Дневник
Записанный текст обычно содержит не одно слово, а много слов - окружение того или иного записанного слова наделяет его свойствами речи. Сам порядок слов указывает путь формирования высказывания.
Проще о том же можно сказать: контекст важнее текста. Хотя Ницше, конечно, многограннее. Он говорит о музыке, которая, кстати, может считываться и в записанном тексте - просто она между строк, а не в строчках.
Другое дело, что говорящий всё это более наглядно демонстрирует, а в записанном формате это не всякий умеет обнаружить.
Наиболее понятным в языке бывает не само слово, а тон, ударение, модуляция, темп, с которым произносится ряд слов, - короче сказать, музыка, скрывающаяся за слогами, страстность, скрывающаяся за музыкой, личность, скрывающаяся за страстностью, т. е. всё то, что не может быть написано.
Ф.Ницше
Существует пятьдесят способов сказать слова "да" и "нет" и только один способ написать их.
Б.Шоу
Исследователь - одно, а педагог - другое. Хотя всякий исследователь богат неповторимым опытом, не каждый может передать другому этот опыт. Педагог подстривается под ученика, чтобы тому было удобнее приобретать знания, но в случае желания приобщиться к опыту исследователя ученик сам должен искать удобный способ, чтобы его заполучить, т.е. в данном случае ученик не то чтобы подстраиваться должен - скорее настраиваться на волну исследователя (прикладывать усилия), а исследователь имеет внутреннее право следовать в своём русле без оглядки на непонимающих его и навязанных ему «учеников».
Исследователь только в одном случае превращается в преподавателя - когда перед ним искренний вопрошающий, т.е. по сути друг, собеседующий с ним по теме его исследований (теме, которая его самого волнует настолько сильно, что он всего себя отдал исследовниям в этой области).
Благо, если в одном лице хорошо уживается исследователь и учитель - такой становится великим учителем.
Жизнь человека суть форма спасения - от зла. Она больше противостоит мёртвости, чем смерти, потому что смерть может стать переходом не в смерть, а в Жизнь Вечную - для живого.
Человек спасается от зла - внешнего или внутреннего? В ответе на этот вопрос кроется множество заблуждений, ибо если кто ответит - от внутреннего, то непременно забудет, что внутреннего без внешнего не бывает. Следовательно нельзя уходить в себя и заниматься только собой. Если же кто ответит, что от внешнего зла, от социального зла, от зла, которое причиняет человек человеку или группа людей - человеку или другой группе, тот легко превращается в борца с социальным злом, которое понимется всеми по-разному, не говоря уже о средствх на пути к достижению цели (они зачастую злы, а значит добываемое таким образом добро - фиктивно).
Человек заперт в этой дилемме и кажется, что без шансов на выход из тупика. Неужели спасение от зла в этом мире вполне неосуществимо?
Помню как было непросто спорить с представителями иных вероисповеданий на тему войны и защиты отечества с оружием в руках. Православные привычно вставали на сторону принявших меньшее насилие ради избежания большего, в отличие от многих инославных. Кто правее? Кто больше факторов учитывает?
Когда идёшь по той или иной проторённой дороге, вооружившись правильными чужими ответами, спор окрашивается в простые тона, не знающие полутонов и теней. Искать же самому ответы намного сложнее, зато вся доступная палитра красок жизни становится освоенной в душевном опыте и поиске.
Спасение от зла внутреннего осуществляется посредством противостояния злу и внутреннему, и внешнему, причем надо реализовать вовне то, о чём мечтаешь внутри. Иначе невозможно избавиться от зла внутреннего, чем посредством преодоления зла в себе и вовне - ради другого. То есть мы защищаем от зла другого и так защищаемся от него сами (это касается и зла внутреннего, и зла внешнего). Только такой ракурс помогает выбраться из тупика и увидеть двуединую задачу жизни - спасение себя и другого одновременно, а это объединяет внешнее и внутреннее противостояние злу.
Внутреннее реализуется во внешнем. Как? Какое внутреннее, таково и внешнее.
* * *
Полученная от других жизнь вообще - форма, а содержанием наполняет эту форму сам человек. В любом случае он спасется - от холода, голода, от ненужности, от одиночества, но есть и более высокие смыслы - спасение от ложности и лживости, от злобы, гнева, агрессивности, завистливости.... Жизнь - форма спасения от всего, что не есть жизнь и что мешает или вредит жизни (т.е. от зла). Добро укрепляет, укореняет жизнь в жизни, а зло, наоборот, искореняет жизнь из жизни.
Вдохнувший кислород Слова, научившийся его добывать во имя жизни, уже не может без него обходиться (жить). Слова важны для тех, кто не говорит со Словом. Тот же, кто вкусил от общения со Словом, интересуется лишь словами, в которых живёт Слово - они горят, светят и зажигают. Просто слова - тусклы, бледны, не исполнены жизнью, скучны (бессмысленны).
Человеку можно оставить все слова, но отлучить его от Слова, и человек быстро утратит человечность и перестанет мыслить.
Это очень точно сказано: «побеждают те, чье "мы" окажется прочнее». У меня есть столь же важная мысль: «ложное МЫ рождает ложное Я». Тут есть над чем всерьёз поразмышлять - пока есть время для этого. Технологии подмен активно подменяют МЫ истинное ложным, а потому надо искать критерии различения. Помнится был в сети ролик с овцой, которая выросла среди собак, и все её повадки были собачьими, но она ведь оставалась овцой. А как с людьми? Вероятно, иначе. Овца не может перестать быть овцой, а человек может перестать быть человеком - расчеловечиться. Тем более может перестать быть русским или французом, немцем... Или не может перестать быть французом, немцем, русским? Можно впитать в себя множество культур и чувствовать себя дома всюду или таки не всюду? Датчанин Даль стал русским - он приобрёл или потерял? Когда теряют и когда приобретают - каковы критерии? «Что немцу хорошо, то русскому - смерть» - а если человека изъять из его принадлежности к народу, что станется с этим феноменом? Тема МЫ преогромна и очень актуальна. Теперь не по-замятински, а как-то иначе. Хотя и прежнее - всегда актуально, но пора икать иное понимание - могущее спасти, возможно.
Каким образом люди выбирают, чью сторону принять в международных конфликтах? Василий Гроссман писал: побеждают те, чье "мы" окажется прочнее. А границы нашего "мы", как и границы нашего тела, мы осознаем по сигналам боли от столкновения с внешними предметами. Мы принадлежим к тем сообществам, чьи страдания причиняют нам наибольшую боль, - это и есть наша непритворная общественная позиция. Все остальное маскировка.
Александр Мелихов. ВК
Прочитала в комментах к тексту о Платонове: «Платонов - это Бах русской советской литературы». Задумалась. Пожалуй, нет. Но общее есть - целостность, приобщённость.
Я когда-то нарисовала картинку - простую, но по-своему замечательную. Она получила название «Бах». И сейчас я понимаю, что она подходит и Баху, и Платонову - удивительно!. Я Баха ощутила так: это был в наивном стиле нарисованный человек - яркое, солнечное (желтого цвета) лицо подростка (похожее на лицо Малыша из советского мультика про Карсона)- на фоне неба, которое всеми цветами радуги повторяло его профили. Всё небо - стык в стык профили. Это человеческое небо.
Не земное, небесное - и человеческое. Полнота человечности, которая как мечта живет и движет человека. Это очень динамичная картинка. Небо, как море волнуется - профилями.
Почти детский рисунок акварельными красками, используемыми, как гуашь. Образ получился точным. И лицо не детское и не взрослое - юношеское, наверное. Жаль, не сохранился рисунок...
Из разговор с подругой
Общаясь с гением посредством его творений (личное общение с гением - отдельная тема, ибо не всё в нём суть гений), надо открывать свои окна и форточки, а не лезть в его. Чужие окна не во всём подходят, они могут быть опасными (его путь - не мой путь), не говоря уже о приличиях. А смысла лезть в чужое окно никакого. Тут скорее форма заражения жизнью важна - против мёртвости обычного у людей. Живость другого - спичка, которой человек должен зажечь свой собственный костёр. И на этом костре он должен сжечь свою мертвенность, чтобы воскреснуть из пепла к новой жизни.
Гения понять правильно способен только гений - т.е. тот, кто отрыл, кто распахнул себя и своё навстречу Вечности и Бесконечности.
Полюбивший гения сам становится гением, если правильно относится к чужой гениальности.
Односторонность... Не люблю её в людях. И даже боюсь. Она губит...
Человек может ошибаться, может чего-то не знать, но тогда он обязан помнить о своём незнании. Односторонность - не знает, что она односторонность.
Тот, кто готов признать себя дураком - умнее того, кто не готов.
Дурак тот, для кого неглавное стало главным. Да, у людей бывает разное главное, и это - нормально. Но есть такое главное, которое, если его не разделять с близкими, способно разрушить близость. Главное должно быть общим для близких людей.
* * *
«В главном - единство, во второстепенном - свобода, и во всём - любовь». Что есть главное, и что есть второстепенное? И что значит «во всём - любовь»? Люди думают, что понимают слова, которые привычно произносят, но это заблуждение.
Прав ли тот, кто стремится к проникновению, к пониманию? Для себя прав. Но для другого, возможно, нет. Другой сам выбирает - понимать слова или грезить о них. И ему не обязательно понимать, если сопротивляется. Не всем важно глубоко понимать. Кому-то глубина не по силам или он не в силах будет понести плоды глубокого понимания.
Да и само понимание - разное. В одном измерении - одно, в другом - другое... В зависимости от главного, которым живёт человек. В зависимости от того для чего и почему он хочет или не хочет понимать, от того, кто в человеке (какая роль - функция) имеет отношения с пониманием - кто играет или нет в эту игру. Понимание доступно не каждой из возможных ролей.
* * *
Быть разумным - не сложно, достаточно знать, понимать, ощущать свои границы. Когда ты хорошо знаком с самим собой и понимаешь в чём силён и в чём слаб, когда понимаешь, что и в том, в чём ты силён, есть (могут быть) слепые пятна, ускользающие от твоего внимания (не понимания, а внимания - т.е. куда ты просто не посмотрел и потому что-то не увидел) - это трезвомыслие.
Познавший себя и свои границы может оценивать и границы другого, а значит может строить отношения в трезвом уме.
Сегодня люди ошибочно боготворят т.н. «своё мнение», а раньше, наоборот, были склонны к изучению проблемы, к исследованию - т.е. были открыты навстречу истине, а не закупорены в том или ином понимании. Это - знаковый плод технологий оболванивания, которые внедряют в головы определенного направления нарративы и удерживают в них. Обработанный ум боится прозреть и убегает от всего, что ставит под вопрос навязанное извне «мнение».
Своё мнение - глупость, оно, как правило - не своё, а привнесенное извне социальными технологами (мыслительная установка). Кроме того «своё мнение», как правило, одностороннее, ибо не основано на всестороннем исследовании вопроса (т.е. вне поля зрения остаётся множество значимых, зачастую решающих, факторов). В-третьих, оно, как правило, агрессивно по отношению к истине, ибо ложно и при этом самоутверждается (т.е. оно направлено в ложном направлении).
Мыслящий человек - это тот, кто ставит под сомнение своё мнение - снова и снова, а не тот, кто цепляется за своё мнение как единственно верное. Именно такая критичность - залог мировоззренческой устойчивости.
ПРАВОславие = правильно славить, т.е. можно и НЕправильно славить (славить - не хулить!). Неправильно это как? Не душеспасительно, а душегубительно.
Сектантство губит и разум, и сердце.
Причём правильно славить - это не о словах, в первую очередь это о личности человека, о жизни личности. Слова правильные приходят только из правильного внутреннего состояния. Хорошо бы и устроения, но устроение приходит со временем как нечто более основательное - т.е. более устойчивое и длящееся состояние (способность длить себя в верном состоянии, стоянии, приходит не сразу).
Это похоже на пение по нотам - не всякий, кто звучит, поёт. Да и слух есть не у всех, но развивать его - по силам каждому. Что для этого нужно? Надо научиться отличать, узнавать фальшивые ноты, чтобы не путать музыку и шум.
Можно так ложно славить Бога, что это будет равносильно хуле.
Мы носим бремя своей глупости и глупости ближних, пока оно не становится непосильным - пока не начинается тот или кризис. Возможно, главное в кризисе именно это - глупость достигла критического предела, с ней надо что-то сделать. Надо осмыслить происходящее, понять в чём причина проблем - где и когда они начинаются.
Чем более осведомлен человек, тем в более далёкие дали он может обратиться мыслью в поисках ответа. Мудрость тогда - в знании пределов и способности их переходить, когда надо, понимая, что это переход в запределье.
Глупость - это отсутствие понимания. Но вот рука, которая отдергивается от горячего - она же не понимает, что делает, но делает. Человеческая глупость и на это не способна - именно потому, что человеческая. Человеческую глупость можно сделать глупее, чем она есть, внушив ей мнение о себе - будто она понимает (рука этого о себе не мыслит, а то бы кто знает что она натворила - рука просто подчиняется мозгу). А человеческую глупость можно завести в любые дебри - так чтобы даже путь немыслящей руки из примера выше был для неё невозможен. А это какой путь? Путь послушания чему-то большему, чем ты, но единому с тобой.
Вот этот выход за пределы себя, способность быть в контакте с тем, что больше меня - дар, позволяющий нам общаться с Богом, и, в то же время, возможность для политтехнологов менять нашу идентичность, подменяя собой Бога (высшую инстанцию, которой я хочу по природе своей подчиняться как благу). Вот тут проступает суть понятий Христос и Антихрист. И тот, и другой пользуются одной природной клавиатурой в нас, но для противоположных целей. Один действует в наших интересах и за нас, другой - против нас (в том числе против нас как Целого).
Иисус сказал ему: если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твоё и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною.
Мтф 19:21
Заметим, что не всем надо продавать имение, кому-то надо принимать в своём имении тех, кто продал своё. Служения - разные, ибо призвание у каждого своё. Призвание - путь к себе настоящему, к себе, который может любить и пребывать в своей подлинности. Можно ведь оставаться имеющим как не имеющий, т.е. сердце человека должно быть отдано не столько имению, сколько любви. Совсем не отдаваться земным делам невозможно - не станешь хорошим делателем, но делая земное, надо делать небесное.
Что бы я ни делал, сердцем своим я должен исполнять некий танец любви в пользу Бога и ближнего - чтобы быть живым. Только важно различать любовь и человекоугодие, т.к. последнее - антипод любви.
Есть два вида расслабленности - одна от недостатка напряжения, а другая от переизбытка. Лечатся они по-разному.
Если про недостаток всё более-менее понятно, то пример переизбытка напряжения - пружина, которую долго сжимали. В какой-то момент она так расслабится, что это не по силам расслабленному от недостатка напряжения.
Или, проще, попробуйте бесконечно долго сжимать кулак. У вас ничего не выйдет - в какой-то момент он расслабится. Хотя, наверное, может и оцепенеть в напряжении - что гораздо страшнее и опаснее.
Если Бог меня любит, несмотря на моё несовершенство, если Бог прощает мои проступки и вины, то разве могу я осудить другого человека - такого же немощного, как я? Только если забуду о своих грехах.
Но в этой глубокой истине есть ловушка для малоопытного ума, который готов простить не только злодея, но и зло (ибо не может вполне отличать зло от добра). Не став ещё Христовым, не научившись разделять в себе божественное и человеческое, человек намеревается человеком в себе действовать как бог, и обманывается. Происходит не обожение человека, не движение в сторону Богочеловека Христа, а обратное - движение в сторону человекобога, Антихриста.
Чтобы действовать как бог, человек должен стоять внутри себя в Боге, а не в человеке.
Человеку подобает смирение и прощение, но важно каков мотив того и другого, какова двигательная сила - чтобы и то, и другое было настоящим, а не имитационным.
Человек думает гордо: это моё видение, моя точка зрения. А философия ему говорит: проверь сначала насколько это видение действительно твоё. Как правило, на деле люди не имеют СВОЕГО видения, но рядятся в чужое, как своё, и думают, что так и должно быть. Это ошибочное суждение.
Довольство собой (антагонист истинного счастья) - грех, в том числе когда человек приписывает себе не своё, а своё не ищет, потому что ему и так хорошо - удобно, комфортно. Кому довольно мишуры, тот не пойдёт искать подлинное - настоящее Своё.
Цену имеет только ЛИЧНО добытое, оно всегда новое, даже если кто-то об этом уже говорил. Потому что новый ракурс смотрения открывается - всегда новый.
И это ЛИЧНО добытое должно быть в согласии с тем, что ЛИЧНО же добыто другими. Подлинное разных людей - различно, но едино.
В нашей жизни много несоразмерных вещей, потому бывает сложно говорить тому, чей глаз привычно видит только огромное, о том, что видно, образно говоря, только под микроскопом. И даже проще: тот, у кого глаза привыкли смотреть только на вещи размером со слона, не может заметить различия на уровне вещей размером с курицу и, тем более, муху (верно и обратное)*.
Это очень удобно для нечистоплотных манипуляторов: направил массовое внимание на вещи одного уровня, а изменения произвёл на вещах другого уровня - гарантировано никто не заметит подмен, кроме тех, кто всегда трезвится мыслью.
-------
* Точно так же смотрящий налево не видит того, что справа. И чтобы видеть хотя бы отчасти всё, надо расфокусировать зрение.
Мой метод - поэтический, он непонятен и страшен тем, кто привык только к рациональным выкладкам (рациональный ум заперт в рамках рацио).
Чтобы не бояться, надо понять суть метода, а его суть - в свободе, которая рациональному уму не по силам, потому ему и страшно (знает, что не справится).
Чтобы познать себя, надо выходить за свои пределы - снова и снова, и снова. Надо знать свои пределы, исходить их вдоль и поперёк. Это - познание себя. И тому, кто себя познал, это уже не страшно. Ибо он не просто умом знает, но опытно то, чего никаким рацио нельзя достичь.
Рацио - не царь, а слуга. Поклонение рацио, обожествление рацио - разновидность рабства, и нынешний мир, превращающийся в ад, как раз плод такого поклонения.
Я слышу мысли людей. Не слова, а энергию, которая может быть облечена в те или иные слова. Я слышу КАК думает человек, наблюдаю его внутренний космос, и потому мне бывает трудно общаться - невольно реагирую на то, что слышу (сам человек обычно не подозревает насколько он внутренний виден извне). Иногда меня переполняет восторг, иногда ужас, иногда смятение - это зависит от того, что транслирует вовне другой человек.
Не всегда удаётся отрешиться от того, что наблюдаю - это во многом зависит от воспринимаемых содержаний, от того, насколько они значимы: опасны или, наоборот, прекрасны.
Зряч тот, кто наблюдает процессы, а не тот, кто примыкает к какому-то мнению.
* * *
Социальный человек - это сумма самодвижимых процессов, которые сейчас под технологиями расчеловечивания. Эти технологии работают безотказно на тех, кто не наблюдает за процессами (внешними и внутренними). Так называемая «мёртвая жизнь» (всё механическое, алгоритмичное), которая в нас, взята в плен злодеями, а живая жизнь - это только Господь в нас. В Господе можно удерживаться и сокрыться до некоторых пор, но придёт время, когда зверю последних времён будет дана власть побеждать и святых.
