить в качестве фундаментального основания дальнейшего развертывания и конструирования полноценной онтологии события, которая является одним из важнейших метафизических направлений современной западноевропейской и российской философии.

Ключевые слова: хронотоп, семантический, мир, бытие, онтология, Ухтомский, Бахтин, Налимов.

Хронотоп - категория, получившая научно-философское обоснование и развитие в трудах отечественных мыслителей ХХ в. Алексея Алексеевича Ухтомского (1875-1942) и Михаила Михайловича Бахтина (1895-1975); именно они дали этому понятию каноническое определение пространственно-временной целокупности [Политов 2014: 50-62]. Несложно заметить, что категория хронотопа по своему содержанию и смыслу существенно близка понятию мира в целом, который также может быть определен в качестве целостного пространственно-временного единства. Однако понятия хронотопа и мира в философской теории не могут быть признаны тождественными, поскольку хронотопичность выступает лишь одним из атрибутов, присущих мирозданию в целом. Соответственно понятие «мир» шире по своему логическому и онтологическому значению, нежели понятие «хронотоп». Тем не менее данные категории находятся в существенной смысловой и структурной связи. Целью настоящей работы, продолжающей наши исследования [Политов 2015: 696-703], является прояснение онтологического значения категории хронотопа в соотнесении ее с концепцией структуры мироздания, представленной в трудах известного российского ученого и философа Василия Васильевича Налимова (1910-1997), совмещавшего научную работу в области физики, математики, биологии с интересом к мистической и эзотерической философии (в частности, к течению мистического анархизма), к семиотике и культурологии. Основная философская система Налимова - вероятностная теория смыслов - впервые была изложена им в 1979 г. в работе «Вероятностная модель языка» [Налимов 1979].

Для Налимова, соединившего мистические учения с постулатами русского космизма и христианской философией, мир изначально выступает как нечто сложное, таинственное, то, что невозможно раскрыть до конца: «...наш исходный постулат: в Мире есть Тайна. Не надо пытаться ее разгадать, ибо тогда мы разрушим ее - вульгаризируем, упростим, редуцируя грандиозное к привычному» [Налимов 1993: 3]. Реальность изначально разделена на две сферы - физическую и семантическую: «...физический мир и мир семантический - это две различные реальности, непосредственно связанные через геометрию Мира» [Налимов 1989: 83]. Семантический мир есть смысловая реальность, отдельная от физического (материального) мира; для Налимова важнейшей сферой реальности остается семантический (смысловой) мир. Именно на изучении смыслов реальности и человеческой личности Налимов останавливает свое внимание. Согласно исследователю, реальность наполнена смыслами; основной единицей смысла служит текст: «.смыслы - это есть то, что делает знаковую систему текстом» [Налимов 1989: 107]. Текстом является все сущее: «Весь воспринимаемый нами эволюционирующий мир можно рассматривать как множество текстов. Когда мы говорим о биосфере, то текстами оказываются отдельные особи, виды и другие составляющие биосферы. Когда рассматриваем ноосферу, то текстами становятся сознания людей как в их личных, так и коллективных проявлениях» [Налимов 1989: 106-107]. Смысл, согласно учению Налимова, есть главная характеристика сущего; в своем исходном состоянии смыслы существуют в потенциальном виде: «.смыслы мира спрессованы так, как спрессованы числа на действительной оси. . Спрессованность смыслов - это не распакованный (непроявленный) Мир: семантический вакуум» [Налимов 1989: 106-107]. Реальность, кроме разделения на физический и семантический мир, характеризуется двумя состояниями: это бытие (наличный, раскрытый мир) и ничто (семантический вакуум, нераскрытый мир). Семантический вакуум ничто выступает как первоначальное, исходное состояние мира, поскольку естественное состояние смысла - пребывание в нераскрытости, спрессованности на мировой оси. Однако семантический вакуум не есть нечто принципиально непознаваемое; напротив, он выступает в качестве потенциально познаваемого, способного к раскрытию. Как указывает Золотухина-Аболина, «.если семантический вакуум (Ничто) -это чистая непроявленность, то необходимо дополнить взгляд на него представлением о Потенциальности. Потенциальность - то начало, которое порождает семантические проявления» [Золотухина-Аболина 2005: 90].

Идея, высшая функция человека, согласно Налимову, заключается в том, что индивид есть существо, которое раскрывает смыслы, и своей активностью противостоит семантическому вакууму ничто. В его понимании «личность - часть и момент универсума, причем универсума семантического, исполненного смыслов. Личность - текст, способный сам себя интерпретировать, и, будучи таковым, он соотнесен с миром - множеством текстов. Человеку предшествует и его сопровождает в качестве источника и фона всего происходящего семантический континуум. ... Смыслы мира спрессованы так же, как числа на линейной оси . смысловой континуум, пронизывающий всю нашу жизнь, не распакован и являет собой потенциальность. Он - семантический вакуум. Человек выступает той фигурой, которая распаковывает смыслы, переводит их из потенциального состояния в актуальное» [Золотухина-Аболина 2005: 90]. По мнению Налимова, задача, стоящая перед современным ученым, заключается в том, чтобы соединить научное физическое и математическое познание мира с философским пониманием его как вероятностной и сложной реальности: «...семантика каждого конкретного текста задается своей функцией распределения (плотностью вероятности) - р(р). ... Функция р(р) оказывается тем окном, через которое нам дана возможность всматриваться в семантический мир» [Налимов 1989: 108]. В результате процесса познания, в котором, согласно концепции ученого, должны быть соединены строгость науки и мудрость эзотерической философии, «проявленный мир смыслов всегда представлен как совокупность текстов» [Золотухина-Аболина 2005: 90].

Познанием мира как вероятностной реальности не исчерпывается значение философской теории Налимова, поскольку остается нерешенной проблема самого субъекта познания - человека, противостоящего ничто семантического вакуума. Чтобы разрешить этот вопрос, Налимов в своей теории сочетает два противоположных подхода. Налимов - естествоиспытатель и математик видит в вероятностном познании способ борьбы с семантическим вакуумом, Налимов - эзотерик и философ одновременно предлагает путь медитирования, выхода за пределы собственной самости. Василий Васильевич был известен как последовательный сторонник и практик медитации, где «возникает новое состояние сознания, при котором происходит слияние с объектом медитации, растворение в нем, потеря границы собственной личности. Возникает ощущение целостности» [Налимов 1979: 227]. Подробное раскрытие и обоснование теории и практики медитативного состояния человеческой личности содержится в автобиографии ученого под названием «Канатоходец» [Налимов 1994]. Человеку, для того чтобы противостоять ничто семантического вакуума, недостаточно познания мира как вероятностной реальности, но необходим выход за пределы себя, слияние с внешней средой. Что должно быть той внешней средой, с которой человеку необходимо обрести цельность, чтобы он мог противостоять семантическому вакууму? Конечно, этим внешним является окружающий мир. В медитативном состоянии слияния с миром, по Налимову, «индивидуальность аннигилируется, она превращается во все, или в ничто. Смыслы исчезают вследствие утраты селективности в их оценке. Семантический континуум возвращается в свое исходное - нераспакованное - состояние. Так открывается возможность трансценденции - выхода в деперсонализированное Космическое сознание, лишенное земных смыслов. Это уже мир небытийного Бытия» [Золотухина-Аболина 2005: 108].

Раскрыв и описав основные положения концепции семантического мира В.В. Налимова, рассмотрим интересующую нас далее категорию хронотопа. Обыкновенно при ее определении отсылают к известной работе М.М. Бахтина «Формы времени и хронотопа в романе» [Бахтин 2012: 340-512], в которой хронотоп предстает прежде всего в качестве эстетической категории, но, для того чтобы показать и обосновать онтологическую взаимосвязь понятий семантического мира и хронотопа, обратимся к одному из самых известных произведений Бахтина, озаглавленному комментаторами его наследия, - работе «К философии поступка» [Бахтин 2003: 7-68]; в действительности же, скорее, данное сочинение раннего периода творчества Бахтина дает развернутый очерк онтологии события, конституируемого человеческим бытием. Следует указать, что как таковой термин «хронотоп» не присутствует в тексте «К философии поступка», но все положения о пространственно-временной архитектонике бытия, вводимые и утверждаемые Бахтиным, обладают выраженным хронотопологическим смыслом. Это сочинение, по оценке самого Бахтина, содержит своеобразный вариант авторской философской антропологии [Бахтин 2003: 351], суть которой может быть выражена следующим образом. Человеческая жизнь представляет собой событийное бытие; в каждой узловой точке бытия - событии - проявляет себя человеческая личность: «Каждая мысль моя с ее содержанием есть мой индивидуально ответственный поступок, один из поступков, из которых слагается вся моя единственная жизнь как сплошное поступление, ибо вся жизнь в целом может быть рассмотрена как некоторый сложный поступок» [Бахтин 2003: 8]. В центральном положении онтологии поступка Бахтина - человек ответственен за свои поступки - содержится не только буквальный этический смысл, но и, прежде всего, глубокое метафизическое значение. Оно выражается в том, что индивидуальная ответственность есть ответ окружающему миру, коммуникация с бытием. Ответственный поступок есть ответ человека бытию, зачин экзистенциальной коммуникации личности с мирозданием. Согласно философии поступка Бахтина, человеку имманентно врождена ответственность в бытии, служащая универсальной онтологической мерой становления и сущности человеческой личности: «Жизнь может быть осознана только в конкретной ответственности. ... Можно осознать жизнь только как событие, а не как бытие-данность. Отпавшая от ответственности жизнь ... принципиально случайна и неукоренена» [Бахтин 2003: 51]. Ответственность поступка не просто означает собой светскую добродетель, честность, порядочность, но прежде всего являет открытость бытийной коммуникации, становление человеческой личности в событийности бытия.

Важнейшее для нас положение философии Бахтина заключается в том, что ответственный поступок есть бытийно-смысловой акт, в котором проявляется не просто моральное долженствование, но и глубокое экзистенциальное, ценностное значение: «Мир, где действительно протекает, свершается поступок, - единый и единственный мир, конкретно переживаемый. проникнутый эмоционально-волевыми тонами утвержденной ценностной значимости. Единую единственность этого мира, не содержательно-смысловую, а эмоционально-волевую, тяжелую и нудительную, гарантирует действительности признание моей единственной причастности, моего не-алиби в нем. Эта утвержденная причастность моя создает конкретное долженствование - реализовать свою единственность как незаменимую во всем единственность бытия ... а значит, превращает каждое проявление мое: чувство, желание, настроение, мысль - в активно-ответственный поступок мой» [Бахтин 2003: 51]. Каждый поступок наделен бытийным смыслом и бытийной ценностью, поскольку определяет событийную цепь человеческой жизни, ключевые узловые моменты которой несут особое жизненное значение. Мир, в котором живет человек, предстает в качестве определенного пространственно-временного целого, нагруженного человеческими, личностными, моими собственными смыслами и ценностями. Это есть целостный хронотопный семантический (смысловой) мир, в котором существует человеческая личность, в котором разворачивается событие бытия: «.мир дан мне с моего единственного места как конкретный и единственный. Для моего участного поступающего сознания - он, как архитектоническое целое, расположен вокруг меня как единственного центра исхождения моего поступка. . В соотнесении с моим единственным местом активного исхождения в мире все мыслимые пространственные и временные отношения приобретают ценностный центр, слагаются вокруг него в некоторое устойчивое конкретное архитектоническое целое - возможное единство становится действительной единственностью» [Бахтин 2003: 51-52].

Теория семантического мира В.В. Налимова и хронотопологическое миропонимание М.М. Бахтина проявляют, таким образом, существенную и глубокую взаимосвязь, обусловленную не только определенным сходством их концептуальных построений, но и вживленностью обоих мыслителей в русло отечественной философской органицистской традиции. Сущность данного мировосприятия можно описать фразой первого основоположника теории хронотопа А.А. Ухтомского: «Реальность - хронотоп ... мы живем в хронотопе» [Ухтомский 2002: 68-70]. Время и пространство имманентно вписаны в структуру мироздания и в структуру события. Каждый поступок совершается в определенном месте и в конкретное время; поскольку поступок есть проявление ответственности человека в бытии, ценностный бытийный акт ответственного выбора, то его жизненное значение и личностная ценность проецируются на пространственно-временное целое, в рамках которого происходит событие бытия. Отчужденные внешние пространство и время окружающего материального мира приобретают глубоко человеческий характер, обогащаются личностным, ценностным значением, становятся пространственно-временной структурой семантического мира.

Следовательно, семантический мир есть пространственно-временное целое (хронотоп), выстраивающееся вокруг своего «ценностного центра -смертного человека» [Бахтин 2003: 60] и в силу этого приобретающее ценностное значение его жизни, выступающее ареной развертывания событий, свершения поступков. Я как ответственный субъект причастен к хронотопу окружающего мира, в котором развертывается мое конечное индивидуальное бытие. Хронотоп, в котором я существую, есть моя жизнь, есть семантический мир, наполненный моими - человеческими - ценностями и смыслами: «С единственного места моей причастности бытию единые время и пространство индивидуализируются, приобщаются, как моменты ценностной конкретной единственности. С точки зрения теоретической пространство и время моей жизни - ничтожные . отрезки единого времени и пространства . но изнутри моей причастной жизни эти отрезки получают единый ценностный центр, что и превращает действительное время и пространство в единственную, хотя и открытую индивидуальность» [Бахтин 2003: 54-55]. Как известно, в качестве иллюстрации ценностно-смысловой нагруженности пространственно-временной организации окружающего мира Бахтин приводит анализ стихотворения А.С. Пушкина «Для берегов отчизны дальной...», где показывает, как в событии ответственного жизненного выбора пространственно-временное целое, хронотоп, в котором разворачивается действие человеческого поступка, приобретает подлинно экзистенциальное, ценностно-личностное значение и смысловое выражение: «.момент ценности обусловлен не основоположением, как принципом, а единственным местом предмета в конкретной архитектонике события с единственного места причастного субъекта. ... Здесь и пространственное, и временное, и логическое, и ценностное оплотнены в их конкретном единстве . соотнесены с конкретным ценностным центром, не систематически, а архитектонически подчинены ему, осмыслены и локализованы через него и в нем» [Бахтин 2003: 66]. Весь текст «К философии поступка» пронизан экзистенциальным пафосом раннего Бахтина: окружающий мир, в котором я живу, в котором я совершаю поступки, есть мой мир, мир моей жизни; именно в таком свете окружающее человека пространственно-временное единство приобретает подлинно экзистенциальный, ценностно-смысловой компонент. Смыслы и ценности конкретной человеческой жизни, носящей характер микрохронотопа, окрашивают, обогащают и индивидуализируют окружающий мировой макрохронотоп. Так внешне отчужденное пространственно-временное целое окружающего мира приобретает значение смыслового единства, становится подлинным семантическим миром, несущим в себе смысл и ценность индивидуального человеческого бытия: «Конкретное долженствование есть архитектоническое долженствование: осуществить свое единственное место в единственном событии-бытии» [Бахтин 2003: 68].

Разумеется, в своем очерке мы отметили лишь основные точки соприкосновения концепций семантического мира В.В. Налимова и хронотопа М.М. Бахтина. Сходство и близость теоретических построений данных мыслителей коренится, прежде всего, в экзистенциальной онтологической направленности их основных положений о сущности мира и места, которое занимает в нем человеческая личность. Дальнейшее сравнительное историко-философское исследование теории семантического мира и концепции хронотопа может заключаться в развертывании и конструировании полноценной онтологии хронотопа события. Человеческая жизнь являет себя временным потоком событийного бытия, разворачивающегося в пространстве окружающего мироздания и носящего уникальный индивидуальный ценностно-смысловой характер. Окружающее человека пространственно-временное целое предстает, таким образом, в качестве полноценного семантического жизненного мира, в котором становится и совершается жизнь личности; событийная цепь индивидуального существования оказывается микрохронотопом, имманентно и органически инкорпорированным в макрохронотоп мира. Основой для подобного онтологического осмысления и понимания хронотопичной сущности мироздания и событийности бытия могут послужить рассмотренные нами концепции В.В. Налимова и М.М. Бахтина.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

Бахтин М.М. 2003. Собрание сочинений. Т. 1. Философская эстетика 1920-х годов. М. : Яз. славян. культур. 957 с.

Бахтин М.М. 2012. Собрание сочинений. Т. 3. Теория романа (1930-1961 гг.). М. : Яз. славян. культур. 880 с.

Золотухина-Аболина Е.В. 2005. В. Налимов. М. ; Ростов н/Д. : МарТ. 128 с.

Налимов В.В. 1979. Вероятностная модель языка. 2-е изд., перераб. и доп. М. : Наука. 304 с.

Налимов В.В. 1989. Спонтанность сознания: Вероятностная теория смыслов и смысловая архитектоника личности. М. : Прометей. 288 с.

Налимов В.В. 1993. В поисках иных смыслов. М. : Прогресс. 265 с.

Налимов В.В. 1994. Канатоходец : Воспоминания. М. : Прогресс. 456 с.

Политов А.В. 2014. Онтологический смысл понятия хронотопа в философских идеях А. Ухтомского и М. Бахтина // Науч. ежегодник Ин-та философии и права Урал. отд-ния Рос. акад. наук. Т. 14, вып. 4. С. 50-62.

Политов А.В. 2015. Семантический мир сущего: хронотоп как категория онтологии // Философия и культура. № 5. С. 696-703. DOI: 10.7256/1999-2793.2015.5.11611. Ухтомский А.А. 2002. Доминанта. СПб. : Питер. 448 с.

Политов Андрей Викторович,
кандидат философских наук, старший преподаватель гуманитарного факультета кафедры философии и права Пермского Национального исследовательского политехнического университета

Материал поступил в редколлегию 16.11.2016 г.

КиберЛенинка

Добавить комментарий

Содержимое данного поля является приватным и не предназначено для показа.

Простой текст

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.
  • Адреса веб-страниц и email-адреса преобразовываются в ссылки автоматически.