Дневник

Ложный патриотизм для страны не менее губителен, чем отсутствие патриотизма. Когда человеческое сердце по глубине равно пропагандистской агитке, оно не вмещает не только истину, Бога, понятия о добре и зле, но и патриотизм в нём не помещается. Ибо человек в нём не помещается. Т.е. всё подлинное имеет духовный (бытийный) объём - в отличие от плоских пропагандистских шаблонов. В том и зло пропаганды, что она отлучает от глубины.
Да, без пропаганды нельзя. Но когда ничего другого, более глубокого и живого, нет в жизни общества, то и патриотизма на самом деле нет.
Ложный патриотизм легко может быть трансформирован во что угодно, даже противоположное себе - методами иной пропаганды.

Ложное  не побеждает в битве со злом, а порабощается злом. Иначе не бывает.

Вырожденный, подменённый, духовно выветренный (не наполненный живым бытийным содержанием) патриотизм не может победить, ибо он направлен не к Богу и не от Бога пришёл.        
 

Человечность теперь, как Христос - бесприютна. В нашем социальном пространстве человечности не остаётся места, кроме случаев личного (личностного) подвига.

Человечность пока ещё может приютиться в пространстве семьи, среди любящих друг друга людей. Она ютится в пространстве живого творчества всех родов, живых отношений. Но она исчезла из пространства системного, на системном уровне ей места нет нигде. Повсеместна лишь системная бесчеловечность, и это начало антихриста в нас.

Ребёнок живёт в сердце матери и потому становится человеком - молитва матери именно этим сильна. Отцы и матери Церкви - это создатели и носители пространства для души многих других людей. Душе надо где-то быть - она ведь нездешняя.

Христос в нас - прибежище для всякой души. И по большому счёту больше никто, ибо если на это способен человек, то не сам по себе, а Христом и во Христе.

Книга тоже может стать убежищем для души. И песня - тоже... Всякий эпос - место жизни души народа именно в этом, буквальном смысле слова. Пространство для жизни - оно бывает и внешнее, и внутреннее (внешнее - для внешнего в нас, внутреннее - для внутреннего в нас).

* * *

- Мне хорошо рядом с тобой, - говорит знакомая. - Я хочу почувствовать твоего Бога.
- Ты его уже чувствуешь - раз тебе хорошо.
- Но это я тебя чувствую. Что мне сделать, чтобы я чувствовала Бога так же, как чувствуешь ты?
- Ты не можешь стать мной - чтобы чувствовать, как я. Но ты можешь стать вполне собой и чувствовать Бога всей своей полнотой - как я. Секрет именно в полноте, в целостности восприятия - чтобы быть в состоянии присутствия если не вполне, то очень близко к этому.

Как — душе дыханье, руке — рукоять. 
Хоть бы в пропасть кинуться — тебя отстоять.
Арсений Тарковский

Заметили? Русь всегда надо отстаивать. Когда бы русские люди ни жили, Русь всегда надо отстаивать.
Сергей Марнов

«Русь всегда надо отстаивать» - очень точно  сказано! Русь - светлое место, а свет надо постоянно отстаивать: и в себе, и вокруг себя. Светлое место в душе - Господь. Так и про Русь можно сказать: её светлость - Господь, потому пока Русь равна себе, пока она не видоизменена, не подменена в духе времени симулякром, пародией на себя саму, она и есть Русь. А если скомкают все понятия, переврут, перевернут с ног на голову, так её и не станет. Как сказал поэт Н. Зиновьев, «Россия уходит на небо. Попробуй её удержи...»
Вот фрагмент из любопытных записок С.Т.Романовского: «Есть у слова «русь» и ещё одно значение, которое я не вычитал в книгах, а услышал из первых уст от живого человека. На севере, за лесами, за болотами, встречаются деревни, где старые люди говорят по-старинному. Моя хозяйка Анна Ивановна как-то внесла в избу горшок с красным цветком
— Цветочек-то погибал. Я его вынесла на русь — он и зацвёл! 
— На русь? — ахнул я. 
— На русь, — подтвердила хозяйка. 
— На русь?! 
— На русь».

И Христос тоже должен быть у нас настоящий - живой, а не подменённый. Объемный, а не плоский - т.е. Целый, а не по-сектантски урезанный в угоду тем или иным хотениям.

Светлана Коппел-Ковтун

Крылами - к-рылами
Рыло возникает, когда исчезает «к», т.е. устремление к - когда человек замкнут на себя. Лицо всегда обращено к другому лицу и Лицу (к Богу). Лицо обретает крылья, чтобы стать ликом.

Порядок и порядочность - слова похожие, меж тем разница между ними важна настолько, что если её понять, поймём и многое ошибочное, в сторону чего толкают человека сегодня. Порядочность подменяется порядком. Но порядок вещей зависит от управляющего этим порядком. В концлагерях есть свой порядок, но порядочными эти учреждения быть не могут, порядочным может быть человек - и этому человеку противен порядок концлагерей.

То, что одному кажется порядком, другому может показаться его отсутствием или неверным порядком вещей, который надо переменить на другой. Порядок у каждого свой, а порядочность - одна для всех, в ней встречаются и соединяются земной и небесный человек, и небесный определяет порядок вещей, а не прихоти и корысть земного.

Обыватели живучи (сильны своим животным началом) — в отличие от поэтов, но поэты счастливы — в отличие от обывателей. Разумеется, счастливы не в обывательском понимании. По-обывательски они скорее несчастны. Но поэзия одаривает душу невероятным богатством, которое позволяет быть счастливым, несмотря ни на что и вопреки всем бедам. Этого-то иного, чуждого обыденности счастья обыватели не прощают поэтам. А ещё больше не прощают — свободу от обывательщины. Об этом цветаевское «поэты всегда — жиды», т.е. чужаки, виновные во всём, что не так, по умолчанию...

Антихрист — пиковая, предельная обывательщина, но не в том смысле, как понимают многие. Предельная обывательщина познаётся в её тотальном господстве и в умах и над умами — в том числе над чуждыми себе умами. Технологии позволяют получить свой запретный плод и тем, кто бесплоден от Бога и лишён высокого счастья причастности к высокому.

До моего рая долетают только снаряды правды, но меня ранят и все прочие. Любопытно, что рай уязвим только изнутри, извне его никто не может достать*.

Отсюда вывод: если случилась беда, и кто-то атакует твой рай - не травмируйся до уровня рая, не позволяй себе раскиснуть до степени утраты рая в себе. Пуще всего надо беречь рай перед лицом зла. Себя можно потерять, но рай в себе надо суметь сохранить в любых обстоятельствах.

Рай - это что-то сродни незлобию. Но на деле это - присутствие Бога, присутствие в Боге. Из этого состояния и намеревается злодей выбить человека в нас - из человечности в расчеловеченность.

Иногда райские люди прикидываются и демонстрируют неумным и недобрым людям не рай, а какую-то маску, доступную пониманию нерайских людей. Например, что-то вроде знакомого им оскала, когда того требуют обстоятельства. И этот «оскал» - есть милость, ибо так райские люди мотивируют нерайских воздержаться от дурного поступка.

Видеть рай в другом можно только раем в себе - т.е. нерайским людям рай не увидеть даже в райских людях. Но прикосновение райского человека ощутимо воздействует на мир и на нерайских людей - независимо от того, как они реагируют на это прикосновение.

* * *

Чем больше в человеке райской силы, тем дольше он остаётся живым внутри - даже когда обстоятельства тотально убийственны для внутреннего человека. Райские люди творят рай всюду - своим присутствием. Потому зло не выносит и тени райского присутствия.

---

* Извне можно разрушить только рай, которого ещё нет - потенциальную возможность внутреннего рая. Можно закрыть путь извне, перекрыть доступ тем, кто ещё не пришёл к своему раю. В рай можно не пустить того, кто идёт, но не того, кто уже пришёл - пришедшего надёжно хранит его рай.

О женской красоте

Начну, пожалуй, с главного. Красоту надо не требовать, а благословлять. Это верно для всех видов красоты, женская красота - не исключение.
Благословляй, содействуй - и получишь желаемое сторицей. Начнёшь требовать - и погубишь, затопчешь всё, что уже есть, что прорвалось в мир вопреки всем помехам.
Люди нуждаются в красоте - как в Боге: красота  исцеляет душу от некрасоты. Потому люди взыскательны и требовательны к прекрасному полу. Они словно говорят: яви-ка нам свою красоту, докажи свою божественность. Да, именно так! Красота обожествляется, хотя мало кто отдаёт себе в этом отчёт.
Откуда же она берётся? Выращивается - подобно цветку. Семечко красоты есть в каждой девочке, девушке, женщине, старушке. Более того, оно в каждом человеке - независимо от пола, просто красота женская и мужская - разные, являются в мире людей по-разному.
Женщины - это прекрасный пол, как мужчины - сильный. Не слабый пол - женщины, а именно прекрасный. Отсюда становится очевидной ложь современного феминизма: мужчина открывает дверь перед женщиной, не унижая её, а, наоборот, возвышая. Неотмирность - привилегия женщин, они могут себе позволить это, живя под защитой мужчины.
Разумеется, речь не идёт о каком-то насилии или ущемлении прав и пр., культивируемых в прошлом. Защита - это защита от реальных угроз внешнего мира, коих становится всё больше. Зато мужчин-защитников, наоборот, уже почти не осталось.
Люди погрязли в хамстве и взаимном неуважении, о прекрасном говорить почти смешно. Тем более - о прекрасном поле. Сказки это!
И давно знакомое «Коня на скаку остановит...» - тоже как будто настаивает на другом. Может быть защищённость замужней женщины миф? Может быть, может быть... В таком случае этот красивый миф стоит того, чтобы быть воплощаемым снова и снова, и снова... Мало  кому удаётся? Ну и что с того? Есть же те, кому повезло исполниться полнотой - надо дерзать. Красота того стоит.

Мы все искушаемся добром и творим зло, когда мним себя способными на добро. Самостное по природе эгоистично, добро творит только Господь, в т.ч. числе Господь в нас. Понять это правильно не так просто.

Потому и превращены все прежние добродетели в грехи, как верно заметил мой знакомый. Зло теперь целенаправленно искушает добром - мнимым, ложным, фальшивым.

Система и антисистема - актуальная тема. Важно увидеть механизмы, с помощью которых антисистема преодолевает систему, надо понять каким образом обычная социальность превращается в социальность иную, антисистемную - деструктивную.

Антипесня и антирусскость - одного поля ягоды. Это всё  атрибуты нового, антихристова, миропорядка.

Чем труднее времена, тем красивее женщины - вдохновение для своих мужчин. Это попытка красоты активировать силу, защиту, чтобы не допустить падения мира в страшные времена, которые принуждают женщин, наоборот, скрывать, прятать свою красоту - чтобы не быть соблазном для страшных людей.

Мало видеть, в чём другой неправ, важно видеть в чём я сам неправ. Это верно не только для отдельных человеков, но и для народов. Сейчас массы втянуты в нехорошую игру, в которой это, самое необходимое для трезвоумия, качество как бы отменяется. Тотальное обвинение другого и самовозношение ведут не к победе, а к погибели.

А что если вообще утрачено умение видеть свои неправды? Тем более, что бесконечный информационный шум эпохи мешает слышать, видеть, наблюдать проблески подлинного бытия, без которых человек легко слепнет.

В чём разница между свободой и произволом, как отличать одно от другого? 

Свобода направлена всегда к Богу, а произвол - от Бога, ибо произвол всегда осуществляется во имя своё. Свобода уважает другого, а произвол - только себя, но и это кажимость. Глубокий взгляд видит, что произвол - это сплошное неуважение, в том числе к себе.

Узкопрофильность - сама по себе бич нашего времени, потому что она производит узкоумных людей, которые, как раз по причине узости своего ума, не понимают, что узки - не видят своих границ, приписывая себе полноумие. Узкопрофильность хороша как метод, пока не выходит за границы метода. Однако человеку свойственно обожествлять свой метод - об этом ещё Сократ сокрушался.  Узкопрофильный ум, замкнутый внутри себя, не просто узок, но и страшно ограничен, а потому опасен. У него нет возможности видеть себя - для этого надо расшириться, выйти из своего замкнутого на себя болотца. Но как это сделать, если «болотце» в его глазах - это целая Вселенная.

Это похоже на забышегося оператора: вот он навел камеру на ладони человека - крупный план, потом взял крупным планом лицо, глаза, потом галстук или туфли. Но все эти планы стали существовать отдельно друг от друга - картинка не собирается воедино. В итоге оператор не может собрать образ целого человека. 

Да-да, известная притча о слоне, которого щупают слепые мудрецы - об этом: кто-то ухватился за хвост и потому считает, что слон - это канат; кто ухватился за ноги и думает, что слон - это столбы, и т.д. Особенность нашего времени в том, что современные слепые мудрецы расчленили целого слона на субатомные частицы и потому не видят даже таких относительно целостных частей слона, как ноги или хвост - они вообще слона потеряли. Более того - слону отказано в существовании, даже в праве на существование. Он считается вымыслом - чуть ли не сплетней (чем-то непристойным).

Чем уже ум, тем больше в нём самомнения и надменности, высокомерия по отношению к другому. А чем больше в человеке самомнения, тем меньше остаётся в нём ума, и количество дипломов тут не имеет значения. Хотя нет - имеет: чем больше дипломов, тем больше и самомнения...

Вот откуда столько несуразностей и горя в современном мире.

* * *

Поэты, кстати, не исключение, они так же склонны обожествлять поэзию, как свой метод, свой способ жить,  но это не значит, что поэзия лишена божественности. Более того, поэзия в таком случае может быть определена как некое заграничье - она всегда вне метода, над ним, ибо в рамках метода лишь ремесло.

Своя поэзия как заграничье есть у каждого ремесла. Нынешняя мода на междисциплинарность (стремление компенсировать узкопрофильность) - это попытка превратить поэзию в метод. Но заграничье - это больше про состояние, чем про метод, т.е. про поэзию. Заграничье суть свобода от метода. Не потому ли русские так любят заграницу и все время искушаются ею (не различая метод и поэзию)? Запад манит лишь заграничьем (свободой от своего метода). Надежнее так же страстно возлюбить поэзию души - дух, он и есть настоящее заграничье русского человека (не душевное, в котором живёт человек, а духовное, в которое  он устремлён).

Время лекарей прошло, настало время инквизиторов от медицины (так вот он какой - «старший брат»!). Надзиратели за порядком - установленным, разумеется (в чьих интересах?), и этот порядок касается и состояния тела (что делать с ним, как пользоваться им, что колоть и принимать). При этом сам человек перестаёт быть субъектом, он лишь объект манипуляций, спущенных свыше. Нарушение протокола, даже преступного, вредного для здоровья - вот новое преступление. Закон природы заменен в сфере здоровья законом человеческим. Культура против биологии? В известном смысле - да, но скорее не культура, а антикультура восстаёт и на биологию, и на природу человека, и на человека, и на Бога - ибо и Бог сопряжен с природой человека.

Не преодолев Бога в человеке, нельзя преодолеть человека. Но Бог преодолим - со стороны человека можно закрыться, в том числе социального человека (можно закрыться толпой, став человеком толпы - только им!). Можно закрыться и биологически - думают некоторые негодяи, готовящие биологический прыжок человечества в постчеловеество, но они не берут в расчёт Христа, ставшего человеком по плоти (т.е. биологически). Христос им не позволит довести своё нечистое дело до конца - придёт спасать и вынет человечество из постчеловечества.

О дружбе подумалось: живут чужие друг другу люди, а потом вдруг оказывается, что они - не чужие. Может и видятся они редко или вообще не встречались ни разу, а близки. Есть и другое: люди встречаются часто или даже живут вместе - а чужие. Бывает, конечно, и третье: пока не встречались или пока не живут вместе, им кажется, что они близки, а при сближении оказывается, что нет. Почему? Возможно, просто не сумели вырасти в близость - ростом не вышли (духовно), но может быть и правда - слишком разные. Это ведь всё разное, про разное...

Близость - это сокровище, которое надо взращивать в каком-то общем пространстве, а потом хранить. Близость - вот настоящее чудо, потому что два Я - это две разные галактики, и они могут встретиться под одной крышей, могут проникнуть друг в друга и обогатить друг друга. 

Любовь - это не просто совместное существование, это ещё и проникновение друг в друга. Миры мужчины и женщины - очень различны, чужды и во многом даже антагонистичны, но они правильно работают в случае проникновения друг в друга. Мир женщины должен работать внутри мира мужчины, а мир мужчины должен работать внутри мира женщины. Они должны впустить друга друга, чтобы брак состоялся, чтобы мужчина состоялся мужчиной, а женщина - женщиной.

На днях узнала о себе кое-что новое. Не только о себе, наверное. Последующий анализ произошедшего, как всегда, привёл меня к некоему общему знаменателю - про суть вещей вообще.
Я шла по городскому тротуару немножко под гору, а мне навстречу, немножко спускаясь с горы, шёл нестарый тучный человек, вероятно бывший наркоман, с палочкой или костылем - не помню. Он шёл трудно, как они обычно ходят, когда ноги начинают отказывать. Было в нём и что-то включавшее во мне некую брезгливость - не свойственную мне, как правило. Я не изучала его, была невнимательна, потому не помню что это было - признаки болезни кожи на лице или что-то другое. Помню только своё ощущение от него. Он проходил очень близко, слишком близко - телесно, и вдруг начал падать на меня. Неожиданно для себя самой я отскочила в сторону и позволила ему упасть. Смутилась, конечно. К нему потом подошли молодые девушки, а я ушла, чувствуя себя неправой. Он ещё глянул на меня с укором, падая.
Прошло несколько дней, а я всё думаю о том, что же это было? Прежде, я прежняя, непременно подхватила бы его. Хотя у меня мелькнула ещё одна, недобрая вероятно, мысль - показалось на мгновение, что он даже специально так падал. Но это вряд ли... Хотя мысль такая присутствует в моей голове - не уходит.
Стала я анализировать, и решила было, что всё дело в моём нынешнем состоянии, в бесконечной борьбе за здоровье. Я сейчас слишком слабая - прежде о себе не думала, а теперь вынуждена думать постоянно, думать и заниматься своим здоровьем. Во мне заработало чувство самосохранения - раньше его не было.
Могла бы я его удержать - этого падающего? Сомневаюсь, он был наверняка тяжелым. Как сказал муж, когда я ему рассказала об этом, упала бы вместе с ним - разве это было бы хорошо? Он считает, что я поступила правильно. Я сомневаюсь в этом - иначе откуда вопросы во мне? Поразмыслив, я списала всё на своё нынешнее нездоровье и вынужденную заботу о себе. Такая забота несколько меняет характер. Грустновато это обнаружить, но так уж устроен человек: либо о себе заботится в ситуации, либо о другом. Для этого бывшего наркомана я не стала ближним - отодвинулась от него, когда он падал, а не ловила - отодвинулась, чтобы он меня не задел. То есть, не просто ничего не предприняла, чтобы его удержать, но даже кое-что сделала, чтобы не столкнуться с ним.
Расставив таким образом акценты, я всё равно не могла успокоиться. Что-то было недопонято. И вдруг, как молния - прозрение. И это меня поразило до глубины души и отчасти вылечило от печали по поводу. Хотя не избавило от вопроса: как же было бы правильно поступить?
Ситуация раскрылась с другой стороны, и я увидела, что отреагировала как женщина, а не как личность. То есть, в тот момент точка моего внутреннего стояния, моего самоосознания была связана с женским, а не личностным началом. Не личность, но женщина во мне уклонилась от падающего на меня чужого мужика - отсюда и мысль мелькнувшая, что упал специально. Отсюда и брезгливость, возможно. Да, он смотрел на меня перед падением, может потому и упал, что засмотрелся. Женщина во мне поймала этот его внутренний посыл и рефлекторно отпрянула.Если бы он своим взглядом не включил во мне это, я возможно иначе бы и отреагировала. Не знаю. Всё произошло слишком быстро - считанные секунды. Это же только рефлексы - автопилот. Почему он оказался именно таким? В какой программе это произошло? В программе - Женщина и внешний мир. Возможно во мне вообще сейчас доминирует женщина, а не личность. Это тоже может быть, но вряд ли. Я думаю, что это ситуативное её включение.  
Эта ситуация интересна ещё и тем, что может быть показательной и в другом ракурсе. Господь говорит «В чём застану, в том и сужу». Это вот так и будет - как у меня в этой ситуации. Я была бабой, а не человеком. Или, всё же, я была Женщиной? Неприкосновенной, хранящей себя от всего чуждого и нечистого - как того желает муж.  Личность может бродить по миру, подвергаться его «прикосновениям», а женщине место в доме - под защитой мужа. Опять наблюдается некий внутренний разрыв, конфликт между тем, что требуется от личности и от женщины. Они - про разное и для разного, и далеко не всегда их можно примирить.

Цветёт женщина на радость миру и мужу, т.е. она и для мира - не только для мужа, но в другом ракурсе, другом статусе, чем для мужа. Когда  же мир как-то ей угрожает или ведёт себя неучтиво, она может отстраниться - отказать миру в своём присутствии. Может или должна? Вопрос прочтения ситуации. Именно поэтому женщине многое простительно, что, возможно, непростительно личности. А может и не только простительно, но и предписано.

«Нет во Христе ни мужеского пола, ни женского...», «В чём застану, в том и сужу» - вот о чём думаю теперь по-новому. Точка стояния внутри - она в ответе за то, кем я окажусь в ситуации Суда. Тут я была добра, а тут - не была, в это мгновение я помню о Боге и ближнем, а в это - помню лишь себя и мне не до других. Когда мгновение остановится, Бог поверит - прекрасно ли оно? Когда самой  жизни во мне Бог повелит остановиться, кем я предстану перед  Ним? 

* * *

Я поделилась историей с моей духовной подругой И.С. (по её мнению я уклонилась «от непонятной ситуации вовлечения в нечто», а не от падающего человека), и вот что ей вспомнилось:

«Как-то я выходила из храма со своим знакомым иеромонахом, - рассказывает подруга. - Иеромонах был средних слет, наверное немногим за пятьдесят: я его тогда очень любила и уважала за его внутренний подвиг в монашестве. И вот мы выходим из храма, а навстречу ребенок. Совсем малыш - годика два, а может и меньше.  И этот малыш хватается за полы рясы моего иеромонаха. А монах начинает быстро его от себя отталкивать. И при том читать молитву. Я со своей стороны изумилась. Вроде - ребенок, что тут такого?.. Но  он все цеплялся и цеплялся, а монах все-таки вырвался, и мы пошли дальше. Я все думала - что это было? По-моему женскому мнению можно было бы просто малышу что-то сказать, как-то ласково обойтись. Но с духовной стороны в этой ситуации что-то чувствовалось тревожащее. Это было искушение. И наверное монах правильно сделал, что не вступил в контакт с тем ребенком. То есть по всем законам человечности - монах поступил резко и вроде неверно. Но все-таки он поступил правильно в тот момент.»

Поучительные истории. Хорошая пища для размышлений. Они наглядно показывают почему осуждение другого - грех. Никто, кроме Бога, не разберется в том, что делает человек. Бывает, что внешне неверный поступок не то, чтобы верный, но необходимый для того, кто его совершает. А бывает, что и верный. Или попросту нейтральный. Бывает и обратное: внешне правильный и даже красивый поступок - на деле некрасивый, недобрый. Каждый знай своё, следи за собой, а не за другими. Разве только если помочь чем можешь другому - тогда помоги. Но никогда не суди по себе - чаще это грех, потому что мы все разные, а судить, кроме как по себе, иначе и невозможно. Отсюда - «Не суди!».

Не зря святые предупреждают, что всё, за что ты осудил другого, непременно придёт проверить на прочность и тебя самого. Видя грешащего человека, его, прежде всего, следует пожалеть - как себя мы жалеем. Видеть чужой грех без такой жалости к человеку - опасно, слишком легко впасть в осуждение и тем накликать на себя гнев Божий.

Прости, Господи! - лучшая молитва на все случаи. 

Эрих Фромм:

«Если другие люди не понимают нашего поведения, то что? Их просьба делать только то, что они понимают, это попытка диктовать нам. Если в их глазах это "асоциальность" или "иррациональность", пусть так и будет. В основном они обижаются на нашу свободу и нашу смелость быть собой.

Мы не должны никому давать объяснения и отчитываться, пока наши действия не причиняют боль или не посягают на других. Сколько жизней было разрушено этой необходимостью «объяснять», которая обычно подразумевает, чтобы вас «поняли», то есть оправдали. Пускай судят по вашим поступкам, и по ним — о ваших истинных намерениях, но знайте, что свободный человек должен объяснять что-либо лишь самому себе — своему уму и сознанию — и тем немногим, у которых есть право требовать объяснения.

оправданная претензия на объяснение.

Несчастная судьба многих людей – следствие несделанного ими выбора. Они ни живые, ни мертвые. Жизнь оказывается бременем, бесценным занятием, а дела – лишь средством защиты от мук бытия в царстве теней.

Я уверен, что никто не может «спасти» своего ближнего, сделав за него выбор. Все, чем может помочь один человек другому – это раскрыть перед ним правдиво и с любовью, но без сантиментов и иллюзий, существования альтернативы.

Насколько важно избегать пустых разговоров, настолько же важно избегать плохого общества. Под «плохим обществом» я понимаю не только порочных людей — их общества следует избегать потому, что их влияние гнетуще и пагубно. Я имею в виду также общество «зомби», чья душа мертва, хотя тело живо; людей с пустыми мыслями и словами, людей, которые не разговаривают, а болтают, не думают, а высказывают расхожие мнения.

Понятие «быть живым» - это понятие не статическое, а динамическое. Существование – это тоже, что и раскрытие специфических сил организма. Актуализация потенциальных сил – это врожденное свойство всех организмов. Поэтому раскрытие потенциалов человека согласно законам его природы следует рассматривать как цель человеческой жизни».

Светлана Коппел-Ковтун:

Некоторым боль причиняет само добро (оно им непонятно). Любые проявления. А есть такие, кому непонятно и неприятно всё, что сложнее, чем они понимают. Желание избавиться от непонятного - как от боли. Так что и про боль не всё так однозначно.

Человек ищет счастье и ощупывает мир: деньгами - может счастье в деньгах; роскошью - может в роскоши и довольстве? Ищет он счастье и в нищете - возможно ли его найти бедному? Ищет счастье в здоровье и в болезни - найдёт ли?

Так щупает человек мир, и мир ему отвечает - так или иначе, не всегда правдиво. Мир нередко врёт про счастье, и человек начинает блудить по миру, ощупывая его всё новыми подвернувшимися под руку инструментами - возможностями. Или их отсутствием - отсутствие тоже ведь некое присутствие, присутствие отсутствия. Мы имеем богатство или бедность, свободу или несвободу, мудрость или её отсутствие, но и богатство, в свою очередь, имеет нас, и бедность, и здоровье с нездоровьем и пр.

Собственно счастье это быть собой или, может, не быть? Вообще не быть или собой не быть? А если быть, тогда кем и каким быть - счастье? Счастье в любви? Или, может, в ненависти (ненависти к чему-то плохому, например)? Одаривать других или отнимать у них (то отнимать, к примеру, то, чем другие  могут воспользоваться неправильно - во вред)? Кому что ближе, тем и ощупывает человек мир и его предложения - ищет дверь, вход в счастье.

В последнее время всё больше негатива: «Не сунь пальцы в розетку!», «Не кури на пороховом складе» и всё такое... Вы, конечно, сами слышали подобные предубеждения. Не поддавайтесь на провокации безумцев, оберегайте своё спокойствие! И помогите освободить от провокаторов наше общее жизненное пространство - сообщать об известных вам диверсантах по такому-то номеру телефона.

Анекдот

До тех пор, пока человек не встретится лично с Богом, он не научится различать Его Божье и своё человеческое, слишком человеческое.

Андрей Баумейстер
Зло всегда банально и мелко. Оно в первую очередь разрушает того, кто сознательно ему служит. Зло обезличивает, лишает глубины, крадёт бытие.
Поэтому нет радикального зла. Есть только экстремальные проявления опустошающей пошлости, обезличивающей банальности и разрушительного примитивизма. 
За чтением переписки Ханны Арендт и Гершома Шолема. Шолем, прочитав книгу "Банальность зла", воспринял её критически, даже болезненно. Ему не понравился и сам термин "банальность зла", который показался ему слишком плакатным, похожим на лозунг.
Арендт отвечает на критическое письмо Шолема очень точными словами.
"Насколько я знаю, ещё никто не употреблял это слово [банальность зла - А. Б.]. Но это не так важно. Я сегодня убеждена в том, что зло всегда может быть только крайним (immer nur extrem), но никогда - радикальным (niemals radikal). Ведь у зла нет никакой глубины, нет ничего "демонического". Глубина и радикальность есть только у блага (das Gute)".
Неправда ли, очень точно? Херсон, Буча, Ирпень, Харьков, Винница, - это свидетельства того, как плоско и завистливо зло в своем экстремальном проявлении. Как оно бесчеловечно и бессмыслено... 
Глубина и смысл есть только у блага. И в этом наша надежда и сила...

Светлана Коппел-Ковтун
Думаю, что глубина у зла всё-таки есть, иначе ведь и ад невозможен, а он есть. Вопрос в том, куда смотреть. Демонизация возможна, князь мира сего - глубина в сравнении с человеком вне Бога. Понятно, что в сравнении с глубиной Бога демоническое мельче, но это не значит, что и в сравнении с человеком. Человечность - это пребывание в Боге, а бесчеловечность - выпадение из Бога. Но выпавший не остаётся в этом, он падает ниже и глубже. Правильнее задаться вопросом: есть ли предел падению человека? Предел, вероятно, демоническое. Глубже демонического не упадёт, но в сравнении с человеком вне Бога это глубина (как говорил прп. Серафим Саровский, меньший из демонов может ногтем перевернуть землю)...

" ... я не могу претендовать на то, чтобы вас понять. Если в вас есть что-то уникальное, то, которое мне нужно, я могу к нему прийти и им обогатиться только в пространстве вашего собственного роста – в пространстве, в котором вы сами не знаете, кто вы. А эмпирического человека я и не должен понимать и в принципе не могу понять. Поэтому можно сказать, что одним из самых больших, так сказать, преступлений против бытия является наша мания и желание обязательно понимать других людей. Людей нельзя понимать, с ними можно только соединяться и сотрудничать в пространстве, в котором еще нет ни меня, понимающего, ни его, который должен быть понят, и что-то там будет происходить, к чему приложим термин «понимание»"
Мераб Мамардашвили

Мне кажется, что мы понимаем друг друга только выходя за пределы себя - в Бога, в дело, в предмет. В Боге мы понимаем бога в другом богом в себе - это личностное измерение. Но есть и другое, более фрагментарное - живописец живописца понимает в пространстве живописи, музыкант музыканта в пространстве музыки и т.д. Но если мы присмотримся, то и здесь без Бога не обходится.

Что меня более всего удивило и шокировало (до потери дара речи в ситуации - в голове не укладывалось происходящее) при обращении к врачам с моей послеоперационной проблемой? Бесчеловечность! То, что я встречалась не с лекарями, а с какими-то странными чиновниками, надзирателями по сути. Моё здоровье их не волновало, причинённая мне травма была лишь поводом для их страха, что я могу обратиться в суд, который они компенсировали беспричинной ненавистью ко мне («брат» за «брата» в мед. корпорации стоит против пострадавшего пациента - они так это видят, иначе глядеть большинство уже не умеет). Хотя я не искала виновных, ничем не грозила, просто искала помощи и не находила её. На меня не смотрели как на того, кто нуждается в специализированной мед.помощи, лишь искали способ обвинить, приговорить, опустить, оскорбить - полное расчеловечивание. Медицинский фашизм или дурдом (мне казалось, что я среди душевно больных, а не среди докторов, или в зале суда среди людоедов; человека, тем более страдающего, нуждающегося в помощи, во мне не видели). Будучи пострадавшей, я я не искала виноватых и не обвиняла (я была безопасна!), но меня обвиняли! Меня слышали по-своему, во мне видели потенциальную угрозу для мед.корпорации, условно говоря, и потому искали опровержение своей вины. А надо было искать способ решить проблему, оздоровить, исцелить недуг. Проблемой была не моя травма, причинённая докторами, а моя личность - я. Меня хотели устранить, сделать несуществующей или как бы не существующей (не убивать же!), а не вылечить. Газлайтинг вместо помощи - это уже не медицина.

Ошибка ЛОР-врача (досрочно снятый шов и разгерметизация множественных лимфоструктур лица, заражение лимфы, а перед этим ошибка стоматолога, травмировавшего челюстную кость бормашиной, но скрывшей факт травматизации - она даже антибиотик не назначила, ЛОР-операция - результат её ошибки или, скорее, халатности) послужила триггером и запустила каскад патологических процессов, с которыми мне пришлось бороться самостоятельно - при некоторой поддержке непрофильных докторов (в нарушение корпоративной этики, разумеется, ибо в таких случаях корпоративная этика направлена против человечности). Я была в очень опасном и болезненном состоянии, у меня не было ни времени (гнила заживо), ни сил на борьбу с корпоративными подлостями и странностями. Только остановив гниение (три месяца на антибиотиках), я нашла (наскребла) силы на МРТ - чтобы доказать свою правоту (невиновность! - как это странно звучит) перед бесчеловечной машиной мед.короративной лжи и увидеть масштаб беды, а так же чтобы увидеть результаты лечения антибиотиками.

Со временем я поняла, что разгерметизация в районе рано снятого шва (остальные сняли намного позже) и связанные с этим процессы заражения глубинных структур лица изнутри  усилилась за счёт детской травмы. В возрасте около трёх лет я упала на лестнице, пролетела несколько пролётов - у меня во весь подбородок шрам с тех пор (зашивали).

Таким образом остаточное воспаление уже после антибиотикотерации перебросилось  (где-то через полгода, если не ошибаюсь, или даже позже) на поврежденные в детстве структуры и разошлось дальше. С правой стороны, где первый снятый шов, был поражен и глазной нерв, воспаление позже перешло на левый глазной нерв и дальше перебросилось на левую щёку, где, вероятно, были остаточные явления детской травмы.

Пишу об этом, чтобы зафиксировать - на память, т.с.

Со дня операции (во всём, наверное, удачной, кроме этого рано снятого шва,  и несмотря на неправдивые сведения в документации) уже прошло 3 или 4 года - не хочу доставать бумаги, проверять, мне это не нужно сейчас. Все эти годы, изо дня в день, я живу в сражении с последствиями докторских ошибок. По врачам не хожу - нет на них сил, занимаюсь самолечением (точнее оздоровлением), ибо другого выбора мне не оставили. Может и хорошо, что так... Многие в подобной моей ситуации, надеясь на докторов, получили дефицит тканей и стали инвалидами,  не исключен и летальный исход. Так что всё как в известном анекдоте: «Будем лечить или сам помрёт?»...

Есть, конечно же, пока ещё есть настоящие доктора - человеки в первую очередь, а не чиновники и члены корпорации, но их всё меньше. В новой постчеловеческой медицине останется ли для таких место? Не уверена... Системная бесчеловечность и даже античеловечность (антихрист) - главная черта времени, в которое мы пришли (пока не вполне, но уже пришли). А что значит «системная»? - это значит, что любой человек, оказавшийся внутри системы, будет системой перестроен под себя или выдавлен из системы.

* * *

Описанное выше - системное явление, т.е. речь не о том, что какой-то врач - плохой человек. Нет, речь о другом. В такой системе человечности нет места, оставаться нормальным, человечным - личный подвиг неподчинения системному злу, что-то вроде святости.
Мы имеем дело уже с постмедициной - тем, что создалось вместо медицины для существования в постчеловеческом мире (антихристовом).

* * *

Время лекарей прошло, настало время инквизиторов от медицины (так вот он какой - «старший брат»!). Надзиратели за порядком - установленным, разумеется (в чьих интересах?), и этот порядок касается и состояния тела (что делать с ним, как пользоваться им, что колоть и принимать). При этом сам человек перестаёт быть субъектом, он лишь объект манипуляций, спущенных свыше. Нарушение протокола, даже преступного, вредного для здоровья - вот новое преступление. Закон природы заменен в сфере здоровья законом человеческим. Культура против биологии? В известном смысле - да, но скорее не культура, а антикультура восстаёт и на биологию, и на природу человека, и на человека, и на Бога - ибо и Бог сопряжен с природой человека.

Не преодолев Бога в человеке, нельзя преодолеть человека. Но Бог преодолим - со стороны человека можно закрыться, в том числе социального человека (можно закрыться толпой, став человеком толпы - только им!). Можно закрыться и биологически - думают некоторые негодяи, готовящие биологический прыжок человечества в постчеловеество, но они не берут в расчёт Христа, ставшего человеком по плоти (т.е. биологически). Христос им не позволит довести своё нечистое дело до конца - придёт спасать и вынет вновь человечество из постчеловечества.