Дневник
Однажды, стал отец Александр унывать. Без причины. Видно потерпеть ему надо было.. Все ему не нравилось – и небо не нравилось, и обои не нравились, и даже собственная борода ему не нравилась! Приходили гости развеселить отца Александра, приносили херес, но не веселилось сердце, так, немного легче становилось, а благодать все не приходила. Пришли как то раз близкие друзья, пошутили немного, разговорились о смешных и чудесных случаях из жизни. А одна раба Божья возьми да и расскажи свою историю. «Вот многие говорят - мы не верующие, мы атеисты, мы агностики. Да, я такая и была! Но вот, что со мной произошло. Сдавала я экзамен в институте по научному атеизму. Скукота неимоверная! И так не хотелось учить, аж до слез! А до сдачи экзамена остался один день… а мама «пилит», а лето манит и шепчет другое…Ничего в голову не лезет. Вообщем измоталась я и говорю от отчаяния: «Господи, если Ты есть, помоги мне сдать этот чертов экзамен!» Выучила один билет и пошла в институт. Как вы наверно уже догадались – вытащила я нужный билет и сдала на «отлично»! Вот так Бог мне помог сдать научный атеизм. А я после этого в Церковь пошла»
Удивился отец Александр смирению Бога, а потом умилился, и понял, что нет такой глубины или высоты, куда бы не смог спустится или подняться Бог, чтобы помочь человеку!
Наталья (моя добрая знакомая), стала помогать своему священнику в одном из детских интернатов города Донецка. Они открыли там молитвенную комнату и на первую встречу с православными в числе прочих детей пришла девочка лет 14ти, тотчас спросив:
– А что вы тут будете делать?
– Много всего – отвечала Наталья.
– И молитвам нас будете учить?
– Да.
– А всем молитвам?
– Только основным – сказала Наталья, но зато я скажу вам где найти все другие молитвы.
– А вы дадите мне такую молитву чтобы меня усыновили? А то мою подругу забрали в семью, а я никому не нравлюсь…
Наталья распросила персонал интерната о девочке и узнала, что у той ВИЧ-инфекция, и, соответственно, её никто не берёт. Но девочка хотела молитву, и Наталья научила её просить Бога, хотя очень мучилась в этот момент, так как весь её жизненный опыт говорил, что таких чудес не бывает…
Девочка целый год старательно посещала молитвенную комнату в интернате и просила Бога. Так прошло 12 месяцев, и однажды Наталья встретила девочку в коридоре. Завидев Наталью девочка закричала: «Бог услышал! Бог помог! Меня берут!!!». И, действительно, очень скоро девочку забрала к себе семейная пара верующих американцев, которые хотели послужить Богу своей родительский заботой о подобном ребёнке…
Христос никогда не подводит надеющихся на Него, хотя всем вокруг будет казаться, что здесь, «вот в таких обстоятельствах», никогда не может быть счастья. Но, если мы имеем мужество Его звать и довериться Ему, то и мы тогда узнаём, что Он – всегда победитель и всюду – Бог хороших концов!
Гештальт (нем. Gestalt — целостная форма или структура) — понятие в гештальтпсихологии.
Так же называются: «Gestalt» — манга Юн Коги. Гештальт — составной тип роботов вселенной Трансформеров.
Гештальт-терапи́я (от нем. Gestalt — здесь «целостный образ») — гуманистическое направление в психотерапии, основанное на экспериментально-феноменологическом и экзистенциальном подходах. Зародилось в 1950-х годах и получило большое распространение, начиная с 1960-х. В отличие от психоанализа, гештальт-терапевт не занимается интерпретацией бессознательного пациента, а помогает клиенту развить самоосознавание, и играет роль не пассивного стороннего наблюдателя, как психоаналитик, а активного участника, раскрываясь, взаимодействуя с пациентом как личность с личностью, как это предполагает гуманистический подход.
Гештальт-терапия не является прикладным приложением гештальтпсихологии, хотя и вобрала в себя некоторые идеи последней.
Основной подход гештальт-терапии называется экспериментально-феноменологическим: в ходе гештальт терапии клиенту предлагается ставить эксперименты и наблюдать выявляемые в ходе экспериментов феномены.
В качестве эксперимента клиент может быть предложено, например, рассказать о каком-то событии своей жизни, о какой-то своей проблеме, просто поговорить на произвольную тему или представить и описать некую гипотетическую ситуацию, и как бы пациент в ней себя повёл. Также в качестве эксперимента часто применяется монодрама (ещё называемая «метод пустого стула»): клиенту предлагается представить, что на пустом стуле рядом сидит какой-то важный для него человек (или он сам), и начать разговаривать с ним (с собой) вслух. Терапевт может вмешиваться в ход эксперимента: направлять его, задавать вопросы, акцентировать на чём-то внимание. Продолжительность эксперимента заранее не устанавливается. Перед началом терапевт инструктирует клиента внимательно наблюдать за собой в ходе эксперимента и фиксировать феномены.
В качестве феноменов могут выступать: эмоции, изменения в голосе (повышение и понижение тона, дрожание, запинки), мимика, поза, жесты, время реакции, появление разных ощущений в теле (напряжение, жар, холод, «мурашки») и т. д. Как феномены рассматриваются только явления, наблюдаемые непосредственно во время эксперимента, даже если эксперимент посвящён событиям прошлого. Это отражает важный принцип гештальт-терапии — принцип «здесь и сейчас», в соответствии с которым работа должна проводиться только над имеющимися в данный момент чувствами и мыслями (включая чувства и мысли по поводу прошлых событий), а не теми, что были в момент прошедших событий.
Учась фиксировать в себе феномены, пациент развивает в себе осознавание — ключевое понятие гештальт-терапии. Успех гештальт-терапии в целом зависит от успешности развития этого навыка и обучения пациента применять этот навык в реальной жизни после окончания сеансов терапии.
После завершения эксперимента феномены обсуждаются с гештальт терапевтом. В ходе обсуждения затрагиваются темы потребностей и ожиданий клиента, обсуждается, как эти потребности и ожидания соотносятся с тем, что происходит на самом деле, что нужно от клиента другим людям, как соотносятся ожидания пациента и других людей. Гештальт терапевт указывает на феномены, упущенные клиентом, на которые нужно обращать внимание при следующих экспериментах для улучшения осознавания. По канонам гуманистического подхода в гештальт-терапии, гештальт терапевт анализирует феномены совместно с клиентом на равных, избегая наставничества, доверяя суждениям клиента, при этом полностью вовлекаясь в процесс обсуждения, раскрываясь как личность, рассказывая о собственном опыте и событиях своей жизни. По этой причине личные качества гештальт терапевта имеют огромное значение в гештальт-терапии, большее, чем в психоанализе и поведенческой терапии. Между клиентом и гештальт терапевтом должен установиться диалог — ещё одно важное понятие гештальт-терапии.
Целью гештальт-терапии является создание и укрепление целостного образа (гештальта) личности клиента. Посредством осознавания клиент должен выявить отвергаемые им части своей личности: отвергаемые эмоции, потребности, черты характера, мысли. Затем принять их, принять себя и тем самым восстановить целостность своей личности. Большое внимание при этом уделяется также развитию независимости личности — умению следовать своим собственным мечтам и потребностям, а не потребностям других людей.
«Гештальт-молитва»
В 1969 году в своей книге Gestalt Therapy Verbatim Фриц Перлз публикует «гештальт-молитву» (англ. Gestalt prayer) — короткий текст из 56 английских слов, получивший в США и затем в мире широкую известность и вызвавший бурную реакцию, множество критических отзывов, переработок и подражаний. «Молитва» выражает важную для гештальт-терапии концепцию независимости личности и предлагает модель отношений между такими независимыми личностями. По мнению биографов Фрица Перлза — Дж. Гейнса и М. Шепард — этот текст также являлся личным кредо Перлза, который никогда не стремился оправдать чьих-либо ожиданий, всегда делал только то, что считал нужным, и полагал, что отношения между двумя независимыми личностями могут носить только ограниченный и временный характер. За это последнее утверждение Перлз часто подвергался критике, но несомненно, что «гештальт-молитва» оказала огромное влияние на культуру 70-х. По мнению профессора Университета Миссури Роберта Долливера, это произошло во многом потому, что молитва попала «в струю 70-х» — десятилетия «Я», эпохи борьбы за свои права, отвержения многих традиционных «истин» и поиска новых форм взаимоотношений.
Текст молитвы:
Я делаю своё дело, и ты делаешь своё дело.
Я в этом мире не для того, чтобы соответствовать твоим ожиданиям,
И ты в этом мире не для того, чтобы соответствовать моим.
Ты — это ты, и я — это я,
И если нам случилось найти друг друга — это прекрасно.
А если нет — этому нельзя помочь.
Фриц Перлз, "Gestalt Therapy Verbatim", 1969 г.
* * *
Основные идеи гештальт-терапии были разработаны в 1940-50-х годах Фредериком (Фрицем) Перлзом, его женой Лаурой Перлз и Полом Гудменом. Фриц Перлз, психоаналитик и убеждённый фрейдист, в какой-то момент начал пересматривать свои взгляды на психоанализ, и первые идеи гештальт-терапии можно рассматривать именно как ревизию психоанализа. Однако затем его идеи претерпели бурное развитие и быстро превратились в независимую систему психотерапии, вобрав в себя элементы гештальтпсихологии, экзистенциальной психологии, психодрамы и других популярных в 1940-х идей.
Совместно с Полом Гудменом (англ. Paul Goodman) и Ральфом Хефферлином (англ. Ralph Hefferline) в 1951 году Перлз пишет основополагающий труд «Гештальт-терапия: возбуждение и рост в человеческой личности» (англ. Gestalt Therapy: Excitement and Growth in the Human Personality). В 1952 году Перлз переезжает в Нью-Йорк и вместе с «Семёркой» (кроме него, в «Семёрке» состояли Лаура Перлз, Изидор Фром, Пол Гудмен, Элиот Шапиро, Ричард Кицлер и Пол Вейс) учреждает Нью-Йоркский Гештальт-институт, штаб-квартира которого первоначально находилась в квартире Перлзов. Идеи гештальт-терапии быстро набирают популярность. В 1954 году был создан Кливлендский институт гештальт-терапии, а к концу 50-х годов группы гештальт-терапии были организованы по всей Америке. В 60-х годах началось распространение гештальт-терапии в Европе.
По сравнению с ранними годами гештальт-терапия претерпела в ходе своего развития два важных изменения. Во-первых, стала реже применяться групповая терапия, которую продвигал Фриц Перлз, на каком-то этапе вообще отказавшийся от индивидуальных сеансов, посчитав это устаревшей методикой. Во-вторых, отношение к пациенту стало более терпимым и сочувственным. Вхождение в конфликт с пациентом, которое нередко применял сам Перлз, стало считаться крайне нежелательным, хотя в принципе остаётся допустимым в рамках гештальт-терапии.
* * *
Создатели гештальт-терапии считали это направление психотерапии абсолютно практическим и не подлежащим теоретическому изучению. У Фрица Перлза даже было понятие «слоновье дерьмо» — специально для обозначения теоретизирования. Однако, с течением времени объём сведений и осмысление опыта гештальт-терапии потребовали теоретической систематизации и анализа. И тем и другим впервые занялся Пол Гудмен, именно ему мы обязаны первым построением кривой цикла-контакта и введением едва ли не большинства определений современной гештальт-терапии. Изначально теория гештальт- терапии опирается одним из трёх современных ему направлений экзистенциальной терапии, наряду с экзистенциальным анализом Л. Бинсвангера и логотерапией В. Франкла. Базовая идея гештальта основана на способности психики к саморегуляции при единстве всех функций человеческого организма и психики (как одной из них) — холистичности, на способности организма творчески приспосабливаться к окружающей среде и на принципе ответственности человека за все свои действия, намерения и ожидания. Основная роль терапевта заключается в том, чтобы фокусировать внимание клиента на осознавании (awareness) происходящего «здесь и сейчас» (а в интерпретации Ф. Перлза: «здесь и как»), ограничении попыток интерпретировать события, привлекать внимание к чувствам-индикаторам потребностей, собственной ответственности клиента как за реализацию, так и за запреты на реализацию потребностей.
Большой вклад в развитие методологии и теории гештальт-терапии внесли также Изидор Фром, Ирвин и Мариам Польстеры, Джозеф Зинкер, Джон Энрайт, Серж Гингер и другие.[источник не указан 1014 дней]
Личность в теории гештальт-терапии рассматривается как непрерывно протекающий процесс взаимодействия организма со средой и с самим собою. В этом процессе выделяются три важные функции:
Id — совокупность всех телесных, аффективных и эмоциональных процессов;
Personality — совокупность процессов мнезиса;
Ego — функция выбора, принятия решения, включается только при наличии необходимости принятия решения.
С точки зрения Сержа Гингера всё, что происходит с человеком, есть события, происходящие на границе-контакт, то есть граница-контакт одновременно обеспечивает обособление человека от среды и она же одновременно обеспечивает возможность взаимодействия со средой.
Подход к сопротивлению в гештальт-терапии коренным образом отличается от подхода аналитических направлений. Гештальт рассматривает сопротивления как способы взаимодействия организма со средой, некогда имевшие высокую эффективность для взаимодействия, но здесь и сейчас либо неуместные, либо вообще единственно доступные клиенту как способы взаимодействия (например, для клиента-наркомана самым характерным способом взаимодействия будет конфлюэнция второго типа, вполне органичная при взаимодействии матери и младенца). В связи с этим сопротивления клиента, естественно демонстрируемые им в ходе взаимодействия с терапевтом, используются как основа эффективного поиска неосознаваемых клиентом потребностей.
Ещё одна функция терапии в гештальте — выведение клиента на осознавание своих истинных потребностей. (Например, молодая женщина, жена моряка, жалуется на избыточный вес. В ходе терапии выясняется, что она сильно полнеет, когда её муж в плавании. Отмечается также привычка — в начале ночи она идёт к холодильнику и наедается «до отвала», после чего может спать. Ходом терапии клиентка выводится к осознаванию истинной телесной потребности ?— потребности в сексе, — «заедаемой» одинокими ночами. Соответственно, она получает осознавание того, с чем именно ей надо решать проблему.
Ф. Перлз разрабатывал гештальт-терапию, опираясь на практику психоанализа, экзистенциализм, феноменологию, восточную философию, теорию поля и теорию гештальт-психологии. Концептуально гештальт-терапия неотделима от гуманистической и экзистенциальной психологии.
Однако, если прислушаться к Клаудио Наранхо, то можно узнать о других истоках и формах гештальт-терапии. Основные аспекты традиционной философии гештальт-терапии — аспекты осознанности, актуальности и ответственности. Цель и средство традиционной гештальт-терапии — «сознательное осознавание» (Ж. М. Робин, Энрайт, Ф. Перлз, С. Гингер/Женжер). Ситуация проживается клиентом здесь-и-сейчас в присутствии сознания. Степень включённости именно сознания меняется динамически в связи с потребностью, интенсивностью переживаний и т. д. К. Наранхо придерживается иной точки зрения, выделяя актуальность. Одна из основных техник в терапии Наранхо — концентрация на настоящем, здесь и сейчас, что и составляет основу гештальт-терапии Наранхо. Для того, чтобы выделить и отличить эту модальность, Наранхо вводит собственный термин — презентификация: «Как и в случае с мечтами и фантазиями о будущем, в гештальте существует свой подход и к прошлому, который я предложил называть презентификацией (восприятие прошлого с точки зрения настоящего). Посредством обыгрывания клиент снова ставит себя в ситуацию, воспоминания о которой преследуют его, и управляется с ней, как если бы она была в настоящем». Существуют, по крайней мере, два пути, в которых концентрация на настоящем отражена техническим репертуаром гештальт-терапии Наранхо. Один — откровенная просьба к клиенту следовать его намерениям: здесь выражается то, что выходит в его теперешнее поле сознания. Чаще всего это сопровождается наставлением воздержаться от осмысливания во имя чистого самонаблюдения. Другой путь — презентификация прошлого или будущего (или фантазии в целом).
Необходимо отметить, что подходы К. Наранхо разделяются не всеми школами гештальт-терапевтов.
Квалиа — это, говоря простыми словами, объективное переживание другого. Может показаться простым утверждение невозможности точного знания переживаний (опыта) другого человека, но идея квалиа (это множественное число, число единственное будет «квале») выводит это утверждение в раздел сложных.
Например, что такое голод? Мы все знаем, каков голод «на вкус», да? Но можете ли вы быть уверены в том, что чувство голода у вашего друга Александра или Василия будет таким же, как у вас? Мы даже можем описать его как «ощущение пустоты в урчащем желудке». Неплохо, но вот для Александра эта «пустота» будет совсем другой, нежели ваша. Или вот, к примеру, «красный». Все знают, как выглядит красный, но как бы вы описали его слепому человеку? Даже если мы разобьем красный цвет на световые частоты и узнаем, какие из них производят эталонный красный, мы все равно не сможем быть уверены на сто процентов, что Вася или Саша не видят в нем эталонный зеленый.
Здесь начинается странное. Известный мысленный эксперимент с квалиа включает женщину, которая растет в черно-белой комнате, получая всю информацию о мире с черно-белых мониторов. Она учится и постигает все, что нужно знать о физических аспектах цвета и зрения: частоты волн, как глаз воспринимает цвет — все. Она становится экспертом и в конечном счете знает всю фактическую информацию по этим вопросам.
Затем, в один прекрасный день, она выходит из комнаты и впервые видит цвета. В процессе этого она узнает о цветах что-то, чего не знала до этого времени. Но чего? В первую очередь то, каково это — видеть цвет.
* * *
Квалиа — (от лат. qualia (мн. ч.) — свойства, качества, quale (ед. ч.) — какого сорта или какого рода) - термин, используемый в философии, преимущественно в англоязычной аналитической философии сознания, для обозначения сенсорных, чувственных явлений любого рода. Введен американским философом К. И. Льюисом (англ.)русск. в 1929 г.
Квалиа — это «необычный термин для обозначения самой обычной из возможных для нас вещи: того, как вещи выглядят для нас». Они могут быть определены как качества или ощущения, вроде, например, красноты или боли, и рассматриваются отдельно от их влияния на поведение, а также от любых физических условий, которые могли их вызвать. В более точных философских терминах, квалиа — это свойства чувственного опыта.
(..) Пришедши домой, крайне расстроился, услышав целый нужник в своем кабинете и в своей спальне, особенно когда жена, вместо того чтобы успокоить меня ласковою речью, начала говорить дерзко, заносчиво; за исступление ее и дерзость я вырвал у ней серьгу из одного уха, а она еще хуже стала орать и беситься и даже плакать. Боже мой! Из-за пустяков сколько смятения, нестроения, вражды! Мне надо было стерпеть хотя и в сотый раз этот беспорядок и непослушание и грубость жены, а жене не надо было мне говорить грубости, при всегдашнем ее непослушании, которое давно меня обижает. Господи! Обоюдно мы согрешили, но с женой моей, забывшей Тебя и храм Твой и не участвующей в Таинствах Церкви, – мне жить в мире трудно, ибо она – диавол есть. Господи, смири ее!
Дневники. Св. Иоанн Кронштадтский
Если наш мозг и компьютер (я имею в виду метафорически), то уж, как минимум, не один, потому что один - алгоритмический, а второй - гештальтный, и в нём лежит вся эта свалка, из квалиа* в частности, из разных метафор; принюхалось, увиделось; нравится, не нравится, холодно, кисло... Вам кисло, а мне сладко, вам холодно, а мне как раз жарко. Вот это всё где-то лежит. Это что алгоритмы что ли? Нет, это не алгоритмы.
Татьяна Черниговская
--
Квалиа* (от лат. qualia (мн. ч.) — свойства, качества, quale (ед. ч.). Известный мысленный эксперимент с квалиа включает женщину, которая растет в черно-белой комнате, получая всю информацию о мире с черно-белых мониторов. Она учится и постигает все, что нужно знать о физических аспектах цвета и зрения: частоты волн, как глаз воспринимает цвет — все. Она становится экспертом и в конечном счете знает всю фактическую информацию по этим вопросам. Затем, в один прекрасный день, она выходит из комнаты и впервые видит цвета. В процессе этого она узнает о цветах что-то, чего не знала до этого времени. Но чего? В первую очередь то, каково это — видеть цвет.
1. Смысл есть осознанный эйдос, иначе говоря — знаемая идея. Порядочный эйдос сам должен знать себя. Причём насквозь. Быть прозрачным для саморефлексии. Поэтому когда речь идёт о смысле, интеллигентный (то есть самосознающий) эйдос должен быть осознан внеэйдетическим умом. Например, умом человека. Когда этот внешне осмысленный эйдос принимается человеком как личный и внутренний эйдос, осмысляющий и просветляющий всё бытие этой личности, человек в этом эйдосе открывает смысл своего личного бытия. Смысл выступает теперь как руководящий и организующий бытие именно этой личности эйдос.
Стоит отметить, что какие-то пространственные характеристики эйдосу, несомненно присущи. Ежели это эйдос пространственных вещей, сие совершенно несомненно. Эйдосу шара, как и эйдосу П. П. Шарикова, без пространственности быть никак нельзя. Как же они будут харчеваться и сохранять должные объёмы! Но это — эйдетическая пространственность, а не пространственность физической вещи. Также и направленность осмысления любого, а не только пространственного, эйдоса — изнутри или извне — указывает на некую границу, действия относительно которой могут свершаться с обеих сторон этой границы. А это уже предполагает некое пространство пребывания эйдоса и собственного бытия эйдоса.
Более того, эйдос причастен физическому пространству. Иначе никакие вещи, являющиеся воплощением эйдосов, не могли бы пространственно существовать. Но это не значит, что в физических вещах, в их пространстве мы можем или даже должны искать эйдосы. По вещам мы можем догадываться об их эйдосах, но в самих вещах никаких эйдосов нет. Подлинное бытие эйдосов — вне физического пространства и вне физического времени. То есть в своём пространстве — эйдетическом. И в своём времени — в вечности. В этом пространстве точка, не имеющая объёмных измерений, тождественна с пространственной бесконечностью. В этом времени миг, не имеющий длительности, тождествен с бесконечной длительностью. Поэтому эйдосы суть везде и нигде. Эйдосы суть никогда и всегда.
2. Разъяснение вопроса о пространстве и времени касательно эйдоса важно потому, что это разъяснение позволяет вразумительно критиковать расхожие решения вопроса о смысле бытия (1) полей электромагнитного, гравитационного и проч., (2) вещей неодушевлённых (включая как целиком природно-минеральные, так и обработанные человеческим трудом), (3) растений, (4) грибов, (5) животных и (6) людей. А критиковать эти решения насущно необходимо. Это позволяет сразу избавиться от множества ложных, но ломающих жизнь человеку, решений вопроса о смысле бытия его личности.
3. Приглядимся к битве остроконечников и тупоконечников в вопросе о смысле человеческой жизни.
Остроконечники-экзистенциалисты полагают смысл человеческой жизни в человеческой же индивидуальности, более того — порой даже в теле этой индивидуальности, понимаемом как природное тело вот этой биологической особи вида Homo sapiens sapiens. Что этому телу в мозг втемяшилось, то и есть его смысл. Как кислотность в желудке повысилась, а все вокруг этого в тонкой организации индивидуальности не понимают, так вот и несчастье, вот и прокисшее одиночество. Причём не важно, ощущения телесной боли, телесной же радости или размышления над моральными основаниями своих поступков беспокоят индивидуума. Определяющими являются не их материальность или идеальность, определяющей является их индивидуальность. Это одиночное заключение смысла, то есть осмысленного эйдоса, в имеющий некую пространственную ёмкость атом. Так поставленный вопрос — ложен. Ложен потому, что хотя эйдос действительно располагается в данном атоме, но этот же самый эйдос — везде, то есть и вовне атома. А также и нигде. Настаивать на концентрации эйдоса в индивидуальности и, стало быть, именно туда его надо идти понимать — значит выкалывать личности глаза, не давать ей видеть мир, полный эйдосов.
Тупоконечники-марксисты полагают смысл человеческой жизни в социальных связях, общественных отношениях. Это весьма изощрённая максима марксизма. Тем самым исключаются из смысла вещи как таковые и люди как таковые (в их предметной индивидуальности и экземплярности), во внимание принимаются только отношения вещей и отношения людей: (1) отношения людей друг к другу, (2) отношения людей к вещам, (3) отношения людей к отношениям вещей, (4) отношения людей друг к другу посредством вещей, (5) отношения людей друг к другу посредством отношений вещей. Но вещи и люди всё же имеют место быть и в этой максиме. Именно люди, а не отношения, находят смысл своего индивидуального бытия в отношениях социальных. Грубо говоря, даже в таком изощрении искомый смысл имеет адрес пространства социума. В теле общества, а не в теле индивида, следует индивиду искать смысл своего бытия. Говоря более тонко, в этом пространстве надо найти места истончения тел, места их любовных и враждебных прикосновений, места отношений тел, которые могут проникать за границы тел внутрь тел, проникая собою все тела, но телами нисколько при этом не являясь. Так, в обществе частной собственности все индивиды, хотят они или нет, насквозь пропитаны отношениями частной собственности.
Мало того, что такое построение критикуемо простым указанием, что настаивать на пребывании эйдоса индивида именно в пространстве социума, пусть и социума, сублимированного до социальных отношений, не слишком-то и разумно, ибо эйдос везде и нигде, тащить его в социум, пусть и убивая по дороге множество диалектических зайцев (индивид и социум намертво связаны на всю жизнь), нерелевантно эйдосу. Но и сверх того, с позиций самого марксизма, индивид может относиться к самому себе и в этом отношении находить смысл своего бытия. Человеческое отношение налицо, в нём индивид и найдёт свою сущность. Такой индивид может даже счастливо пользоваться социальными связями и отношениями, подчиняя их главному отношению — отношению к себе, горячо и страстно самим же собой и любимому. Абсолютно марксистский индивид может оказаться абсолютным эгоцентристом.
Думаю, с такими пояснениями ясно, что ни (1) физические поля, ни (2) минералы или умелые изделия из них, ни (3) растения, ни (4) грибы, ни (5) животные, ни (6.1) люди индивидуально, ни (6.2) люди скопом, то есть общественно, — все они никак не являются местами прикормленного скопления смысла. И потому не должны рассматриваться как пространства браконьерской и лицензионной охоты на смысл, браконьерской и лицензионной рыбалки смысла.
4. Столь же легко критикуемы в вопросе о смысле индивидуального бытия и попытки сделать определяющими не пространственные, а временные упаковки смысла.
(1) При главенстве над смыслом со стороны прошлого человек живёт для своих родителей, дедов и бабок, прадедов и прабабок, пращуров и пращурок и т. д. до начала человеческого рода, а далее до Большого Взрыва, вселенского начала.
(2) При главенстве над смыслом со стороны настоящего человек живёт для себя сиюминутного, оказывается абсолютно подчинённой времени его животной функцией. Смысл здесь даже не должен осознаваться, на это нет времени. Как смысла его здесь нет, хотя как задание он поименован.
(3) При главенстве над смыслом со стороны будущего человек живёт для своих детей, внуков, правнуков и т. д. до скончания рода человеческого, а далее до Большого Рассеяния, вселенского конца.
В первом случае смысл поэтапно через поколения людей и эволюцию природы перемещается в начальную сингулярность. Во втором отсутствует по причине суетливости субъекта настоящего, а точнее — объекта насмешек времени. В третьем случае смысл поэтапно через поколения людей и эволюцию природы перемещается в конечное рассеяние. Жить ради начальной сингулярности или окончательного рассеяния не менее бессмысленно, чем жить в полной бессмыслице суетливого настоящего.
Отсюда следует, что заполняя собой всё время и не пребывая в нём, смысл превосходит время, ведь смысл есть всегда и никогда.
5. Конечно же, индивидуальный эмпирический человек может находить смысл своего бытия в гравитационном поле или даже в бозоне Хиггса, если он премудрый физик. Может найти смысл где угодно и когда угодно. В том числе в прошлом, если он маститый историк. Не надо лишь искусственно сужать человеку пространство поиска, задавая догматические параметры. Вот пример кичливого догматического кретинизма, настаивающего на своей исключительности: (1) смысл — только в науке; (2) единственная наука — физика; (3) человек в физике есть собрание атомов, постигающее другие собрания атомов во вселенной; (4) да будет так и ныне, и присно, и вовеки веков. До Всекитайского Собрания народных представителей (ВСНП) или общего дела, республики, эта эгоцентрическая кичливость не дорастёт никогда, всю жизнь забавляясь атомами и частицами.
Даже человечески нелепый, на первый взгляд, биологический порыв жить для детей — и тот может быть глубоко человечески осмысленным. Если вы — не простой навоз или другое удобрение жизни детей, а видите в них продолжателей своего дела, то жить, в том числе и для детей, — имеет смысл. Нет, конечно, смысла размножаться, если дети вас не продолжают, если они суть чуждые и нелепые, ошибочного поколения pepsi или iPhone, существа, зачем-то живущие на вашей жилплощади. Но продолжение общего дела, осмысляющего жизнь не только одного индивида, но нескольких и даже многих поколений людей, требует появления всё новых и новых детей на свет, заботы о них, воспитания их, их обучения и привития им должных компетенций ради общего дела.
6. Именно внепространственный и вневременной смысл, — ваш родимый эйдос, до грязного лоска замусоленный вашими вульгарными лапами и тщательно вами осознанный чистейшим вашим умом, — поможет вам устроиться в мире на нужном месте и в нужном времени. Там вы — абсолютно необходимы. Там вас — никто не заменит. Осталось лишь поразмыслить над своим эйдосом.
Эйдос, ты где? Эйдос, ты когда? Ихтиа-а-а-ндр!
2018.02.14.
Максим Бутин
Сейчас очень популярны исследования поиска значений слов в двигательной коре. Оказывается, когда мы используем в нашей речи какие-то глаголы, которые вроде бы должны активировать зоны коры, связанные с обработкой речи, на самом деле активируются зоны коры, связанные с выполнением соответствующих действий. Например, если мы говорим «мальчик пинал мячик», мы можем увидеть активацию в тех отделах двигательной коры, которые связаны с совершением движений ногой, а если мы говорим, что «мальчик лизал мороженое», то, соответственно, с управлением языком.
Мария Фаликман
Бывает, битое стекло, согретое внезапным светом,
Вдруг обернётся самоцветом,
И с ним расстаться нелегко.
Бывает царственный алмаз
Ладони острой гранью ранит
И бедный свет его не манит
Привыкшей к яркой фальши глаз.
Хотя под добрыми руками
Заблещет драгоценный камень
Во тьме, где солнца луч погас.
Анна Ткач
Реальные «чертоги разума» – это не визуальные образы, это истории (нарративы), они-то и хранятся в нашем мозгу. Наши воспоминания – это психологическая иллюзия.
Гиппокамп содержит лишь память о воспоминаниях, но не их конкретные образы. И когда вы пытаетесь припомнить какое-то событие, ваш мозг каждый раз заново создает соответствующую «экранизацию» этой истории на внутреннем экране вашего сознания.
Именно поэтому память так причудлива, так обманчива. Мозг легко переписывает истории для собственного удобства. С конкретными образами ему бы не удалось так легко справиться, а с историями – пожалуйста!
* * *
люди повально глупеют! Этот феномен уже получил название «цифрового слабоумия». Мы в Высшей школе методологии изучаем другой феномен – «информационной псевдодебильности».
Речь идет о людях, которых можно назвать «умными глупыми»: человек, вроде бы, многое знает, понимает, но на деле он из-за информационной перегрузки просто не может вникнуть в суть вопроса, словно вечно куда-то соскальзывает и до дела не доходит.
Повальная прокрастинация – это не какая-то загадочная привычка откладывать важные дела. Как правило, люди просто не понимают, как эти дела должны делаться. Им может казаться, что они знают, но это иллюзия. В результате они попадают в замкнутый круг – постановка задачи, её откладывание, постановки новой и снова откладывание. Как белка в колесе.
* * *
Что такое наше мышление? В какие моменты мы, действительно, думаем, а в какие – просто прокручиваем в голове интеллектуальные автоматизмы и жуем «умственную жвачку»? Чем мышление отличается от сознания? Как наше подсознание влияет на процессы нашего мышления? И так далее, далее…
Мышление – это тот слон, которого мы не замечаем, потому что он для нас невероятно огромен. Все, с чем мы имеем дело в реальной жизни, дано нам через мышление. Но что мы знаем о том, как мышление организует и преобразует реальность? Фактически ничего!
Эти вопросы звучат сейчас в научном мире как гром среди ясного неба! В общем, слон обнаружен и это по-настоящему интересно, ведь, в конечном счете, наш жизненный успех и сама осмысленность нашего существования зависит именно от того, как работает наше мышление.
Андрей Курпатов
(“Если вы что-то не можете себе представить, это еще не значит, что вы не можете с этим работать”)
«Тот, кто будет человеком, уже человек» (Квинт Тертуллиан)
Тертуллиан, К.С.Ф. Апология. Богословские труды. — М: Московская Патриархия, 1984. — Сб. 25. — С. 176.
Во 2-м и 8-м правилах святителя Василия Великого сказано: «Умышленно погубившая зачатый во утробе плод подлежит осуждению смертоубийства... Дающие врачевстводля извержения зачатого в утробе суть убийцы, равно и приемлющие детоубийственные отравы»
Правила Святых Отцов Православной Церкви с толкованиями Епископа Никодима (Милоша).
При этом святитель Василий уточняет, что тяжесть вины не зависит от срока беременности: «У нас нет различения плода образовавшегося и еще необразованного»
Правила Святых Отцов Православной Церкви с толкованиями Епископа Никодима (Милоша).
Момент одушевления
Вместе с тем некоторые отцы (преп. Макарий Великий или автор приписываемых ему творений, блаж. Иероним и Феодорит Кирский, Иоанн Болгарский и свт. Кирилл Туровский) считали, что одушевление зародыша происходит не тотчас же по зачатии, но лишь спустя некоторое время — подобно тому, как при сотворении первого человека Бог прежде создал тело Адама, а затем уже «вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою» (Быт. 2:7). Такая же позиция отражена в «Православном исповедании» (1643): «Душа дается от Бога в то время, когда тело образуется и соделается способным к восприятию оной»[12]. Из этих предпосылок вытекает дифференцированное отношение православных богословов к различным методам доступной в наши дни аномальной техники деторождения.
Откуда пошло это мнение? Из догматического богословия мы знаем три теории творения человеческих душ:
- 1. мнение о предсуществовании человеческих душ (Ориген);
- 2. мнение о творении человеческих душ Богом (блж. Иероним Стридонский, свт. Иоанн Златоуст, свт. Кирилл Александрийский);
- 3. мнение о рождении человеческих душ[13] (Тертулиан).
Тертуллиан для объяснения передачи первородного греха исходил из предположения, что не только тело, но и душа передается ребенку от родителей. Для опровержения этого богословского тезиса другие отцы, а затем и св. Фома Аквинат, предложили теорию последующего внедрения души. Эта теория утверждает, что душа, будучи предназначенной к субстанциональному единству с телом, онтологически имеет иное происхождение и создается непосредственно Богом. Кроме того, эта гипотеза предполагает, что для внедрения души необходима определенная организация тела, некая «форма», которая, будучи душой, формирует тело. Св. Фома считает, что растительная и животная душа существует уже с момента оплодотворения. Таким образом, хронологическая проблема приобретает онтологическое значение[14].
Момент внедрения души отнесен к периоду между 30-м и 40-м днем после оплодотворения, по аналогии с библейскими предписаниями, связанными с очищением женщины после родов. Следует немедленно добавить, что не все отцы церкви придерживались такого мнения, в особенности это относится к греческим отцам, прежде всего к свт. Григорию Богослову, который утверждал, что душа возникает в первый же момент после зачатия, в чем ему следовали другие отцы, в частности прп. Максим Исповедник. Но при этом моральные и канонические нормы (налагавшие суровые наказания) оставались неизменными, настаивая на недопустимости аборта во всех случаях.
[12] Шалкинский, С., свящ. О времени одушевления зачатых младенцев / свящ. С. Шалкинский // Миссионерский сборник. — Рязань. 1909. — № 4, с. 240.
[13] Давыденков Олег., прот. Догматическое богословие. М., 2005. С. 122.
[14] Сгречча, Э. Биоэтика: учебник / Э. Сгречча, В. Тамбоне; пер. с итал. В. Зелинский и Н. Костомарова. — М: Библейско-богословский институт св. апостола Андрея, 2002. С. 167.
Позиции о статусе эмбриона человека соотносительно степени его развития
В рамках данного направления можно выделить несколько позиций.
Одним из ключевых в определении эмбриона человека как личности является вопрос о том, когда плод человека приобретает способность чувствовать. Первые движения плода зафиксированы на 6-й неделе развития, в это же время плод реагирует на прикосновения, в спинном мозге выявляются синапсы. В нервных волокнах спинного мозга у плода 10-й недели развития определены первые нейромедиаторы и зарегистрирована активность ствола головного мозга[15].
Начало жизни человека связывают с моментом формирования дыхательной системы. Последняя складывается уже в конце 4-й недели с момента оплодотворения. Однако самостоятельное дыхание, а следовательно, автономное существование плода вне тела матери, становится возможным только к 20-й неделе[16].
Таким началом также считают формирование сердечно-сосудистой системы (20–40-й день после оплодотворения). Первоначально сердце эмбриона представлено пульсирующим сосудом — дорсальной аортой. Однако последняя не является точной копией сердца взрослого человека. Только по истечении 20-дневного срока данный орган приобретает черты настоящего 4-камерного сердца млекопитающих. Здесь возникает ряд вопросов. Если мы связываем момент формирования сердца с первым сердцебиением, следует ли считать пульсацию дорсального сосуда за таковое? Как определить момент начала пульсации для конкретного эмбриона?
Следующая позиция связывает становление человека с началом функционирования ствола мозга. На нее нельзя не обратить внимание прежде всего в силу принципа симметрии. В современной медицине утвердился критерий смерти человека — «смерть мозга». Естественно допустить, что если конец человеческой жизни мы связываем со смертью мозга, то и начало человеческой жизни должно быть связано с началом функционирования ствола мозга.
Ряд специалистов, прежде всего эмбриологи и гистологи, связывают начало человеческой жизни с моментом формирования первичной полоски — морфологического предшественника нервной трубки. До 14-го дня после оплодотворения эмбриологи рассматривают эмбрион человека как преэмбрион, считая, что до этого срока он сформирован клеточными слоями, представляющими собой зародышевые оболочки — материал, не участвующий в дальнейшем в построении собственно эмбриона.
Митрополит Антоний Сурожский, рассуждая на эту тему, говорит: «Можем ли мы сказать, что когда Божия Матерь зачала Спасителя Христа, то до какого-то момента — до 14, 18, до 28-й недели — Он не был человеком и не был рождающимся Богом? Нет, в момент зачатия зародыш ребенка уже является человеком, его уничтожение является убийством человека. И на это надо смотреть прямо и серьезно, никакого извинения в этом отношении нет»[17].
[15] Проблема определения статуса эмбриона. https://articlekz.com/article/6166. Дата посещения: 20.10.17.
[16] Силуянова И.В., Першин М.С., Ляуш Л.Б., Макеева И.М. Статус эмбриона. Человек, 2007, № 2. С. 98-108.
[17] Антоний Сурожский, митрополит. Ответы на вопросы / митрополит Антоний Сурожский // Альфа и Омега. — 2001. — № 3(29). — С. 318-319
«Градуалистские» позиции
Сторонники градуалистской позиции, ставящие во главу угла поэтапность развития, обращают внимание на то, что и сперматозоид, и яйцеклетка являются живыми объектами еще до процесса оплодотворения, и подчеркивают, что оплодотворенная яйцеклетка развивается в человека постепенно. Ценность эмбриона значительна, но не абсолютна. Что же касается его права на жизнь — тут мнения варьируют в известном диапазоне: кто-то может считать, что эмбрион человека обладает правом на жизнь, другие предпочтут говорить о праве на развитие.
Сторонники градуалистских позиций полагают, что права эмбриона усиливаются и расширяются по мере его развития. Соответственно, права эмбриона могут перевешиваться другими правами или интересами, такими, как соображения здоровья матери, в тех случаях, когда эти последние сильнее. Противники такой позиции опасаются, что варьирование степени защиты, предоставляемой эмбриону/плоду в рамках градуалистского подхода, может подорвать уважение к человеческому достоинству и принцип равной моральной ценности всех лиц. Ведь с точки зрения градуалистской позиции, если по каким-то причинам нужно выбирать между эмбрионами, то исходить при выборе следует из того, какие интересы сильнее и приоритетнее[19]. Один из сторонников этой позиции приводит такой пример: «Представьте себе, что 2-месячный ребенок оказался в ловушке в клинике, и вы могли либо спасти одного ребенка, либо 100 эмбрионов, но не обоих. Кто-нибудь колебался бы на секунду, прежде чем спасти ребенка? Наверняка нет, но если бы эмбрионы действительно были морально эквивалентны младенцам, то был бы выбор в спасении многих эмбрионов и только одного ребенка, что было бы решающей причиной спасения эмбрионов»[20]. Анализируя этот пример, нужно сказать, что наше поведение в той или иной ситуации не лишает эмбриона его статуса. То, что мы себя так поведем, говорит только о нашем восприятии (воспитании), а не о том, является ли эмбрион человеком или нет.
[19] Защита ємбриона человека IN VITRO. Доклад Рабочей группы по защите эмбриона и плода человека. Страсбург. 2003. С.6.
[20] The Oxford Handbook of Bioetics. New York.2007. p. 444
Священник Владимир Луценко. «Морально-этические проблемы определения статуса эмбриона»
Есть священная формула, так или иначе повторяемая всеми писателями: «Отрекись от себя для себя, но не для России» (Гоголь). «Чтобы быть самим собою, надо отречься от себя» (Ибсен). «Личное самоотречение не есть отречение от личности, а есть отречение лица от своего эгоизма» (Вл. Соловьев). Эту формулу повторяет решительно каждый человек; он неизменно наталкивается на нее, если живет сколько-нибудь сильной духовной жизнью. Эта формула была бы банальной, если бы не была священной. Ее-то понять труднее всего.
Александр Блок
То, что находится в нас*, думает лучше, чем мы способны думать.
Андрей Курпатов
Что такое интеллект и как его развивать? Проект «Сноб»
---
*Дефолт-система мозга
***
Сеть пассивного режима работы мозга[1] (СПРРМ, также нейронная сеть оперативного покоя, англ. default mode network[3], DMN) — нейронная сеть взаимодействующих участков головного мозга, активная в состоянии, когда человек не занят выполнением какой-либо задачи, связанной с внешним миром, а, напротив, бездействует, отдыхает, грезит наяву или погружён в себя. Эта нейронная сеть активно изучается в числе так называемых нейросетей состояния покоя (англ. resting state network). Сеть была открыта в начале 2000-х годов группой нейрофизиологов под руководством американского профессора Маркуса Райхла[en]. В состав сети включаются несколько анатомически разнесённых, но функционально связанных между собой областей головного мозга: вентромедиальная префронтальная кора[en], дорсомедиальная префронтальная кора, латеральная теменная кора и кора задней части поясной извилины[en] вместе с прилежащими частями предклинья[en]. Часто в состав СПРРМ также включают энторинальную кору[4].
Предполагается, что нарушения работы СПРРМ могут играть роль в таких болезнях и расстройствах, как болезнь Альцгеймера, аутизм, шизофрения, депрессия, синдром дефицита внимания и гиперактивности, обсессивно-компульсивное расстройство, хроническая боль и др.[7]
1 Маркус Райхл. Тёмная энергия мозга // В мире науки. — 2010. — № 5. — С. 24-29.
2 Kennedy D. P., Courchesne E. Functional abnormalities of the default network during self- and other-reflection in autism // Social Cognitive and Affective Neuroscience. — 2008. — Vol. 3. — P. 177-190. — ISSN 1749-5016. — DOI:10.1093/scan/nsn011.
3 Английское название дословно переводится как сеть режима по умолчанию и связано с тем, что мозг в состоянии покоя самопроизвольно переходит в «режим по умолчанию», «brain defaults to this pattern of activity when allowed to rest»[2]
4 Raichle Marcus E. The Brain's Default Mode Network // Annual Review of Neuroscience. — 2015. — Vol. 38. — P. 433-447. — ISSN 0147-006X. — DOI:10.1146/annurev-neuro-071013-014030.
5 Damasio H. et al. The return of Phineas Gage: clues about the brain from the skull of a famous patient // Science. — 1994. — Vol. 265, no. 5162. — P. 1102-1105.
6 Gusnard D. A., Akbudak E., Shulman G. L., Raichle M. E. Medial prefrontal cortex and self-referential mental activity: Relation to a default mode of brain function // Proceedings of the National Academy of Sciences. — 2001. — Vol. 98. — P. 4259-4264. — ISSN 0027-8424. — DOI:10.1073/pnas.071043098.
7 Перейти к: 1 2 Andrews-Hanna Jessica R., Smallwood Jonathan, Spreng R. Nathan The default network and self-generated thought: component processes, dynamic control, and clinical relevance // Annals of the New York Academy of Sciences. — 2014. — Vol. 1316. — P. 29-52. — ISSN 00778923. — DOI:10.1111/nyas.12360.
Культура имеет своих дикарей, равно как и примитивность — своих. Первые больше душежадны, вторые больше кровожадны. Первые убивают души с той же хладнокровностью, с какой вторые убивают тела.
Прогресс состоит единственно во вселении гонимого Бога. Вселение Бога в творение — единственное достоинство культуры. О, где наука, которая спасет нас от излишних знаний, и вера, которая спасет нас от поверхностности?
Свт. Николай Сербский
Слова о Всечеловеке
