Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Истиной никто не владеет единолично. К истине можно лишь приобщиться.
Люди иногда конформизм принимают за доброту - величайшее заблуждение, ибо доброта ближе по сути к нонконформизму. Доброта — это нечто чуждое миру, и мир враждует против доброты, как и доброта — против недоброты мира.
Живое сердце — это сердце, способное стать домом ближнему. Когда внутренняя клеть расширяется для принятия другого: Бога и/или ближнего, тогда внутри человеческого сердца и созидается гостеприимный дом каждому, кто в том нуждается. Вмещать Бога и вмещать ближнего — одно.
Слово — это путь, оно не просто указывает на путь, но само является путём.
Судить и отрицать высокое другого — это отрицать своё высокое. Высокое неподсудно, его не судят — им и в нём живут.
Наше высокое нас хранит.
В человеке остаётся действующим только то, что в нём работает, чем он пользуется в своей жизни, что в нём актуализировано. Не действующее — т.е. ненужное — отваливается: хвост это, совесть или душа в данном случае неважно (принцип экономии энергии срабатывает).
Знаете на кого похож поэт? На ёлочку, которая подходя к зеркалу, видит не только ёлочку, но и лес. Лес — через себя, в себе. Это некая обратка пословице «за деревьями леса не видать». Поэт — это слышание Целого и, при успехе, голос Целого (не толпы, но цельности человеческой).
Пока человек не вырос, он думает, что истина ему дана для того, чтобы бить ею других (тех, у кого не так, иначе, по-другому — не в соответствии с его истиной). А когда вырастет, начинает понимать, что истина ему дана для того, чтобы видеть ею другого, видеть её в другом, всматриваться, вслушиваться в другого и любить его — истиной.
Так должно быть, и так есть — две большие разницы. Мы постоянно одно выдаем за другое, льстим себе — это и есть прелесть.
Франц Кафка — очень интересный человек. Было снято несколько фильмов по его рассказам. Его произведения написаны очень ясным языком, на очень хорошем немецком,— я начинал читать их по-немецки. Человечество их недооценило. Тем не менее, его истории очень впечатляющие, хотя достаточно прямолинейны. Язык совсем не сложный. Довольно простым языком автор изобразил совершенно ужасные вещи.
В 40 лет Франц Кафка, который никогда не женился и не имел детей, шёл по парку в Берлине, когда встретил девочку, которая плакала от того, что потеряла любимую куклу. Кафка присоседился к поискам, которые, к счастью, в тот день оказались безуспешными. Они договорились встретиться на том же месте завтра и продолжить поиски.
Родители, ожидающие от своих детей благодарности (есть даже такие, которые ее требуют), подобны ростовщикам: они охотно рискуют капиталом, лишь бы получить проценты.
- Что вы читаете? - спросил Кафка.
- "Ташкент - город хлебный"...ее написал...- Кафка не дал мне закончить предложение.
- Чудесная книга. Совсем недавно я прочел ее за один день.
- На мой взгляд, эта книга скорее документ, чем произведение искусства, - сказал я.
«У меня оказались две книги Дж. К. Честертона : "Ортодоксальность" и "Человек, который был четвергом".
Кафка сказал:
- Он такой веселый! Можно поверить, что он нашел Бога.
- Значит, смех для вас - это выражение религиозного чувства?
"...- Вы хотите сказать, что правда нам недоступна?
Кафка молчал. Его глаза сузились и потемнели, кадык на его горле вздымался и опускался. Несколько секунд он не сводил взгляд с кончиков пальцев, лежавших на столе. Потом он тихо сказал:
Название книги, написанное золотыми буквами на кожаном корешке, Гютлинг прочитал вслух :
- "Дарвин - происхождение видов", - и вздохнул, - так-так, наш граф ищет своих предков среди обезьян. - И подмигнул при этом Кафке, явно ожидая услышать его одобрение. Но Кафка энергично покачал головой и сказал без лишней выразительности :
Как бы вам это объяснить? Если в самый дивный солнечный день с неба вдруг блеснет некий новый луч и пронзит вас пониманием, что без него даже самый распрекрасный погожий день был, оказывается, пасмурным и дождливым, — разве вы, будь вы даже всей душой тому прежнему миру привержены, сумеете замкнуть свою душу для такого луча?