Дневник
Помним ли мы, что человек - храм Господень? Скорее нет, чем да. А стены храма каменного или плотяного дороже Богу?
Наше отношение к ближнему, возможно, единственный надёжный критерий оценивания своего состояния: в Боге или вне Бога.
Подлинный гуманизм как раз и есть правильное отношение к человеку - как к храму Бога Живого, и как храм человека надо чинить, если с ним что-то не так. В человеческой среде люди как раз и делятся на разные виды чинильщиков этого храма, продлевателей его жизни (службы). Мы друг для друга - и храмы, и ремонтники, и строители, и разрушители, поругатели храмов...
Как спасти того, кто всё время идёт не туда? Наверное, никак. А если очень-очень-очень постараться - что делать? Вероятно, только молитва. И всегда открытая для поддержки рука - сколько хватает сил.
Не всякий закон - законен. Это, на мой взгляд, одна из главных составляющих русской (шире - славянской) ментальности, которая уходит. Русскому человеку вряд ли пришла бы в голову идея сотворить такое с коровой, идея о законности подобного рода дырок в живой корове, т.к. это явное нарушение целостности (и прав) коровы, как живого существа (она же не машина).
* * *
Беззаконие по отношению к коровам - мода в среде европейских фермеров. Полное неуважение к живому существу, к его природе (куда смотрят зоозащитники?). Мне вспоминается лосевский Мишка, мальчишка-сосед, который ломал лапки щенкам своей собаки - ради развлечения. Когда Лосев вступился за щенков, тот не мог понять смысла его поступка, щенки для него были собственностью, имуществом, а не живым существом, которому больно. Дух авторов этой идеи, явно, того же рода, что у Мишки...
Нимбы, как у святых, есть у всех людей, только не все люди встретились со своими нимбами.
Многие качества, которые люди считают своей сутью, на самом деле к ним мало относятся, а являются феноменом той социальной сетки, в которую они вписаны, которая надета на них как платье или смирительная рубашка (кому как повезло). Себя настоящего можно увидеть, только сняв эти социальные одежды. «Голым» человек представляет из себя совсем не то, что думает о себе.
Присваивать себе другого человека недопустимо, потому что он даже себе не принадлежит. Всякий человек - Божий. Когда же мы посягаем на другого, мы тут же лишаем его свободы и требуем, чтобы он действовал в согласии с нашими лекалами, в соответствие с тем «ящичком», в который его положили в качестве предмета. Такое опредмечивание отчасти неизбежно, но всегда надо помнить, что свобода другого - священна, и нечего навязывать ему маски, роли, модели поведения и пр. мишуру. Надо быть открытым навстречу другому такому, каков он есть сам по себе, а не такому, каким должен быть по нашему мнению. Наше мнение о другом - ложь и насилие по отношению к другому.
Общение с некоторыми людьми можно уподобить движению через мусорную корзину к звёздам. Они погружены в штампы и стереотипы, зашорены привычным, к ним нельзя проникнуть лучиком, с ними нельзя встретиться в вечности - только в мусорной корзине их стереотипов.
Позволить другому человеку быть собой - этому очень трудно научиться, в том числе потому, что этот самый другой слишком агрессивен сам и совсем не готов позволять другим быть собой. Нужно немало мужества, чтобы научиться не бояться людской злобы и глупости, чтобы позволять кому можно, самим доходить до того, что они неправы.
Но самое трудное, всё-таки, понимать когда и кому нужно дать свободу, и когда, у кого и по какому поводу её следует отнять - иначе он отнимет больше.
Право* отнять свободу у другого может быть дано только тому, кто научился не отнимать её в свою пользу.
--
*Право в смысле закона, а не произвола, пусть даже узаконенного. Не всякий закон - законен, законы могут быть лишь произволом отдельных подлецов.
Поэзия - это тотальная радость и тотальная боль, транзитом идущие по живому, смертному человеку: по его телу, по его сердцу, по его уму. Поэзия - тотальна, она освобождает верного ей от всего в нём, что не есть поэзия.
Умеренность - она привносится в поэта поэзией или, наоборот, поэтом - в поэзию? Я думаю, что возможны оба варианта, причём с одним и тем же поэтом, но доминирующим всё же бывает тот или другой вариант. То есть, существует поэзия более сделанная человеком и поэзия более делающая человека.
Портреты нитью - потрясающее искусство, и более всего оно впечатляет меня тем, что может служить отличной метафорой личности человека. Потрясающе точной метафорой!
Чтобы был человек, необходимо:
1. «Стенка», как говорит Фурсов - т.е. некое пространство, куда вбиваются гвозди, на которых потом держится нить;
2. Гвозди и те, кто их вбивает (кстати, в жизни в нас вбивают гвозди не только компетентные художники, но и слепые люди, лишённые вкуса);
3. Нить и те/тот, кто её натянет (натягивают нить тоже не только знатоки, и нитей натянуто много не тех и не там);
4. Тот, кто видит куда вбивать, куда тянуть - кто знает какой «портрет» создаётся (это Бог, вероятно - единственно компетентный наш помощник).
А что происходит сегодня с нами, с нашими нитями и гвоздями? Их попросту пытаются отменить. Фурсов говорит, что дети (студенты) приходят даже без «стенки», т.е. ему приходится, насколько хватает возможностей, лепить худо-бедное хоть какие-то личностные стены, чтобы было куда вбивать смысловые «гвозди»...
Представьте, что вы держите в руках картину - портрет нитью, и кто-то приходит и день за днём вынимает из неё по гвоздику. Что происходит при этом с портретом? То же самое делают с людьми новейшие технологии, искривляющие сознание.
* * *
И мы друг с другом иногда норовим поступить подобным образом. Или же, видя человека, над которым проделывают или хотят проделать подобную процедуру, радуемся и сочувствуем палачам, не понимая, что таким образом становимся причастными их делам. Или же, что ещё омерзительнее (и очень модно сегодня) жертвам вменяется в вину то, что сделали палачи. Стал жертвой - сам виноват, нечего было... А ведь таким образом мы сами себя ликвидируем - самораспускаемся... Все наши столь разные портреты созданы ОДНОЙ НИТЬЮ.
* * *
Сознательная и бессознательная порча друг друга - вот чем люди заняты постоянно. И как немного тех, кто старается помочь поднять упавшие со своих мест нити и вбить недостатающие для их поддержки гвоздики.
Человеческое достоинство - вот что главное в любом деле: отнимает оно что-то от достоинства или, наоборот, прибавляет. Всё, что отнимает у человека достоинство - недостойно человека.
Вспоминаю слова одного весьма известного протоиерея, что нет у человека никакого достоинства, а есть одно сплошное недостоинство. Странные слова, они ноют во мне, как больной зуб, уже несколько лет. Ведь это красная лампочка, возвещающая начало конца - такое отношение к человеку. Думается, именно подобного неуважения к личности и не прощают народные массы попам - отыгрываясь в лихолетья.
Детей надо учить именно достоинству, чтобы они могли пронести его через всю жизнь. Особенно это умение ценно во времена, вроде нынешних, когда на все лады попирается это самое достоинство. А впереди ещё более гнусные времена - пережить их достойно мало кому окажется по силам.
Когда всё наше привычное, человеческое, начнёт осыпаться с нас, как облупившаяся краска, какими мы окажемся? Под молотом, на наковальне - что останется в человеке от человека? Может случиться такое, что останется только Христос.
* * *
Мы должны хранить достоинство друг друга, а не попирать его. Охранение достоинства другого - это моё достоинство. Может быть, главное в нём именно это...
У жизни есть своя ширина - чем шире круг интересов и вовлечённость человека в разные сферы жизни, чем сам он шире внутри, тем шире и его жизненное пространство, в котором он нуждается как в необходимой для него норме, и отсутствие которого ощущает как ущемление.
Чем проще устроен человек, чем он уже, тем его труднее ущемить и задеть.
«Узкие» люди легко пройдут в любую щёлочку, «широкие» нуждаются в широко открытых дверях, иначе без потерь каких-то фрагментов себя не войти.
* * *
Когда жизнь превращается в просачивание через щели, «широкие» люди переживают и терпят множество лишений.
* * *
Именно поэтому для духовного человека путь аскетики - лучший путь: он предотвращает многие страдания. Живущему в мире избежать такого рода скорби вряд ли возможно.
* * *
Многогранные натуры, в которых человечность цветёт буйным цветом, - непременно широки. И эту цветущую многогранность надо питать, развивать (всё живое непременно растёт и развивается) - для многогранности нужно и время, и место.
Широко раскрывшаяся натура подобна семицветию радуги, а узкопрофильные натуры сродни одному из цветов радуги.
Что делать человеку, чтобы выдержать то, что выдержать нельзя? Забыть про нельзя можно, конечно, но оно скажется в повреждениях, неизбежных в процессе держания непосильного груза. Если непосильное длится долго, негативные последствия неминуемы.
Но держащий непосильный груз вместе с Богом имеет возможность сохраниться в главном, претерпев искажения лишь в периферийном.
* * *
Человек без нагрузки. Человек под грузом. Человек под грузом на пределе человеческих возможностей. Человек под грузом за пределами своих возможностей...
Там, где начинается запределье, начинается и новый человек. Ухватившийся за Бога имеет больше шансов начаться, а не кончиться в запределье. А если и кончиться, то, всё-таки, начавшись...
Доброта всякого человека может освещать мир, подобно солнцу. Даже, может быть, лучше и больше, чем солнце, ибо свет души человеческой светит вглубь и освещает глубины, сокрытые от лучей физического светила. Стоит только вспомнить в себе человека, опомниться от гипноза социальных ролей, и свет засияет среди нас, мы все будем светить друг другу ради этого света друг в друге.
Свет человеков - Христос, во Христе мы - солнышки друг другу.
Особенность собаки в том, что она умеет хвостом молчать и говорить. Причём молчание хвостом порой даже более убедительно звучит - ибо странно и необычно для бодрствующей собаки.
Если Ве на вопрос о еде молчит даже хвостом, значит его накрыл тотальный весенний кризис.
Видя детей, швыряющих камни в голубей, я всегда на стороне голубей. Словно в меня летят эти камни, и словно во мне те, кто швыряет камни (они причиняют двойную боль: за птиц и за людей).
Говорю, конечно, не о безобидной шалости, а о намерении действительно попасть и ранить, о намерении причинить птицам увечье, которое встречается в детях всё чаще.
Чтобы случилась Встреча с другим человеком, нужно искать в нём Бога, а не то, что годится для сплетен. Если бы люди действительно стремились быть собой — быть настоящими, они бы выискивали друг в друге только Бога. Видеть Христа в ближнем — это ни с чем не сравнимое счастье подлинного бытия, т.к. видеть Христа в другом можно только Христом в себе, видеть — означает иметь в себе Христа действующим, а не спящим как зерно.
* * *
В сплетне никто не встречается по-настоящему. В сплетне можно только рассориться по-настоящему.
Сплетнями я называю всё, что суть - болтовня, что лишь для языка, а не для сердца - пустое, «слишком человеческое» (т.е. недостаточно человеческое на самом деле, т.к. человеком человека делает устремление к Богу - не обязательно называемое при этом Богом); существующее вне Бога, без Бога и не для Бога (а в итоге всегда разворачивающееся против Бога).
* * *
Только низкое в нас ищет низкое в другом - желает найти и даже привнести его в другого. Подчинившись низкому в себе, мы разрушаем и мир, и других, и себя.
Покаяние - это не слова, не жесты, не позы. Покаяние - это перемена ума, покаявшийся человек - это совершенно другой, новый человек. Его личность собирается вокруг других ценностей. Новый человек и действует непременно иначе - по-новому.
Потому, кто просто психологически хочет обрести покой от назойливой совести, но при этом не старается стать другим, тот по-настоящему не кается. Имитация покаяния мира душевного и покоя не принесёт, пока жива совесть.
Альтернативы нет: либо подлинное покаяние - и покой, либо убийство совести - и покой (фальшивый, временный - наглый).
Прощение прежде покаяния, как и прощение без покаяния облегчения виновному тоже не принесут, так что требовать покоя от других, считать, что другие виновны в том, что покоя нет (ибо не простили) - ошибка: неправильное понимание сути и прощения, и покаяния.
* * *
Собственно надо правильно понимать ГДЕ проблема. Она не в наличии угрызений совести, а в неверном внутреннем стоянии. Место стояния внутри выбрано неправильно, отсюда и неправильный поступок, и угрызения совести после него. Когда человек проблемой считает только свой психологический дискомфорт, он пытается решить проблему не в том месте, где она поселилась. Только перемена места своего внутреннего стояния (покаяние) может исправить ситуацию.
Каждый человек живёт как может там*, где оказался. КАК во многом зависит от того, ГДЕ ты есть. КАК - это ответ личности на те преграды, с которыми она сталкивается
* * *
Подлинные знания не даются праздно любопытствующим, они должны быть необходимы для выживания. Только жизненная необходимость достаточное условие для них.
---
* там есть внешнее и внутреннее, важнее всего, конечно, внутреннее - там, где ты внутри себя стоишь.
Поэзия - тайна, она иногда молчит словами. Я люблю слушать и её молчание - утешение. Всегда - утешение.
Она порой просто присутствует - как свет в душе, как радость, как Песня сердца, которая таится.
* * *
Самость противоположна поэзии. Чтобы была поэзия, необходимое условие - отвержение самости. Как у юродивых. Поэты и есть немного юроды.
Духовное может быть и светлое, и тёмное, но тёмное опирается на самость в человеке. Юродивый - тот кто отверг самость. И поэт - тоже...
23/03/2019
* * *
Убившие поэта в себе непременно стараются убить его в другом. То ли из ненависти, то ли из зависти - другой не имеет права носить в себе то, чего у них нет.
24/03/2019
Человек знающий и человек мыслящий - не одно и то же. Сегодня много, очень много, людей знающих, владеющих той или иной информацией, но при этом совершенно не мыслящих. Как ни странно, мыслящий человек - большая редкость (ныне, возможно, большая, чем когда-либо прежде). Гонка за информацией, за её количеством, за накоплением, каким-то образом вредит процессу освоения и осмысления этой информации.
Для мышления необходимы созерцательные паузы, иначе никак. В этом смысле поэзия - лучшая школа мысли. Для мышления надо быть не знающим, а совсем наоборот - незнающим. Вопрошающим.
Камертон звучит, приняв в себя колебание, звучит своей дрожью, благодаря дрожи и преодолевая дрожь - превращая её в звук. Так и поэт.
Каждый поэт хранит свой звук, как и камертон, и каждый начинает звучать, получив внешний толчок, удар, войдя в соприкосновение с внешним миром и приняв в себя от него колебание. Это своего рода стресс, стресс камертона. В покое он не зазвучит.
Обычные люди поступают противоположным образом - ищут покоя, а поэт бежит от покоя как от мертвенности. Поэт ищет пути рождения в Слове и для Слова. И это ведь при гораздо более низком пороге чувствительности - поэту болит больнее...
Благословить другого, враждующего против тебя, можно только рукой Христовой - не своей. Не стоит и пробовать, лучше сразу искать Христову руку. Любить врагов - заповедь для Христовых, а не для ветхих, ибо только им по силам жить так, а не играть в это.
21/03/2019
* * *
А как понять, где рука Христова, а где моя? Только когда Христос найдёт меня, только тогда я могу различать Его в себе, отличая от себя. Но Христос приходит ко мне действующему, желающему действовать во Христе ради чистоты добра (т.е. когда я желаю ближнему подлинного блага ради Христа в нём, а не ради своего тщеславия).
26/03/2019
* * *
Если Моцарт правда был отравлен, то умер больше сам отравитель. Палач утрачивает бытие, которое остаётся у казнённой им жертвы. И это то бытие, которое палач не в силах отнять, и которого сам он лишён по злобе сердца. Именно утрату бытия палач не прощает своей жертве.
Кстати, точно так же глупые люди не прощают утрату своего ложного бытия тем, кто пробудил их от ложного бытия духовной спячки - потому современники ненавидят пророков и часто убивают.
Вопрос-ответ
Вопрос:
Прочесть Вашу миниатюру о руке Христовой, о прощении, было блаженством. Слава Богу! Все вовремя! Но возвращаясь к прошлогоднему разговору, хочу спросить: как же совместить в себе христианское прощение с непрощением женским? Помните, Вы мне писали, что женщина не все должна прощать? И что это такое - женское непрощение?
Мой ответ:
В Боге нет женщин и мужчин, там - личности, но личность представлена не в отрыве от пола. То есть, женское и мужское касается только пола, но не Бога. Божье делаем человеком в себе, женское - женщиной. Может ли женщина поговорить с Богом? Да, пребывая в своей личности, а не в женщине. Потому женское непрощение как бы вненравственно, оно про другое. Это сродни Богу - Богово, а кесарю- кесарево. Только важно не заниматься самообманом и не выдавать одно за другое.
Вопрос: А вот про женское, вненравственное, хотелось бы еще почитать. И еще, очень важное! Читала у Вас прежде, что агрессоры не в состоянии простить тех, кого обижают. А вот пострадавшие - прощают легче и охотнее. В связи с этим вопрос: почему агрессоры не могут простить того, кого сами же обидели? Есть догадка... Но хотелось бы прежде Вас послушать, и сравнить мысли.
Мой ответ: Агрессор теряет благодать и озлобляется - это базовое.
Палач утрачивает бытие, которое остаётся даже у казнённой им жертвы. И это то бытие, которое даже палач не в силах отнять, но которого он сам лишён. Он может этого не понимать, не осознавать, но на клеточном уровне в нём работают эти программы. Если Моцарт правда был отравлен, то умер сам отравитель.
Кроме того агрессору требуется БОЛЬШЕ благодати, чем жертве. То есть, его задача вдвое сложнее, как минимум. Ну, и конечно речь идёт о состоянии вне покаяния. Покаяние всё меняет
А первый вопрос - не знаю, я очень много пишу и наверное по крупицам это есть много где. Тема просто не совсем моя, у меня нет в ней особых вопросов.
Человек сильнее женщины. У меня к примеру женщина под защитой человека: я как человек принимаю все тяготы, а как женщина - минимум. Прощаю - как человек. Бывает, что кто-то посягает на человека во мне, но попадает в женщину. Не прощает женщина во мне такого. А человек прощает. Спасает именно это доминирование личности над женщиной, духа над душой. У духа ведь есть Заступник! А у женщины может не быть никого, кроме меня как человека.
И вот что ещё. Убеждена, что это связано и с темой непрощения хулы на Св. Духа. Что-то такое же в отношениях. Женщина - это ипостась человеческой природы, напрямую связанная со Св. Духом. Даже платье - наряд, уподобляющий женщину Софии. Помните тот мой рисунок?
25/05/2020
Никакой -изм не стоит сердечной встречи с другим на мосту вечности. Но люди плюют друг другу в лицо ради нелепых и зачастую уже подменённых -измов. Это возможно только по одной причине - с собой настоящим никто из таких не встретился. Каждому из них еще предстоит сказать Ты себе самому. И только после этого они станут способны сказать Ты другому, чтобы не вспоминать больше об -измах.
-измы - это пути к себе, которые важны до того, как произошла Встреча.
-измы - это вместовстреча.
---------------
Я не отменяю другие трактовки, я предлагаю другие трактовки.
