Владимир Даль: «Назначение человека — борьба за правду и справедливость, борьба со всем, что лишает людской радости»

Автор: Светлана Коппел-Ковтун
Пушкин и Даль

Русский учёный, писатель и лексикограф, составитель «Толкового словаря живого великорусского языка» Владимир Иванович Даль родился 10/22 ноября 1801 года в местечке Лугань (ныне Луганск). Скончался великий лексикограф 22 сентября/4 октября 1872, похоронен на Ваганьковском кладбище.

Он был датчанином по происхождению и луганчанином по рождению. Но сугубо русским человеком он был и по духу, несмотря на то, что родился и воспитывался в протестантской семье. Юношей «ступив на берег Дании, — вспоминал он, — я на первых же порах окончательно убедился, что отечество моё Россия, что нет у меня ничего общего с отчизною моих предков». В конце жизни он уточнил: «Ни прозвание, ни вероисповедание, ни сама кровь предков не делают человека принадлежностью той или другой народности. Дух, душа человека — вот где надо искать принадлежности его к тому или другому народу. Чем же можно определить принадлежность духа? Конечно, проявлением духа — мыслью. Кто на каком языке думает, тот к тому народу и принадлежит. Я думаю по-русски».

Даль всю свою жизнь с любовью изучал Россию, религиозный и житейский опыт её народов, языки, и только поэтому сумел одарить современников и потомков из неоскудеваемой сокровищницы.

Пять десятилетий шла его кропотливая работа над Словарём: первые слова Владимир Иванович записал весной 1819 года, путешествуя по России, последние — незадолго до собственной смерти, в 1872 году.

200000 слов: книжно-письменная, просторечная, диалектная, профессиональная, церковнославянская и иная лексика.

Более 30000 пословиц, поговорок и загадок, приводимых автором для наиболее точного разъяснения значений слов.

53 года работы: получается, что при 12-часовом рабочем дне, он в течение полувека каждый час объяснял 1 слово.

«Общие определения слов и самих предметов и понятий — дело почти неисполнимое и притом бесполезное. Оно тем мудрёнее, чем предмет проще, обиходнее. Передача и объяснение одного слова другим, а тем паче десятком других, конечно, вразумительнее всякого определения, а примеры ещё более поясняют дело…» — считал Даль.

Вот несколько примеров крылатых выражений, сохранённых для нас Далем.

  • Бог один, да молельщики не одинаковы.
  • Воспитатель сам должен быть тем, чем он хочет сделать воспитанника.
  • Люби, не влюбляйся, пей, не напивайся, играй, не отыгрывайся.
  • Назначение человека именно то, чтоб делать добро.
  • Не слыть, а быть.
  • Умереть сегодня — страшно, а когда-нибудь — ничего.
  • Церковь не в брёвнах, а в рёбрах.
  • Правду говорить — никому не угодить.
  • От пословицы не уйдёшь.

Далевед Владимир Крупник даёт очень высокую оценку лексикографу Далю: «Всегда нам в укор будет то, что одиночка Даль совершил труд, равный труду многих десятилетий иного гуманитарного института с его могучим коллективом и современными средствами науки и техники».

А ведь Даль ещё служил, лечил, оперировал, занимался научной деятельностью. Он был увлечённым естествоиспытателем и даже написал учебники по ботанике и зоологии. Известны научные исследования Даля по организации медицинской службы на театре военных действий, по гомеопатии, фармакологии. Найдены наброски статей об оперативной тактике при огнестрельных ранениях. Велики заслуги Даля и как учёного-этнографа.

Для современников он был популярным писателем-бытописателем. Помимо известных сказок казака-балагура Владимира Луганского, перу Даля принадлежат 100 очерков из русской жизни, составившие два тома его сочинений. В 1845 году Белинский написал о нём, что «после Гоголя это до сих пор решительно первый талант в русской литературе». И сам Гоголь любил творчество Даля: «Писатель этот более других угодил личности моего собственного вкуса и своеобразию моих собственных требований: каждая его строчка меня учит и вразумляет».

Правда, многие оспаривали художественную одарённость Даля. Горький, к примеру, отзывался так: «Даль — не художник, он не пытается заглянуть в душу изображённых им людей, зато их внешнюю жизнь он знает, как никто не знал её в то время», «его очерки — простые описания натуры, такою, какова она есть. Эти очерки имеют огромную ценность правдивых исторических документов».

Широта души, щедрость сердца, одарённость, общительность и разносторонность интересов привлекали к Далю многих творческих людей. Он близко сходился с Пушкиным, Гоголем, Некрасовым, Тургеневым, Жуковским, Одоевским, Лажечниковым. Владимир Иванович был знаком и с Шевченко, некоторое время переписывался с ним и даже принял участие в его освобождении из ссылки. Но особенно значимым представляется знакомство, а затем и дружба с Пушкиным. Вероятно именно Александр Сергеевич подал мысль Далю взяться за словарь.

Изначально познакомить Даля с Пушкиным как будто бы брался Жуковский, но Даль предпочёл представиться поэту самостоятельно. Навестив Пушкина в его съёмной квартире на углу Гороховой и Морской, Даль подарил ему один из уцелевших экземпляров сказок Казака Луганского. Пушкин сразу стал листать книгу, и по всему было видно, что труд Даля пришёлся ему по душе.

— Хорошо, очень хорошо, — приговаривал Пушкин, листая книгу.

Встреча затянулась.

В тот же вечер Даль рассказал Пушкину, что собирает слова живого народного языка и получил в ответ горячее одобрение.

— Сделайте словарь, непременно сделайте! Позарез нужен словарь живого разговорного языка! Да вы уже и так сделали треть! Не бросать же теперь ваши запасы! — подбадривал Даля Пушкин. — Ваше собрание не пустая затея, не увлечение. Это совершенно новое у нас дело. Вам можно позавидовать — у Вас есть цель…

Восхищенный сказками Даля, Пушкин подарил ему рукописный текст одной из своих сказок с надписью «Сказочнику Казаку Луганскому — сказочник Александр Пушкин». Сейчас мало кто знает, что первая сказка нашего детства «Курочка Ряба» принадлежит перу сказочника Казака Луганского.

В конце жизненного пути лютеранин Даль принял православие. Воспоминания Мельникова-Печерского свидетельствуют, что он сделал это осознанно, так как считал, что в Православной Церкви сохраняется вся полнота истины. В одной из бесед со своим другом-учеником Даль говорил: «Самая прямая наследница апостолов, бесспорно, ваша Греко-Восточная Церковь, а наше лютеранство дальше всех забрело в дичь и глушь… Православие — великое благо для России, несмотря на множество суеверий русского народа. Но ведь все эти суеверия не что иное, как простодушный лепет младенца, ещё неразумного, но имеющего в себе ангельскую душу. Сколько я ни знаю, нет добрее нашего русского народа и нет его правдивее, если только обращаться с ним правдиво… А отчего это? Оттого что он православный… Поверьте мне, что Россия погибнет только тогда, когда иссякнет в ней православие».

Когда мы слышим фамилию Даль, в воображении встают необъятные дали земли русской с её незабываемыми пейзажами, реками и озерами, степями и болотами, равнинами и пригорками. И видятся неповторимые лица русских тружеников, говорящих хоть и на одном языке, да всяк особо.

Даль любил людей, любил человека и даже в свою бытность чиновником прославился, прежде всего, честностью, а также бесплатным лечением больных.

«Жизнь дана на радость, — писал Даль, — но её надо уметь отстоять, поэтому истинное назначение человека — борьба за правду и справедливость, борьба со всем, что лишает людской радости. Всякая несправедливость казалась мне дневным разбоем, и я всячески выступал против неё».

Владимир Иванович Даль — человек, вглядывавшийся в близкое далёко, без которого нельзя помыслить ни поэта, ни искреннего богомольца. Его будоражила суть, истина, глубинная правда вещей и слов, преображающая обыденное бытование в бытие.

06/10/2015

Сайт Светланы Анатольевны Коппел-Ковтун

Добавить комментарий

Содержимое данного поля является приватным и не предназначено для показа.

Простой текст

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.
  • Адреса веб-страниц и email-адреса преобразовываются в ссылки автоматически.