Дневник
Большинство из нас, даже ходящих в церковь, так учениками Христовыми и не становятся. Почему? А потому что ничему не учатся. Необучаемые. Нет, они обучаются каким-то простым вещам, например, ходить в церковь. Ну, и воробьи залетают. Подумаешь! И киски заходят. Редко, но и собачки. И это на их спасении никак не отражается. Что значит: пойти за Христом? Это научиться в среду и пятницу соблюдать пост? Да этому любого хомяка можно научить. Так рефлекс выработать, что он будет вполне согласно этому регламенту жить. Что в этом духовного? Да ничего. Так, привычка, и очень даже полезная. Но это ещё не делает человека христианином. А что делает?
Ну, например, если тебя ударили в правую щёку – подставь левую. Вот это уже ни один хомяк не может сделать. Он либо убежит, либо будет зубки свои маленькие скалить. А человек может преодолеть гнев, раздражительность, обиду. И эти качества присущи только человеку и относятся уже к области духовной.
Протоиерей Дмитрий Смирнов
А может учат неправильно? Учить надо благодатью, а не умничанием, как сегодня учат, потому и сказано: «А вы не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель - Христос, все же вы - братья; и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах; и не называйтесь наставниками, ибо один у вас Наставник - Христос. Больший из вас да будет вам слуга: ибо, кто возвышает себя, тот унижен будет, а кто унижает себя, тот возвысится» (Мф. 23:8-12).
Христианином делает человека Христос, а не катехизатор.
Добромыслие - это позитивная трактовка другого, которая «включена» по умолчанию. Вспомним хрестоматийный пример благочестивого игумена, который обходит кельи монахов и одинаково позитивно трактует и порядок в келье, и беспорядок. Кроме того, добромыслие понимает, что большинство людей хотят быть хорошими, только не могут это осуществить в себе на данный момент времени. Почему не могут - отдельная тема, но добромыслие знает, что если только появится такая возможность у другого, он непременно станет по-настоящему добрым, праведным. Все перекосы в людях - проблема пути, движения, растянутости их личности во времени и пространстве и травмированность обстоятельствами, событиями, ложью, другими людьми.
Сегодня же технологиями расчеловечивания большинство людей всё больше втягивается в зломыслие, когда «по умолчанию» включена, наоборот, дурная, недобрая трактовка другого. Стремление обвинить, приговорить, пришпилить ярлык и вознестись над ближним - удобный способ для всего злого в нас, чтобы назначить себя «важной обезьяной» во исполнение животного принципа доминирования.
Вопрос: Что такое равноправие знают все, но почему именно в финансовом вкладе в семью наблюдается нарушение?
Мой ответ: Равноправие - это когда одному нужно одно, а другому другое, и каждый имеет возможность получить нужное ему. А вовсе не когда всем дают одну похлёбку: разные у людей нужды и потребности, подлинное равенство понимает различия, а фальшивое мимикрирует под равноправие, а на деле нарушает его. Мужчина и женщина различны - это первично в их отношениях.
Вопрос: Что называют общением с Богом, если не молитву, когда молитва и есть общение с Создателем?
Мой ответ: Общение с Богом - это дыхание духовно живого человека. По-настоящему живым можно быть только в Боге, которым дышишь так же постоянно, как телесно живой дышит воздухом. Такое дыхание и есть молитва (не привычное многим молитвословие, а именно молитва - бытие в Боге).
Что более всего отличает культурного человека от некультурного? Способность поставить себя под вопрос, дар саморефлексии, умение отличать свою личность от своей роли, функции, маски. Этого дара нет у животных, но в отличие от человека животные лишены и дара выхода из своей животной природы, т.е. лиса не может перестать быть лисой, а человек может перестать быть человеком.
Неспособность поставить себя под вопрос ведёт человека к расчеловечиванию, потому что он утрачивает важнейший для наших дней* навык - пребывать человеком, входить в человека в себе, наблюдать себя как человека. Быть функцией (набором функций) и быть человеком - не одно и то же, и надо уметь видеть эту разницу, чтобы обнаружить свой выход из человека, особенно в условиях внешнего давления - выдавливания человека из человека.
Когда человек убеждён в себе, в своей постоянной «праведности», он по умолчанию умаляет всё, что не похоже на его фантазируемую им «праведность»** - т.е. нормальность, адекватность, реальность в его глазах. Такой человек выпадает из реальности и впадает в грёзы - говоря христианским языком, в «прелесть».
Расчеловечивание - это поначалу выпадение из бытия в функцию, из реальности в грёзу, а потом противостояние невыпавшим (иным в сравнении). Заканчивается это человеконенавистничеством и богоборчеством, противостоянием жизни как таковой и всему живому.
---
* Из-за произвола расчеловечивающих технологий, построенных по духовному принципу - душевные люди не могут им противостоять (душевное по природе вещей подчиняется агрессивному духовному - чтобы сопротивляться ему, надо подняться в духовное);
** Особо плохо с этим у православных, т.е. думать о себе как о праведном они не решаются, зато ощущать себя таковыми привыкли - нет навыка ставить себя под вопрос. Привычка ставить под вопрос других, а не себя сильно мешает православным быть действительно православными - не в своей голове, в а реальности, т.е. перед Богом.
Вопрос: Какая философия и идеология? Люди - всего лишь разновидность приматов.
Мой ответ: Когда не стремятся выше - да, но человек становится человеком в стремлении за пределы примата в себе. В этом отличие. Более того, человека можно превратить в нечто более низкое, чем примат, перенаправив его вниз, а не вверх, так что любая обезьяна будет выше по уровню человечности, чем сам человек. Разница будет в том, что примат ограничен и вверх, и вниз, а человек - неограничен и может расти и падать бесконечно (вечно).
Может ли поэт выйти из поэта в себе? И да, и нет. С одной стороны - выйти всегда можно, а вот войти обратно - не факт. С другой - а зачем поэту выходить из поэта в себе? По сути зачем поэту выходить из Поэта? Куда он выйдет? В себя самого? Грустно, скучно и, главное, жив-то поэт не собой, а Поэтом, ему хорошо быть живым - т.е. в Поэте.
Из Поэта выйти в поэта? Это куда более страдательное состояние на самом деле. А из поэта выйти можно? Поэт потому и поэт, что в Поэте. Кем он тогда станет, если выйдет? Обывателем, как все. Зачем это поэту? Чтобы вести обывательскую жизнь? Да. Без такого выхода обывательская жизнь не удаётся, её трудно вести, пребывая в поэте. Обывательское следует делать обывателем в себе.
Вот корень проблемы. Чтобы быть обывателем, надо перестать быть поэтом, а чтобы быть поэтом, надо перестать быть обывателем. Они противостоят друг другу, мешают друг другу, воюют друг против друга как ветхое и новое, как душевное и духовное в нас.
Отсюда вывод: поэт - это выбор (выбор не выходить из поэта в себе в обывателя в себе). За этот выбор приходится дорого платить - жизнью. Но поэты, как правило, готовы на всё, только не на разлуку со своими поэтическими сокровищами. Правильно ли это? Никто не скажет наверняка, ибо однозначно ответить сложно - выходит слишком однобоко. Очевидно одно: поэтом в себе надо прошивать и обывателя в себе, так же как обывателя в другом надо прошивать поэтом и поэзией. Каждый поэт проделывает это с собой в меру своих сил и умений.
Цветаева в этом смысле более всего была поэтом, т.е. не выходила в обывателя - не умела и не хотела уметь. Средь обывателей она ходила поэтом и тем «драконила» окружающих - иначе и быть не могло (поэт всегда раздражает обывателя избыточностью и кажущейся неуместностью; поэт всегда - лишний, ибо слишком другой, не для здесь). На бытовом уровне рядом с поэтом - неудобно и неуютно (как на сквозняке).
При этом важно понимать, что поэт — существо безгрешное и безобидное. Обидеть такого или возводить на него напраслину — грех перед Богом. Поэт в некотором смысле - юродивый.
Фата невесты символизирует Софию, Премудрость Божию - так же, как и фелонь священника. Это угадано Климтом в его картине «Поцелуй» - по ней можно познавать суть мужского и женского.
Женщина софийна по природе. София - дом человека, женщина - дом мужчины как бытийного феномена. Мужчина входит в женщину, как в свой дом. Именно поэтому дом создаёт женщина, а не мужчина, хотя строит его - мужчина. Он строит такой дом, какой нужен (удобен) его жене - для себя же и строит.
Всякая женщина, реализовавшая в себе Женщину - премудрая, как Василиса Премудрая из сказки. Этого не понимают мужчины, которые хотят иметь жену прекрасную и премудрую, но не создают условий и даже мешают ей реализоваться. Мешая, не помогая жене стать Женщиной, мужчина не может стать Мужчиной. Так же и женщина вполне женственна, когда создаёт из своего мальчика - мужа, помогая ему реализовать в себе Мужчину.
ВОПРОС-ОТВЕТ:
Вопрос: В большинстве своём люди стремятся к гарантированно взаимной любви... Любить просто так, без расчёта на ответное чувство, мало кто умеет и хочет.
Мой ответ: Настоящая любовь бескорыстна, конечно, но если говорить о половой любви, то она взаимна (если это любовь).
Талант - это, прежде всего, дар не свихнуться от дара, дар не умереть, выдержать свою одарённость. Слышать и видеть, быть живым посреди ада мира - это и правда дар.
Нести свои крылья - крыльями. Крылья сами себя несут, а человек только терпит и радуется - крыльям. Они хоть и болят, а веселят душу как ничто другое.
Дар - это дар не свихнуться от дара, но не от ада жизни... Ницше тому пример.
Как пережить то, что пережить нельзя? Как выжить после смертельного ранения? Оно ведь потому и смертельное, что убивает. Это верно как для телесных ран, так и для душевных - только душевное кажется невидимым. Неправда, всё видно и очевидно. Душа торчит напоказ - особенно раненная, тем более - смертельно...
Тебя убили, а ты должен жить. Мёртвым? Только не это! Душа, которую убили - что она может? Жить не собой, а Богом! Собой жить нечем и негде - в этом её трагедия, в этом и её счастье.
Кто убит, но любит, тот живёт. Любящего убить невозможно. Что думают об этом скептики? А разве они думают?
Соблазнить кого-либо в дурномыслие - грех, нельзя давать другому повод помыслить дурное.
Но какой же в таком случае грех - дурномыслие без реального повода и причины, дурномыслие, которое выискивает поводы даже там, где их нет, дурномыслие «по умолчанию».
Дурномыслие отлучает от Бога, потому технологии расчеловечивания ставят людей изначально в ситуацию дурномыслия, из которой выбраться типичный массовый человек не в состоянии.
Искоренение дурномыслия - путь в светлое будущее, которое отнимают у людей путём помещения масс в различные контексты друномыслия.
Повстречавшись с человеком, невозможно не отпраздновать его человечность. Это жизненная потребность, сродни той, что хочет кормить и оберегать, согревая заботой, дворовых птиц, котов или собак.
Каждый человек, в котором светится человечность - праздник.
Человечность в нём - словно небесное животное, которое хочется кормить*, лелеять, оберегать, помогать ему жить, быть, действовать. Чтобы сохранить!
Человечность в отдельном человеке - словно явление единого небесного животного (У него, вероятно, 4 образа, 4 способа быть - тетраморф**). Человечность несут на себе, в себе, она одна на всех. Человечность - это божественное в нас (божественное, но не Бог - бог).
--
* Небесное и кормить надо небесным. Если же человека перестать кормить небесным, человек в нём отомрёт - умрёт от голода. Или же сильно пострадает от недоедания, покалечится.
** Тетрамо́рф — в иудео-христианском вероучении и богословии крылатое существо из видения пророка Иезекииля с четырьмя лицами — человека, льва, быка и орла. В Откровении Иоанна тетраморф представлен в образе отдельных четырёх апокалиптических существ — стражей четырёх углов Трона Господа и четырёх пределов рая
Нет такой истины, которую нельзя было бы переврать. Достаточно утратить объёмное восприятие, чтобы истину превратить в нечто плоское и глупое, вплоть до противоположного - в ложь.
Сегодня надо быть предельно внимательными именно к тому, чтобы не утрачивать объёмность мышления. Надо стараться максимально приблизиться к целостному восприятию. Время подмен - это не просто наименование времени, это его суть, его реальность, а значит видеть подмены крайне важно. Надо понимать в чём они и зачем осуществлены, а для этого надо знать истину как опыт.
Может ли человек знать опытно истину? Только Христом и во Христе. Христос - Истина, это актуально для времени подмен, когда всё истинное будет вытеснено и замещено подделками. Христос - Истина, Путь и Жизнь - как раз в этом смысле слова.
Христос - Истина, без общения с Ним опыт истины недостижим.
К святому и чистому человеку зло может приблизиться только через социальное - иначе никак. Социальное - словно ахиллесова пята в святом*. Подменённое социальное наших дней вплотную приблизилось к возможности узаконенной атаки на святых.
Социальное природное (ветхая природа, толпа), социальное конструкт (культура), социальное во Христе (новая природа) - это разное социальное. Конструировать социальное можно и вверх, и вниз.
----
*Поэтому юродивые Христа ради сбрасывают с себя человеческое социальное (толпу), кроме Христового (народ во Христе).
«Толпа есть собрание людей, живущих по преданию и рассуждающих по авторитету» (Виссарион Белинский).
«Народ составляют святые, а не толпа людей» (свт. Иоанн Златоуст).
Самость для православного человека - ругательное слово. Но что такое самость? Это то, чем кекс, например, отличается от арбуза, а бегемот от муравья или камня. Без самости мы не отличим одно от другого. Тогда непонятно, за что самость ругают. А понять это важно ещё и потому, что современные социальные технологии, искривляющие сознание, ориентированы на самость и работают с самостью.
Что плохого в самости кекса? Ничего. Что плохого в самости кота? Ничего. Что плохо в самости человека? Она противится Богу*. Чтобы стать Христовым, надо прорасти сквозь самость, выйти за её пределы**. Человек призван стать больше себя как человека - стать богом. Более того, быть человеком он не может иначе, как на пути становления богом - такова его природа. Только дерзание присвоиться вечности, приобщиться к вечному превращает человека в человека. Как зов Божий сотворил человека из обезьяны.
Важна жажда прекрасного, жажда исполнения вечных ценностей, стремление их воплотить в жизни, реализовать на практике преображает человека в человека. Тот же, кто застрял на уровне самости, остаётся лишь продвинутой обезьяной, которая имеет потенциал движения и вверх, и вниз - ниже обезьян. У обезьян такого вектора нет, обезьяна, как и трава, капуста, кекс или камень всегда равна себе и только. Человек же, чтобы действительно быть человеком, должен стремиться за пределы человека***. И если на прежнем историческом этапе мы росли ввысь, преодолевая свою самость (это и было историей человечества), то теперь нас развернули вспять - вниз, и на этом историческом этапе мы преодолеваем свою самость (тождество себе) в движении вниз.
----
* Этим и отличается ветхий человек от нового, во Христе;
** Это и значит «умереть для мира»;
*** В этом правда и неправда Ризомы. Неправда в том, что утрачен вектор движения в вечность как таковую, хотя никто не препятствует стремиться к вечности в себе или вечности в другом (горизонтальные связи). Но в том и дело, что горизонтальная вечность с утратой вертикали тоже исчезает, потому мир постмодерна обречён.
ВОПРОС-ОТВЕТ
Вопрос: Проблема в терминах. В тексте самостью названа совокупность качеств природы определенной сущности (быть кексом, быть муравьем и т.д.).
В психологии, самость - архетип личности.
В христианской антропологии, самость это эгоизм, поставление себя в центр мироздания и потребительское отношение ко всему вне себя.
Поэтому сначала надо договориться о единых терминах - только так возможно взаимное понимание.
Мой ответ: С терминами в этом высказывании всё в порядке. Договариваться или нет - не суть важно. Всё, что надо для понимания высказывания, содержится в самом высказывании.
Вопрос: Без четкого понимания термина смысл высказывания становится непонятен.
Мой ответ: Кто хорошо понимает, что такое самость во всех названных вами ипостасях, у того таких проблем не возникает. Для данного высказывания все различия - второстепенны, ибо они о разных уровнях восприятия одного и того же.
Когда кто-то выпячивает нечто своё напоказ, с тем чтобы похвастаться перед другими, почти всегда это верный признак того, что успех обеспечен кем-то другим, кого не видно. Органичный в своём успехе человек - скромен. Настоящий успех всегда от Бога, и Он как бы делится с таким успешным человеком Своей божественной простотой, потому по-настоящему успешный человек - это ещё и благодарный человек.
Успех - это обретение себя в Боге.
Люди спасаются по-разному не только потому, что разные, но и потому, что в разных обстоятельствах находятся, в окружении разных людей. Что удобно и правильно в одних обстоятельствах, может оказаться губительным или невозможным в других. Потому величайшее зло - судить о людях по себе и мнить свой метод спасения примерным для других.
Женщина-сирота, её руки почернели от работы на даче. «Землеройка», - говорит она о себе. Жива - своим мужеством (не женственностью! женственность почти умерла). Кто об этом сегодня думает? Женщина вынуждена забыть о женщине в себе, чтобы выжить. Но меня поражает, что женщина в ней, несмотря на это, светится. Вопреки неухожености, забытости - светится нежностью, которая огрубела, но не ушла. Её бросающаяся в глаза грубоватость - не грубость, а угробленная нежность, испуг и ошеломлённость тяжёлым бытом и бытием. Нежность, которой не позволили сбыться...
Вещи, даже очень нужные, иногда теряются. Но как легко найти что-то потерянное, когда оно всегда на своём месте - в связи с другими вещами. Так и с добродетелями нашими. Если что-то утрачено, надо всё равно искать там, где её место - у Бога всё всегда на месте. Правда, можно потерять и место, потерявшись в своих внутренних дебрях. Вещи привязаны к местам, они привлекают к себе, к своему месту. Потому через вещи мира можно так же успешно двигаться, как посредством слышания Зова и следования ему. Важно только не забывать о служебном предназначении вещей.
Постмодерн потому и подменяет вещи, чтобы они не вели правильными путями. В постмодерне остаётся надёжным только один путь - Сам Христос.
...потому что крылья существуют прежде всего для того, чтобы прикрывать детей — об этом известно каждой матери, а потом уж для того, чтобы летать...
(из рассказа В. А. Сухомлинского "Крылья матери").
«Народ - дитя!». В каждом человеке живёт ребёнок. В этом смысле цитата тоже работает. И муж с женой должны прикрывать друг в друге ребёнка, а не только пользовать. И т.д Это и есть полёт.
Антихрист - это антижизнь, как Христос - Жизнь. Антихрист - это топливо из мёртвой рыбы, это европейские коровы с дыркой в боку - для удобства фермеров, это законодательный запрет кормить голубей и многое другое, что противоречит правилу сохранения жизни и заботы о её сохранении.
Христос говорит: Я - Путь, Истина и Жизнь. Об антихристе следует мыслить как о закрытии путей в жизнь, о лжи на месте истины и противодействии жизни как таковой.
Для жизни (когда собираешься жить) нужно совсем другое, чем для умирания (когда готовишься уходить). И то, и другое - хорошо, когда вовремя.
Бывает, правда, что от смерти человек убегает посредством увеличения количества всего того, что ему нужно для жизни. И это работает. В тех случаях, когда перевес в сторону смерти невелик.
Значение вещей в мире таково - они вовлекают в своё пространство. Вещное пространство - не вечное, но оно тоже противостоит смерти.
Сломанная другими человечность любима Богом не меньше, а то и больше, чем здоровая, неповреждённая - раненый человек нуждается в повышенной заботе. А какого рода повреждения Богу неприятны? Богопротивные.
Всё, чем люди кичатся, к чему стремятся, что у них высоко и ради чего они калечат других - противно Богу.
Нынче готовится и отчасти уже происходит глобальное и массовое повреждение человечности как таковой - это дело богопротивного антихриста. Человечность приносится в жертву идолу антихриста пока не прямо, а косвенно, неявно, но суть от этого не меняется.
* * *
Чтобы побеждать святых, зло нуждается в повреждении нашего социального - чтобы через социальное подступиться к святым и навредить им хотя бы телесно, а лучше душевно и духовно. Через подменённое социальное это очень удобно осуществить.
