Дневник

Тест на самоидентификацию, помогающий искать ответ на вопрос «Кто я?». Я получаюсь всеобщим человеком - во мне есть всё это :)))
 

Поэт в нас - это святой в нас. Почему же понятия «поэт» и «святой» не тождественны? Потому что святость предполагает не только бытие внутри, но и соответствующее внешнее взаимодействие. Поэты редко им обладают, хотя всегда жаждут, ибо знают вкус творческой молитвы и влекутся ею.

Прп. Порфирий Кавсокаливит говорит, «чтобы стать христианином, нужно иметь душу по­эта, нужно стать поэтом. “Грубых” душ Христос не желает иметь рядом с Собой. Христианин, пусть лишь тогда, когда любит, является поэтом, пребывает в по­эзии. Поэтические сердца глубоко проникаются любо­вью, закладывают ее внутрь сердца, обнимают ее и глу­боко чувствуют».

Для святости нужно не только, чтобы моё поэтическое Я жило в Боге, но и чтобы Бог обитал во мне безпрепятственно. Я в Боге делает поэтом, а не святым. Однако святым становятся, проходя стадию поэта, пусть и без написания стихов (как бы сокращённая версия поэта). Поэт вполне разворачивается в поэте, а не в святом, хотя и некоторые святые были вполне поэтами. 

* * *

Всё дурное, что только может подумать обыватель, никогда не долетает до поэта - он всегда выше той точки, куда целится обыватель. Обыватель видит в поэте своё, а не поэтово, потому что аоэтово можно видеть только поэтом в себе.

Самость всегда не о том, о чём православие, православная самость не исключение. Самость не то ищет, не туда смотрит, не тем интересуется, не тем работает, действует, не ради того напрягается. Самость вообще про другое - она не о Христе, она против Христа, ибо хочет быть вместо Христа.

Дар даётся  даром, а не развивается своими усилиями, хотя его, конечно, можно развивать - при наличии, т.е. работать им и приносить Богу «прибыль». Исихия - это состояние, в которое можно входить, но, вероятно, не всем*. Не всем и надо. Проблема в том, что об исихии нельзя рассуждать внешним образом, только внутренним. Она сродни поэзии. Можно читать стихи и даже что-то в них понимать, но поэтом не быть. Однако чтобы действительно понимать поэзию, надо быть поэтом. Поэзию понимают поэтом в себе. Так и исихию понимают исихастом в себе. Всё, что можно понять извне этого опыта, недостаточно для его понимания.

Из дискуссии в сети

----

* Только одарённым этим даром - почему они одарены вопрос к Богу; возможно, тетраморф отчасти может проиллюстрировать этот вопрос (4 модуса человечности).

Тетрамо́рф — в иудео-христианском вероучении и богословии крылатое существо из видения пророка Иезекииля с четырьмя лицами — человека, льва, быка и орла. В Откровении Иоанна тетраморф представлен в образе отдельных четырёх апокалиптических существ — стражей четырёх углов Трона

"Один из самых глубоких видов прощения - оказать обидчику сострадательную помощь. 
Это не значит, что вы должны совать голову в змеиное гнездо, - просто нужно действовать с позиции милосердия, защищенности и подготовленности."
"Прощение - это вершина процесса, состоящего из отключения, превозможения и забывания. Оно подразумевает отказ не от защиты, а от холодности.
Одна из глубоких разновидностей прощения - перестать отгораживаться от человека, то есть перестать держаться с ним натянуто, пренебрежительно или холодно и при этом не впадать ни в пренебрежительный, ни в лицемерный тон. Для души-психики лучше строго ограничить общение с людьми, которых вам трудно видеть, чем вести себя как бездушный манекен.
Прощение - творческий акт. Для этого у вас есть большой набор опробованных временем методов. Можно простить на время, простить до каких-то пор, простить до следующего раза, простить, но не дать больше шансов - это своеобразная игра, если ее продолжать.  Можно дать еще один шанс, еще несколько шансов, дать много шансов, дать шансы при условии. Можно простить часть или половину обиды, а можно всю целиком. Можно устроить всепрощение. Все зависит от вас."
"Как понять, что вы простили? ... У вас в памяти не остается ничего, что можно было бы сказать по этому поводу."
Кларисса Пинкола Эстес, юнгианский психоаналитик

Я бы уточнила: в памяти сердца - не ума, на чувственном уровне тишина и даже некоторое сострадание - это прощение. Ум может помнить, может забыть. Ум про другое.

Смотря на женщину, важно увидеть её мужа - его руку, его почерк, его росчерк, который он оставил на её облике. Украсил её или, наоборот,  испортил? Дал ей жизнь или лишил её жизни, хоть и не убил физически. Создал её или разрушил?

Вклад мужчины в женщину преогромен, как и вклад женщины в мужчину. Они оба - творят своего партнёра, своего другого. Красота или уродство - от Бога, красота или уродство - от ближнего...  Это разное.

Хороши супруги, созидающие прекрасное друг в друге. Плохи - разрушающие прекрасное друг в друге. А бывает и так, что сначала разрушают, а потом созидают. Или кто-то один сначала лишь разрушает, а потом, наученный, спохватывается и бывает, что не слишком поздно.

Развод случается, когда поздно или когда никто никого не хранит.

Любовь в нас ищет, что в человеке удалось, чтобы полюбоваться, а страх*, наоборот, ищет, что в человеке не так - ибо боится, перестраховывается. В любви нет страха т.к. он не туда смотрит и не позволяет любви поселиться в сердце. Потому на другого надо смотреть, высматривая прекрасное, а не дурное: не что в нём не так, а что в нём так - и радоваться.

Такая радость создаёт прекрасным и ближнего, на которого я смотрю, и меня самого.

---

* В лучшем случае страх, в худшем - самость, которая хочет подняться за счёт «опускания» ближнего.

Можно ли быть православным, не понимая православие? Можно! Достаточно просто быть человеком с чистым сердцем. То есть, вопрос не надо сводить к понимаю - в деле спасения оно вторично. Однако понимание - крайне необходимо для тех, кто любит поспорить. Странно, но встречаются православные, мнящие себя православными, для которых спорить важнее, чем понимать. Вот это совершенно неправильная позиция. Спорить вообще невозможно, не понимая - это будет просто скандал, а не спор. Потому, прежде чем оспаривать другого, надо потрудиться понять его. Спорящий же, не понимая того, что сказано другим - безумен и спорит не об истине, а о доминировании.

* * *

Христианином делает человека Христос, а не катехизатор.  То есть, вне приобщения вся катехизация - ни о чём. Именно это мы сегодня наблюдаем. Значит акценты расставлены неверно. Проблема не в отсутствии катехизации (её продавливают взамен подлинного приобщения - любовью во Христе). Не в ту сторону уклон. Именно этот уклон погружает пастырей и паству во взаимные претензии - вместо любви.

* * *

Возможна ли святость без катехизации? Да, возможна.

* * *

ДАЖЕ ЕСЛИ ДЛЯ ОДНОГО ЧЕЛОВЕКА СВЯТОСТЬ ВОЗМОЖНА ВНЕ КАТЕХИЗАЦИИ, ЗНАЧИТ ОНА ВОЗМОЖНА В ПРИНЦИПЕ. Понимание вторично. И тогда возникает вопрос: что же первично? Первично - приобщение, т.е. благодать. Муштра без приобщения сильно заслоняет Бога.
Изначально это были мысли по поводу того, что люди остаются непросвещенными, годами посещая церковь. Почему? Потому что нет приобщения, нет живого причастия, есть только формальное. Не зря кто-то из св. богословов говорил, что священниками должны становиться только те, кто имел личную встречу с Христом - чтобы приобщать.
Нет подлинного приобщения - нет и горения духа. Зато есть тьма претензий, а претензия - это вместолюбовь.

Душевный человек может быть умным и всё понимать, может быть надрессированным, при этом оставаться недуховным - непросвещённым. Потому первично - приобщение, ибо без приобщения невозможно и дОлжное научение, а без научения святость возможна при условии сердечного приобщения. Сам Христос - Учитель приобщённых.

«А вы не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель - Христос, все же вы - братья; и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах; и не называйтесь наставниками, ибо один у вас Наставник - Христос. Больший из вас да будет вам слуга: ибо, кто возвышает себя, тот унижен будет, а кто унижает себя, тот возвысится» (Мф. 23:8-12).

* * *

Прп. Паисий Святогорец рассказывал, что в древности в Эсфигменском монастыре жил какой-то неграмотный старец-простец, который имел послушание ухаживать за старыми братиями. Как-то раз больной монах попросил у него рыбки поесть. Старец спустился в один из монастырских подвалов, встал на колени возле окна, выходящего к морю, и стал молиться так: «О, Святая Вознесения! Пошли больному старчику рыбки!». И свершилось чудо! Из моря выпрыгнула рыба и, трепеща, упала возле него. Благодаря Бога, он поднял рыбу и приготовил желанное кушанье для болящего старца. Этот незлобивый простец думал, что Вознесения — это какая-то святая. Заметим, что Эсфигменский монастырь построен прямо на морском берегу, и его соборный храм освящён в честь Вознесения Господня.

Большинство из нас, даже ходящих в церковь, так учениками Христовыми и не становятся. Почему? А потому что ничему не учатся. Необучаемые. Нет, они обучаются каким-то простым вещам, например, ходить в церковь. Ну, и воробьи залетают. Подумаешь! И киски заходят. Редко, но и собачки. И это на их спасении никак не отражается. Что значит: пойти за Христом? Это научиться в среду и пятницу соблюдать пост? Да этому любого хомяка можно научить. Так рефлекс выработать, что он будет вполне согласно этому регламенту жить. Что в этом духовного? Да ничего. Так, привычка, и очень даже полезная. Но это ещё не делает человека христианином. А что делает?
Ну, например, если тебя ударили в правую щёку – подставь левую. Вот это уже ни один хомяк не может сделать. Он либо убежит, либо будет зубки свои маленькие скалить. А человек может преодолеть гнев, раздражительность, обиду. И эти качества присущи только человеку и относятся уже к области духовной.
Протоиерей Дмитрий Смирнов

А может учат неправильно? Учить надо благодатью, а не умничанием, как сегодня учат, потому и сказано: «А вы не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель - Христос, все же вы - братья; и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах; и не называйтесь наставниками, ибо один у вас Наставник - Христос. Больший из вас да будет вам слуга: ибо, кто возвышает себя, тот унижен будет, а кто унижает себя, тот возвысится» (Мф. 23:8-12).

Христианином делает человека Христос, а не катехизатор.

Добромыслие - это позитивная трактовка другого, которая «включена» по умолчанию. Вспомним хрестоматийный пример благочестивого игумена, который обходит кельи монахов и одинаково позитивно трактует и порядок в келье, и беспорядок. Кроме того, добромыслие понимает, что большинство людей хотят быть хорошими, только не могут это осуществить в себе на данный момент времени. Почему не могут - отдельная тема, но добромыслие знает, что если только появится такая возможность у другого, он непременно станет по-настоящему добрым, праведным. Все перекосы в людях - проблема пути, движения, растянутости их личности во времени и пространстве и травмированность обстоятельствами, событиями, ложью, другими людьми.

Сегодня же технологиями расчеловечивания большинство людей всё больше втягивается в зломыслие, когда «по умолчанию» включена, наоборот, дурная, недобрая трактовка другого. Стремление обвинить, приговорить, пришпилить ярлык и вознестись над ближним - удобный способ для всего злого в нас, чтобы назначить себя «важной обезьяной» во исполнение животного принципа доминирования. 

Вопрос: Что такое равноправие знают все, но почему именно в финансовом вкладе в семью наблюдается нарушение? 

Мой ответ: Равноправие - это когда одному нужно одно, а другому другое, и каждый имеет возможность получить нужное ему. А вовсе не когда всем дают одну похлёбку: разные у людей нужды и потребности, подлинное равенство понимает различия, а фальшивое мимикрирует под равноправие, а на деле нарушает его. Мужчина и женщина различны - это первично в их отношениях.

Вопрос: Что называют общением с Богом, если не молитву, когда молитва и есть общение с Создателем?

Мой ответ: Общение с Богом - это дыхание духовно живого человека. По-настоящему живым можно быть только в Боге, которым дышишь так же постоянно, как телесно живой дышит воздухом. Такое дыхание и есть молитва (не привычное многим молитвословие, а именно молитва - бытие в Боге).

Что более всего отличает культурного человека от некультурного? Способность поставить себя под вопрос, дар саморефлексии, умение отличать свою личность от своей роли, функции, маски. Этого дара нет у животных, но в отличие от человека животные лишены и дара выхода из своей животной природы, т.е. лиса не может перестать быть лисой, а человек может перестать быть человеком.

Неспособность поставить себя под вопрос ведёт человека к расчеловечиванию, потому что он утрачивает важнейший для наших дней* навык  - пребывать человеком, входить в человека в себе, наблюдать себя как человека. Быть функцией (набором функций) и быть человеком - не одно и то же, и надо уметь видеть эту разницу, чтобы обнаружить свой выход из человека, особенно в условиях внешнего давления - выдавливания человека из человека.

Когда человек убеждён в себе, в своей постоянной «праведности», он по умолчанию умаляет всё, что не похоже на его фантазируемую им «праведность»** - т.е. нормальность, адекватность, реальность в его глазах. Такой человек выпадает из реальности и впадает в грёзы - говоря христианским языком, в «прелесть».

Расчеловечивание - это поначалу выпадение из бытия в функцию, из реальности в грёзу, а потом противостояние невыпавшим (иным в сравнении). Заканчивается это человеконенавистничеством и богоборчеством, противостоянием жизни как таковой и всему живому.

---

* Из-за произвола расчеловечивающих технологий, построенных по духовному принципу - душевные люди не могут им противостоять (душевное по природе вещей подчиняется агрессивному духовному - чтобы сопротивляться ему, надо подняться в духовное);

** Особо плохо с этим у православных, т.е. думать о себе как о праведном они не решаются, зато ощущать себя таковыми привыкли - нет навыка ставить себя под вопрос. Привычка ставить под вопрос других, а не себя сильно мешает православным быть действительно православными - не в своей голове, в а реальности, т.е. перед Богом.

Вопрос: Какая философия и идеология? Люди - всего лишь разновидность приматов.

Мой ответ: Когда не стремятся выше - да, но человек становится человеком в стремлении за пределы примата в себе. В этом отличие. Более того, человека можно превратить в нечто более низкое, чем примат, перенаправив его вниз, а не вверх, так что любая обезьяна будет выше по уровню человечности, чем сам человек. Разница будет в том, что примат ограничен и вверх, и вниз, а человек - неограничен и может расти и падать бесконечно (вечно).

Может ли поэт выйти из поэта в себе? И да, и нет. С одной стороны - выйти всегда можно, а вот войти обратно - не факт. С другой - а зачем поэту выходить из поэта в себе? По сути зачем поэту выходить из Поэта? Куда он выйдет? В себя самого? Грустно, скучно и, главное, жив-то поэт не собой, а Поэтом, ему хорошо быть живым - т.е. в Поэте.

Из Поэта выйти в поэта? Это куда более страдательное состояние на самом деле. А из поэта выйти можно? Поэт потому и поэт, что в Поэте. Кем он тогда станет, если выйдет? Обывателем, как все. Зачем это поэту? Чтобы вести обывательскую жизнь? Да. Без такого выхода обывательская жизнь не удаётся, её трудно вести, пребывая в поэте. Обывательское следует делать обывателем в себе.

Вот корень проблемы. Чтобы быть обывателем, надо перестать быть поэтом, а чтобы быть поэтом, надо перестать быть обывателем. Они противостоят друг другу, мешают друг другу, воюют друг против друга как ветхое и новое, как душевное и духовное в нас.

Отсюда вывод: поэт - это выбор (выбор не выходить из поэта в себе в обывателя в себе). За этот выбор приходится дорого платить - жизнью. Но поэты, как правило, готовы на всё, только не на разлуку со своими поэтическими сокровищами. Правильно ли это? Никто не скажет наверняка, ибо однозначно ответить сложно - выходит слишком однобоко. Очевидно одно: поэтом в себе надо прошивать и обывателя в себе, так же как обывателя в другом надо прошивать поэтом и поэзией. Каждый поэт проделывает это с собой в меру своих сил и умений.

Цветаева в этом смысле более всего была поэтом, т.е. не выходила в обывателя - не умела и не хотела уметь. Средь обывателей она ходила поэтом и тем «драконила» окружающих - иначе и быть не могло (поэт всегда раздражает обывателя избыточностью и кажущейся неуместностью; поэт всегда - лишний, ибо слишком другой,  не для здесь).  На бытовом уровне рядом с поэтом - неудобно и неуютно (как на сквозняке).

При этом важно понимать, что поэт — существо безгрешное и безобидное. Обидеть такого или возводить на него напраслину — грех перед Богом. Поэт в некотором смысле - юродивый.

Фата невесты символизирует Софию, Премудрость Божию - так же, как и фелонь священника. Это угадано Климтом в его картине «Поцелуй» - по ней можно познавать суть мужского и женского.

Женщина софийна по природе. София - дом человека, женщина - дом мужчины как бытийного феномена. Мужчина входит в женщину, как в свой дом. Именно поэтому дом создаёт женщина, а не мужчина, хотя строит его - мужчина. Он строит такой дом, какой нужен (удобен) его жене - для себя же и строит.

Всякая женщина, реализовавшая в себе Женщину - премудрая, как Василиса Премудрая из сказки. Этого не понимают мужчины, которые хотят иметь жену прекрасную и премудрую, но не создают условий и даже мешают ей реализоваться. Мешая, не помогая жене стать Женщиной, мужчина не может стать Мужчиной. Так же и женщина вполне женственна, когда создаёт из своего мальчика - мужа, помогая ему реализовать в себе Мужчину.

ВОПРОС-ОТВЕТ:

Вопрос: В большинстве своём люди стремятся к гарантированно взаимной любви... Любить просто так, без расчёта на ответное чувство, мало кто умеет и хочет.
Мой ответ: Настоящая любовь бескорыстна, конечно, но если говорить о половой любви, то она взаимна (если это любовь).

Талант - это, прежде всего, дар не свихнуться от дара, дар не умереть, выдержать свою одарённость. Слышать и видеть, быть живым посреди ада мира - это и правда дар.

Нести свои крылья - крыльями. Крылья сами себя несут, а человек только терпит и радуется - крыльям. Они хоть и болят, а веселят душу как ничто другое.

Дар - это дар не свихнуться от дара, но не от ада жизни...  Ницше тому пример.

Как пережить то, что пережить нельзя? Как выжить после смертельного ранения? Оно ведь потому и смертельное, что убивает. Это верно как для телесных ран, так и для душевных - только душевное кажется невидимым. Неправда, всё видно и очевидно. Душа торчит напоказ - особенно раненная, тем более - смертельно...

Тебя убили, а ты должен жить. Мёртвым? Только не это! Душа, которую убили - что она может? Жить не собой, а Богом! Собой жить нечем и негде - в этом её трагедия, в этом и её счастье.

Кто убит, но любит, тот живёт. Любящего убить невозможно. Что думают об этом скептики? А разве они думают?

Соблазнить кого-либо в дурномыслие - грех, нельзя давать другому повод помыслить дурное.

Но какой же в таком случае грех - дурномыслие без реального повода и причины, дурномыслие, которое выискивает поводы даже там, где их нет, дурномыслие «по умолчанию».

Дурномыслие отлучает от Бога, потому технологии расчеловечивания ставят людей изначально в ситуацию дурномыслия, из которой выбраться типичный массовый человек не в состоянии. 

Искоренение дурномыслия - путь в светлое будущее, которое отнимают у людей путём помещения масс в различные контексты друномыслия.

Повстречавшись с человеком, невозможно не отпраздновать его человечность. Это жизненная потребность, сродни той, что хочет кормить и оберегать, согревая заботой, дворовых  птиц, котов или собак.
Каждый человек, в котором светится человечность - праздник.

Человечность в нём - словно небесное животное, которое хочется кормить*, лелеять, оберегать, помогать ему жить, быть, действовать. Чтобы сохранить!

Человечность в отдельном человеке - словно явление единого небесного животного (У него, вероятно, 4 образа, 4 способа быть - тетраморф**). Человечность несут на себе, в себе,  она одна на всех. Человечность - это божественное в нас (божественное, но не Бог - бог).

--

* Небесное и кормить надо небесным. Если же человека перестать кормить небесным, человек в нём отомрёт - умрёт от голода. Или же сильно пострадает  от недоедания,  покалечится.

** Тетрамо́рф — в иудео-христианском вероучении и богословии крылатое существо из видения пророка Иезекииля с четырьмя лицами — человека, льва, быка и орла. В Откровении Иоанна тетраморф представлен в образе отдельных четырёх апокалиптических существ — стражей четырёх углов Трона Господа и четырёх пределов рая

Нет такой истины, которую нельзя было бы переврать. Достаточно утратить объёмное восприятие, чтобы истину превратить в нечто плоское и глупое, вплоть до противоположного - в ложь.

Сегодня надо быть предельно внимательными именно к тому, чтобы не утрачивать объёмность мышления. Надо стараться максимально приблизиться к целостному восприятию. Время подмен - это не просто наименование времени, это его суть, его реальность, а значит видеть подмены крайне важно. Надо понимать в чём они и зачем осуществлены, а для этого надо знать истину как опыт.

Может ли человек знать опытно истину? Только Христом и во Христе. Христос - Истина, это актуально для времени подмен, когда всё истинное будет вытеснено и замещено подделками. Христос - Истина, Путь и Жизнь - как раз в этом смысле слова.

Христос - Истина, без общения с Ним опыт истины недостижим.

К святому и чистому человеку зло может приблизиться только через социальное - иначе никак. Социальное - словно ахиллесова пята в святом*. Подменённое социальное наших дней вплотную приблизилось к возможности узаконенной атаки на святых.
Социальное природное (ветхая природа, толпа), социальное конструкт (культура), социальное во Христе (новая природа) - это разное социальное. Конструировать социальное можно и вверх, и вниз.

----
*Поэтому юродивые Христа ради сбрасывают с себя человеческое социальное (толпу), кроме Христового (народ во Христе).
«Толпа есть собрание людей, живущих по преданию и рассуждающих по авторитету» (Виссарион Белинский).
«Н​​​​арод составляют святые, а не толпа людей» (свт. Иоанн Златоуст).

Самость для православного человека - ругательное слово. Но что такое самость? Это то, чем кекс, например, отличается от арбуза, а бегемот от муравья или камня. Без самости мы не отличим одно от другого. Тогда непонятно, за что самость ругают. А понять это важно ещё и потому, что современные социальные технологии, искривляющие сознание, ориентированы на самость и работают с самостью.

Что плохого в самости кекса? Ничего. Что плохого в самости кота? Ничего. Что плохо в самости человека? Она противится Богу*. Чтобы стать Христовым, надо прорасти сквозь самость, выйти за её пределы**. Человек призван стать больше себя как человека - стать богом. Более того, быть человеком он не может иначе, как на пути становления богом - такова его природа. Только дерзание присвоиться вечности, приобщиться к вечному превращает человека в человека. Как зов Божий сотворил человека из обезьяны.

Важна жажда прекрасного, жажда исполнения вечных ценностей, стремление их воплотить в жизни, реализовать на практике преображает человека в человека. Тот же, кто застрял на уровне самости, остаётся лишь продвинутой обезьяной, которая имеет потенциал движения и вверх, и вниз - ниже обезьян. У обезьян такого вектора нет, обезьяна, как и трава, капуста, кекс или камень всегда равна себе и только. Человек же, чтобы действительно быть человеком, должен стремиться за пределы человека***. И если на прежнем историческом этапе мы росли ввысь, преодолевая свою самость (это и было историей человечества), то теперь нас развернули вспять - вниз, и на этом историческом этапе мы преодолеваем свою самость (тождество себе) в движении вниз.

----

* Этим и отличается ветхий человек от нового, во Христе;
** Это и значит «умереть для мира»;
*** В этом правда и неправда Ризомы. Неправда в том, что утрачен вектор движения в вечность как таковую, хотя никто не препятствует стремиться к вечности в себе или вечности в другом (горизонтальные связи). Но в том и дело, что горизонтальная вечность с утратой вертикали тоже исчезает, потому мир постмодерна обречён.

ВОПРОС-ОТВЕТ

Вопрос: Проблема в терминах. В тексте самостью названа совокупность качеств природы определенной сущности (быть кексом, быть муравьем и т.д.).
В психологии, самость - архетип личности.
В христианской антропологии, самость это эгоизм, поставление себя в центр мироздания и потребительское отношение ко всему вне себя.
Поэтому сначала надо договориться о единых терминах - только так возможно взаимное понимание.

Мой ответ: С терминами в этом высказывании всё в порядке. Договариваться или нет - не суть важно. Всё, что надо для понимания высказывания, содержится в самом высказывании.

Вопрос: Без четкого понимания термина смысл высказывания становится непонятен.

Мой ответ: Кто хорошо понимает, что такое самость во всех названных вами ипостасях, у того таких проблем не возникает. Для данного высказывания все различия - второстепенны, ибо они о разных уровнях восприятия одного и того же.

Когда кто-то выпячивает нечто своё напоказ, с тем чтобы похвастаться перед другими, почти всегда это верный признак того, что успех обеспечен кем-то другим, кого не видно. Органичный в своём успехе человек - скромен. Настоящий успех всегда от Бога, и Он как бы делится с таким успешным человеком Своей божественной простотой, потому по-настоящему успешный человек - это ещё и благодарный человек.
Успех - это обретение себя в Боге.