Алексей Козырев

На наш взгляд, в русской богословской и философской мысли опыт софиологии имеет преимущественно историческое значение и сегодня вряд ли может быть творчески возобновлен. Именно поэтому нам видится актуальным выявление рифов и подводных камней в соловьевской софиологии, с блеском проделанное Е. Н. Трубецким в "Миросозерцании...". Критика софиологии Трубецким вырастает не из отвлеченного представления о субстанции Бога и твари, а из реального жизненного мироощущения...

Обращение Соловьева к "смыслу любви" в 1893 г. не было случайным. Ряд его предшествовавших и последующих статей объединяет замысел "третьего отделения" соловьевской философии – теургии [1]. Преображение человечества в красоте, рождение в красоте должно быть достигнуто любовью,– таков пафос этих статей. Однако уже сказанное здесь провоцирует несколько существенных вопросов: как понимается любовь и что означает рождение?..

У французской рукописи "София" странная судьба. Если бы она была завершена и опубликована, пусть даже и за границей, в России непременно разразился бы скандал - столь дерзкой была конфессиональная смелость двадцатитрехлетнего философа, претендующего на основание новой вселенской религии и насмехающегося над незыблемыми догматами православия. Замысленная как докторская диссертация, "София" превратилась в "первичный бульон"...

Бердяев очень публицистичен. Это подтверждается тем, что он склонен к афоризму, он любит блеснуть красивой фразой. «У Бога власти меньше, чем у городового», например. Или: «История началась с фразы “Каин, где брат твой, Авель?”, а закончится фразой “Авель, где брат твой, Каин?”». Во многом эти публицистические работы отражают душу самого Бердяева. Когда он говорит о русской душе, что она женственна...