Дневник
Жизнь человеческая слоится, можно жить на разных бытийных уровнях. Язык - лишь отражение формы существования, потому надо бороться не столько с матом, сколько с унижением человека, унижением жизни в человеке. Надо поднять достоинство человека на уровне бытийном, и мат сам отвалится как рудимент - за ненадобностью. Если же жизнь опускается на уровень, где царит наше инфернальное, то запрещать мат - недопустимо, ибо лучше уж выражаться словами, чем делами. Человеку важно словесно выражать своё бытийное переживание - это способ осмыслять происходящее. Слово - это зеркало, оно помогает понимать и выживать. Мат - лексикон расчеловеченности.
Мне вообще кажется, что единственный настоящий способ борьбы с негативными феноменами социальной жизни - взращивать в человеке его достоинство. Делом. А всякого рода претензии, требования, запреты - дело бесполезное и только усугубляющее проблему.
Когда я говорю что-то о людях, говорю это о себе в первую очередь, потому что человека я познаю в себе и через себя. Познавая себя, я познаю и человека вообще (они и совпадают во мне, и различаются). Руководствуюсь я при этом духовными методами, а не психологическими. И это важно, потому что разница между этими методами колоссальная. Часто верное при одном методе неверно при другом.
Меня всегда удивляют люди, считающие себя добрыми*. При духовном методе самопознания человек непременно узнаёт, что это не так. Или он попросту ничего ещё не знает о себе. Психолог же, наоборот, учит человека видеть свою хорошесть. И, что самое удивительное, правы оба.
Духовный метод - это познание во Христе и через Христа. Психолог, особенно далекий от веры, сочтёт духовного человека либо лжецом, либо больным**. Это неизбежно. Точно так же люди науки, далекие от веры, видят верующих людей неучами и немыслящими. Потому что не различают суть религиозного метода познания. И именно поэтому обожествляют свой собственный метод как единственно верный.
Я люблю послушать хороших специалистов от психологии, но даже у самых лучших нахожу порой зашкальную жестокость по отношению к раненной человечности в лице того или иного абстрактного другого. И эта жестокость неизбежна, потому что она справедлива, но не праведна. И это неустранимое противоречие, от которого некуда деться.
Но можно ли других, не добрых как мы уже выяснили, людей принимать за добрых? Конечно можно. В том и дело, что смотрящий на себя трезво, неизбежно видит других лучшими в сравнении - себя то он знает. Но при этом он знает и человека как такового, человека вообще, а это избавляет от иллюзий. Духовный человек видит всё как есть, как бы странно это ни звучало. Более того, ему хорошо известно, что причина добра в мире - Бог. Потому никакой шизофрении - всё очень внятно и доступно, если обладать духовным опытом: Богу отдаётся богово, а человеку - человеково, при этом Бог и человек соединены настолько, что их невозможно оторвать один от другого. А если оторвать, то душевно-духовная инвалидность человека неизбежна.
Как я узнаю духовного человека? По готовности и, главное, способности принять сторону неудобного, неправильного с точки зрения психологии человека, чтобы помогать ему выздоравливать. Не отпрыгивать от него, как советует душевное начало в нас, а нести с ним его бремя. Чего ради? Христа ради - в нём и в себе.
Кстати, Ницше, вероятно, имел в виду именно это, когда говорил «ничего не давайте им, лучше возьмите что-нибудь у них несите вместе с ними». Давать смысла нет - не сумеют принять, не сумеют удержать, пока не исцелятся.
* * *
«Не просите у Бога ничего, кроме исполнения воли Его, ибо Он сам знает, что ниспослать нам» (Прп. Серафим Вырицкий). Как же это далеко от модных нынче запросов ко Вселенной от психологии! Они исполняются, да, но какой ценой? Жизнь покажет.
----
* «Итак, если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец Небесный даст Духа Святого просящим у Него» (Лк 11:13).
«Порождения ехиднины! как вы можете говорить доброе, будучи злы? Ибо от избытка сердца говорят уста» (Мф. 12:34).
** «Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сём надобно судить духовно» (1Кор 2:14).
Быть непонятым - не обязательно хороший признак, но всё же более надёжный, чем обратное - понятность всем. Сказать что-то непонятное - сказать что-то новое.
С другой стороны, гениальное высказывание - это нечто новое, но настолько ясное и очевидное, что даже услышавший это впервые думает, что знал это всегда. На самом деле не знал умом, но знал опытом, чувством - не осознаваемыми до того, как точные слова и описания нашёл другой.
Любящие меня чужими глазами не сильно отличаются от ненавидящих чужими глазами (как исполнители чужих команд). Настоящая любовь только у тех, кто смотрит и любит сам - от себя. Чтобы любить по-настоящему и при этом смотреть именно своими глазами, надо любить через бога в себе. Любит только бог. Человек корыстен и немощен, он ищет либо выгоду, либо опору.
Можно ли опираться на любимого? Если искать опору в нём - нет, если искать опору в себе, в своей любви - да.
Опираться можно только на любящего, а любит в человеке только бог.
Новый порядок вещей в мире искоренит любовь, потому что не останется места для бога в нас - всюду будет только человек, а он не способен любить. Корысть и поиск опоры - вот что останется в мире. Антихриста примут как выгодное предложение и возможность найти опору в мире, где не осталось возможности являть бога в нас.
Так ведь и примириться не всегда получается. Так что правильно ругаться - важнее. То есть - не абсолютизируя проступок другого, не клея ярлык на другого. Тогда если и мира не вышло, простишь - себе и другому. Лишний повод к покаянию и только.
Архимандрит Савва Мажуко:
«В понедельник обсуждали «Капитанскую дочку» с широкими народными массами. Удивительное пушкинское незлобие, которым пропитаны все его сочинения! Чистое лекарство для нашего нервно-категоричного времени!
Поделился с народом любимым отрывком, где Петруша упрашивает Ивана Игнатьича быть его секундантом. В такой роковой для Гринёва момент Игнатьич занимался нанизыванием грибов на нитку – на зиму сушить. Выслушав взволнованного юношу, грибник изрекает гениальное:
«- Помилуйте, Пётр Андреич! Что это вы затеяли! Вы с Алексеем Иванычем побранились? Велика беда! Брань на вороту не виснет.
Он вас побранил, а вы его выругайте; он вас в рыло, а вы его в ухо, в другое, в третье – и разойдитесь; а мы вас уж помирим. А то: доброе ли дело заколоть своего ближнего, смею спросить? И добро б уж закололи б вы его: Бог с ним, с Алексеем Иванычем; я и сам до него не охотник. Ну, а если он вас просверлит? На что это будет похоже? Кто будет в дураках, смею спросить?» (Пушкин. «Капитанская дочка», глава IV).
Особенно нравится – «вы его в ухо, в другое, в третье»… когда в гневе у врага и пятое ухо найдёшь! И, обратите внимание, старик не жеманится: ну, если уж заколоть, так лучше этого прохвоста – простота и искренность, несовместимые с требованиями нашего нравственно-стерильного века!
У нас православные любят спрашивать: как не ругаться, как не ссориться? Да вот же тут всё сказано! Без огорчений не проживёшь, даже апостолы, на что святые люди и язы́ками глаголали, и мёртвых поднимали, а случались недоразумения.
Вывод один: научиться правильно ругаться, а, значит, и правильно мириться.
Недержание зла – хорошая болезнь, правильная».
Что означает слово «друг»? Это человек (или другое существо), которому не всё равно, что со мной происходит... Но и врагу - не всё равно. Разница между другом и врагом в том, что первый желает нам добра, а другой зла.
А недруг? Ему почти всё равно - он не друг и не враг, но сама частичка «не» маркирует нечто негативное в этом равнодушии: т. н. недруг, не являясь другом, уже как бы недоброжелателен.
Друг - это тот, кто хочет, чтобы я был, жил, реализовался, состоялся, наслаждался... Другу нужно моё существование, он мне партнёр по умолчанию во всём или в чём-то, что касается моего бытия. Я ему нужен в качестве партнёра. Его нужда совпадает с моей, и нам комфортно в этом совпадении.
При общении с людьми я присматриваюсь к богу в человеке больше, чем к человеку, потому что человек всегда немощен: он может быть тщеславным, гордым, корыстным, фальшивым, лживым, но не вполне, а отчасти. Если всерьёз всмотреться именно в человека, можно рассмотреть много всякого, что видеть неполезно. Всматриваться стоит только в бога в человеке — это обогащает, научает благодарности не только благодаря, но и вопреки, а состояние благодарности — наиболее полезно для душевно-духовного здоровья человека. Благодарность способна спасать вопреки немощам, вопреки несовершенствам.
Возможно, антихристов миропорядок тем и грешит против истины, что намеревается слишком пристально всматриваться в «человеческое, слишком человеческое», абсолютизируя его, греша тем против божественного в человеке. Это как подсматривать в замочную скважину — неприличное занятие и крайне душевредное.
В этом смысле прикольно, что рождение, в отличие от смерти, не совсем личный акт или даже совсем не личный.
Есть две вещи, которые всегда только личные: это смерть [умираешь только ты сам, за тебя никто не умирает] и — вторая вещь — понимание; понимать можно тоже только самому, акт понимания — абсолютно личный.
Мераб Мамардашвили | «Беседы о мышлении: беседа двенадцатая»
То или иное травмирующее событие - как я отреагирую на него? Всё зависит от того, какая именно я.
Как минимум, с событием встретилась я как личность или я как женщина? Да, человек целостен (если он уже личность - индивидуальность нецелостна по определению), но сложен. Максимальная концентрация меня в том или ином качестве перемещает мой центр внимания и чувствования во мне. Если с травмирующим обстоятельством не повезло встретиться женщине во мне, то я (она - женщина во мне) буду реагировать в рамках доступных этой природе алгоритмов. Если моё Я было больше загружено в личностную систему, то личностный набор алгоритмов окажется в моём распоряжении в момент стресса. А стресс - это когда действуется больше, чем действую, т.е. когда важнее набор алгоритмов, чем какие-то рациональные соображения.
Манипулятивные технологии врага могут именно так работать в нас - погружая нас в состояния, в которых адекватные действия в принципе невозможны уже хотя бы потому, что не та «операционная система» подгружается. Ложные состояния ведут к ложным оценкам и неверным (бессмысленным, а то и вредным) поступкам.
Отсюда видно, что можно натренировать себя так, чтобы на стрессовую ситуацию реагировать каким-то всегда разумным собой, чтобы автопилот загружал нас в ту или иную операционку не в зависимости от ситуации и состояния ею созданного, а в зависимости от нашего выбора. Но тут важна практика, тренировка, чтобы сложился определенный поведенческий алгоритм. Аскетика и про это, на мой взгляд.
Не знаешь разве, что если уничижишь ближнего своего, то впадешь в грех самолюбия и пустого обольщения?
Прп. Ефрем Сирин
Вот поэтому и внушают массам неуважение к ближнему и дальнему - чтобы люди массово впали в самообольщение и стали «непробиваемыми» для светлых, высоких чувств и переживаний. Хамство по отношению к другому человеку или народу, в том числе историческое хамство по отношению к прошлому своего народа - это путь не в никуда, а в ад (социальный и духовный).
«И восстанет народ на народ» - перед концом света, и всякий управитель этих народов попытается заполучить выгоду от уничижения другого в лице вверенных ему народных масс и стравливания людей и народов между собой. Новейшие технологии позволяют делать это грязное дело на небывалом прежде уровне - духовном.
Почему люди несчастны? Потому что судят и приговаривают других, а не любят и спасают. Невозможно быть счастливым, принося несчастья другим - если ты человек, а не демон во плоти. Тот, кто находит счастье в причинении несчастий, уже потерял и забыл человека в себе. Потому для многих и не стоит сегодня вопрос, мучивший человека веками - как быть человеком?
Светлана Коппел-Ковтун:
Моя свобода не заканчивается, а начинается там, где начинается свобода другого. Очень интересно! Но это, вероятно, про духовную свободу, в то время как «заканчивается» - это о социальном измерении свободы. Личность - понятие духовное, у личности иная социальность - не та, что у индивида. Свобода во Христе и свобода в обществе людей - разные виды свободы.
Татьяна Касаткина:
Ну вот, смотрите, самое простое и очевидное, бытовое: там, где началась свобода моего ребенка - я освободилась от необходимости за него решать, за него отвечать и его контролировать. То есть - началась и большая область моей свободы.
-----------------------------
16.10.2024. Татьяна Касаткина. Основы взаимодействия народа и государства, человека и общества в свете Русской идеи по Достоевскому: что такое свобода // Международная научная конференция «Религиозные коды русской литературы», Нижний Новгород, Нижегородский государственный лингвистический университет им. Н.А. Добролюбова, 16-18 октября 2024 года. Аудиозапись.
Татьяна Касаткина. Основы взаимодействия народа и государства в свете Русской идеи по Достоевскому
Снова и снова убеждаюсь, что правы оба: и Достоевский с его «Все перед всеми виноваты», и Л. Толстой с его «Нет в мире виноватых». И вполне человеком быть значит стоять ВСЕГДА меж этих двух тезисов, или, точнее, смотреть на мир одновременно двумя этими тезисами.
Иначе неизбежна однобокость (ложность) суждений.
Человек мечется между любить, убить, спасать и спасаться. И это происходит при неверном понимании.
Любить, спасать и спасаться суть одно. А убивать можно не только другого, но и себя самого. Убийство, как и любовь, - всегда двусторонний акт.
Потому можно сказать, что мечется человек между любить и убить, даже если не осознаёт этого. И пока он не научится любить, он непременно убивает (даже не зная, не замечая и, кажется, не желая этого - именно кажется...).
Спасаться или понимать? Грех философа в том, что понимать для него - первичная задача. Но, с другой стороны, смысл спасения в последнее время размывается всё больше и больше - люди не знают, что такое спасение, от чего спасаться надо.
И потому есть два пути: спасаться, не понимая - просто доверяясь старым рецептам от святых отцов 1), и искать свою подлинность, в которой и есть спасение 2).
Проблема первого пути в том, что правильно, без искажений, понять святого может только святой. Читая святых, мы вычитываем в них своё, думая при этом, что читаем их. Но мы лишь ОТЧАСТИ ИХ читаем.
Философ идёт окольным путём - через понимание, через поиск себя настоящего - не ложного, т.е. через себя идёт к Богу: отметая себя ложного, движется к себе истинному, который в Боге.
Святым можно стать и без такого понимания. Но покаяться без такого понимания сложно или даже невозможно. Однако без понимания можно учиться любви - подражая, т.е. не имея любви, творить дела любви. Так любовь сама прорастает внутри.
Получается, что философ ищет себя для Бога, ищет Бога через себя. Таким может быть путь и того, кто уже нашел Бога, и того, кто не нашел Его. Это другой путь, отличный от того, которым идёт вера. Он не отрицает веру, а, наоборот, утверждает её, поддерживает - если только философ не заболел болезнью многих (верующие ею тоже болеют) и не начал обожествлять себя и своё.
Самообожествление - отрицание Бога, оно губительно, независимо от того, идёт человек путём веры или философским путём.
Грех философа - понимание, и это его функция, его миссия, его жертва, если хотите; его дар миру (и себе самому, конечно).
* * *
Плод от древа познания добра и зла - это и есть философский плод, наверное.
* * *
Мышление всегда опосредовано человеком - человек непременно присутствует в мышлении, хотя само мышление (в отличие от обычного бытового и не только думания) осуществляется в Боге.
Спасение же может быть вручено Богу, и человек как бы полностью передаёт свои полномочия высшей инстанции - как бы самоустраняется. Спасение - акт юродства, а не самопознания. Но спасение невозможно без покаяния (не формального, а реального), которое вне акта мышления трудно представить. Но и без мышления, я думаю, покаяние возможно - телом и делом, но это путь только для слабых головой людей. У кого же голова здорова, тому мышление в помощь для осознания своих промахов (грехов). Философия занимается именно этим - выявлением ментальных промахов. Если человек пользуется умом, им надо пользоваться правильно.
Справедлива, но не права - так мы чувствуем. Внутри, если по отношению к себе, мы точно знаем, что права только любовь. И Страшный Суд - это ведь суть Встреча с Любовью и ужас от своей нелюбви.
Ведь смерть права, бушуя и губя:
Она есть долг несовершенной формы,
Не превратившей в Божий луч себя.
Даниил Андреев
------
Татьяна Касаткина:
Я бы все же настаивала на том, что на милость можно надеяться - но нельзя рассчитывать. Рассчитывать можно только на справедливость. А справедливость, скорее всего, никому из нас не понравится :)
Надеясь на милость, логично стремиться к тому, чтобы и по справедливости получилось из нас что-то приличное. Рассчитывая на милость, можно уже ни к чему не стремиться, как часто и происходит, увы.
Светлана Коппел-Ковтун:
Рассчитывать на справедливость тоже вряд ли можно. Мир не справедлив, человек не справедлив, общество людей - не справедливо. А что до Бога, то рассчитывать можно только на то, что зло как таковое не вечно - это успокаивает в любой беде. Лично о себе что-то рассчитывать относительно Бога у меня нет потребности, нет такой жажды. Не верю, что справедливо если, то спасусь. Только милость даёт надежду, только любовь. Но не расчет, конечно - Вы правы, Татьяна Александровна.
Татьяна Касаткина:
На справедливость рассчитывать вполне можно. И мир справедлив, и общество, и даже человек справедлив, все естественные следствия наших поступков мы непременно получаем - просто сильно на другой дистанции, чем нам хотелось бы.
Но без милости и Отеческой надежды на человека мир бы не стоял, и человек бы не жил, конечно.
Светлана Коппел-Ковтун:
Про справедливость - не могу согласиться, хотя, наверное, понимаю про что Вы. Смотря куда смотреть... Но ведь истина - это КТО, значит справедливым может быть только святой человек, праведник, а много ли таких? И даже праведник может ошибаться, когда судит собой, а не богом в себе.
Сегодня нет НИЧЕГО аутентичного. Всё подменено неаутентичным - во всех сферах человеческой жизни, вопрос лишь в обнаружении этого факта. Хотя, обнаружив, что делать непонятно - путей не осталось, ибо на всех путях подмены и фальшивки.
* * *
Будущее, которое создаётся, приговорило государство. Теперь оно такой же симулякр, как всё остальное. Государство стало муляжом, в тылу которого прячутся корпоративные интересы - везде так. История стала постисторией (это не просто слова), а потому за неё держаться не только невозможно, но и бессмысленно, а то и опасно. Утешение в том, что (моя формула - согласитесь с ней?) НАРОД РАСТЁТ ИЗ БУДУЩЕГО. Наверное так было всегда, но сейчас это особенно заметно. Из прошлого сегодня невозможно прорастить народ, только симулякр народа - можно. Тут есть о чем всерьёз поразмышлять.
* * *
«История учит только тому, что ничему не учит» - так было и прежде, а уж сегодня... Так как фактов не существует, а есть ТОЛЬКО ТОЛКОВАНИЕ фактов (то или иное, кому-то выгодное), то без фальсификации нигде не обойдется. Важнее наблюдать общие тренды и направления (похоже немного, но это всё-таки другое), чтобы легче распознавать ложь, которая всюду. Тебе говорят - вот факт, а ты смотришь - общий тренд иной, значит говорят неправду, и т.п.
Человек, чтобы предстоять, должен стоять. «За что держаться?», «Как стоять?» - важные вопросы, но сегодня наиважнейший - ГДЕ СТОЯТЬ?
Нынешний кризис это поиск нового основания - на чем стоять, ГДЕ стоять. НИГДЕ стоять невозможно (если речь о стоянии в мире), если речь не о воображении, а о реальной жизни. А места больше для стояния целого человека нет. И это не фигура речи, а сама суть реальности.
КТО стоит важно, но стоять никто не может по определению, а потому неаутентичный человек стоять не может.
ГДЕ стоять, чтобы сохранить свою аутентичность вопреки запрету, вопреки невозможности стоять?
С КЕМ стоять? Наверное ГДЕ и С КЕМ - взаимосвязанные вопросы.
Зачем стоять? Чтобы быть - тут ничего не меняется...
Внутренний человек нуждается в том, чтобы одаривать других, давать, а не брать - радость, счастье, красоту, материальные блага, пищу... Внешний человек нуждается в приобретении для себя, в получении благ. Но всё неоднозначно, не так просто, как кажется поначалу.
Внутреннему человеку приходится жертвовать собой ради внешнего, а внешнему приходится жертвовать собой ради внутреннего. Что тогда происходит? Неоднозначное! Жизнь вообще полна неоднозначностей.
Пример? Ну, скажем, мой внутренний человек желает порадовать кого-то внешним образом - другого способа порадовать другого как бы и нет (на самом деле есть, но это уже «высшая математика», о ней - позже). Банальность: когда женщина наряжается, она радует своей красотой не только и не столько себя, сколько близких и даже дальних людей. Она становится чем-то вроде живописного полотна, услаждающего эстетическое чувство. Да, можно, конечно, наряжаться из тщеславия, но это некрасиво. Красота в чистом услаждении красотой - и внешней, и внутренней.
Чем страшнее жизнь вокруг, тем красивее должны быть женщины - чтобы хотелось жить, чтобы вдохновляться, чтобы в душе теплилась жизнь.
Аскетичная личность женского пола может выглядеть неожиданно стильно. Кто сказал, что аскетика - это лохмотья? Скажу больше - лохмотья могут быть признаком гордости и тщеславия.
Так что всё в нашей жизни неоднозначно. Однозначность - либо заблуждение, ошибка, либо намеренная ложь - уплощение смыслов.
Теперь о «высшей математике». Внутренняя красота - свет миру, внутреннему миру и внешнему. Без внутренней внешняя - пуста. Если выбирать что-то одно, то, безусловно, важнее сохранить внутреннюю красоту. Однако бывает так, что для другого очень значима именно внешняя красота, тогда любовь потребует участия во внешнем куда более активного, чем, возможно, хочется внутреннему человеку.
Внешнее и внутреннее связаны, и внутреннее другого порой очень сильно зависит от внешнего моего. Тогда внутренний человек другого как бы просит жертвы от моего внутреннего, чтобы ему удобнее было быть собой прекрасным.
Отличная цитата, да. Но мне кажется, здесь присутствует частая в таких случаях логическая ошибка - свойственное всем человекам (и советским, и не), нечто природное, общечеловеческое, психологическое, принимается (и выдаётся) за особое - именно советское, специфически советское, только советское.
Иногда и на сайте РИА Новости звучат вполне очевидные упреки задним числом в адрес советской школы. Чтобы быть последовательными в споре с советскими конформистами, запомним вот этот аргумент Виктории Никифоровой: "Именно обладатели советских дипломов и аттестатов с легкостью совершили огромную историческую ошибку — дали развалить Советский Союз и пошли в прямое подчинение Западу, даже не удосужившись подумать, а так ли оно нам надо. Именно советская школа вырастила этих недалеких, сентиментальных, мелкобуржуазных ромашек, которые массово повелись на "джинсы и жвачку".
Дмитрий Бабич. ВК
