Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Соль мира должна солить, а не лежать, наслаждаясь своей солёностью только для себя.
Друг — тот, кто способен разделить с тобой твоё чудо так, что оно станет общим для вас обоих. Друг — это друг по чуду.
Крайняя степень доминанты на другом — юродство.
Дикий человек до человека и дикий человек после человека — не одно и то же.
Конец мира — это развод с истиной. Без брачных отношений с ложью конец мира невозможен.
Слова — это дырки в решете посюсторонности, сквозные пути туда, куда пути нет.
Есть одна опасность — не учтенная, мне кажется. Церковь не должна превращаться в корпорацию — вопреки трендам времени. Христианин — это, прежде всего, Христов человек, а не человек своей «тусовки». Христос в нас лишь пока мы его отдаём, и способы отдачи у каждого свои, но акцент на себе и своём методе может обесценить главное в нас. Во Христе мы преодолеваем своё корпоративное, а если не преодолеваем — умираем в самолюбии и самолюбовании.
Бытийствующий описывает, а не предписывает. Он не даёт инструкций, но производит формулы.
Любить Бога и уважать свободу другого суть одно.
Зрелость проверяется любовью. Это и есть Страшный Суд. Зрелая личность — любит: потому что имеет в себе любовь.
И одиночество над нами
как дождь: встает над морем вечерами
и простирается там за холмами,
до неба, им чреватого всегда.
И с неба падает на города
Ливнем оно струится на рассвете
на переулки, смутные вначале,
когда тела обнявшиеся эти
уже того не ищут, что искали,
и люди в ненависти и в печали
одной постелью связаны навеки...
Кто из ангельских воинств услышал бы крик мой?
Пусть бы услышал. Но если б он сердца коснулся
Вдруг моего, я бы сгинул в то же мгновенье,
Сокрушённый могучим его бытиём. С красоты начинается ужас.
Выдержать это начало ещё мы способны;
Мы красотой восхищаемся, ибо она погнушалась
Уничтожить нас. Каждый ангел ужасен...