Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Есть люди, агрессия которых направлена вовне (потенциальные убийцы в критических обстоятельствах), и люди, агрессия которых направлена внутрь (потенциальные самоубийцы). Так и с обществами: есть направленные против других, а есть общества-самоеды, которым и враг-то не нужен — сами себя съедят.
Живущим в оазисе часто кажется что пустыня — всего лишь мираж.
Ахиллес никогда не догонит черепаху — если это понять по-настоящему, откроется величие русской мысли.
Чтобы видеть другого по-настоящему, надо смотреть не на другого, а на Луч. Духовная беседа — это когда два (или больше) человека, находящиеся в Луче, смотрят только на Луч — оба, и видят друг друга Лучом, в Луче. Этот Луч и есть Бог («Где двое или трое собраны во имя моё, там Я посреди них»), а смотреть Лучом означает видеть Христа в ближнем (Христа видят Христом).
Если встанет выбор: спасать себя ценой утраты поэзии в себе или, наоборот, спасать поэзию в себе ценой собственной гибели — что правильнее выбрать? Что лучше?
Ответ не так прост. На самом деле я — это и есть поэзия, всё остальное во мне — биоробот, набор инструментов и социальная машина. Изъятие поэтического из человека — это разновидность казни.
Любовь бывает односторонней (подвиг, жертва) и взаимной, когда поток любви струится от одного к другому без искажений и преград (дружба равных).
Не знакомые с истиной люди делятся на два типа: одни жаждут истины и рано или поздно приходят к ней, другие, чувствуя свою неспособность к этому, превращаются в гонителей истины. Так было во все времена. Надо влюбиться в истину больше, чем в себя — тогда она может ответить взаимностью.
Как мы без Бога ничего сами не можем, так и Бог в нас ничего не может без нас, без нашего соизволения.
Автора через тексты понимать проще, чем лично.
Мы, люди, слишком разные — лично. А текст, настоящий текст — свидетель, говорящий сердцу. Он свидетельствует о своём авторе правдиво. Текст — как мост, он между автором и Богом, между автором и реальностью, между автором и читателем, между автором и судьбой. Текст не тождественен автору, но свидетельствует об авторе.
Разнебеснивание человека — технология его разрушения. Разнебеснивание отношений — технология разрушения отношений.
Если бы академик Алексей Алексеевич Ухтомский и не написал тех писем и дневников, которые сделали его, как это уже стало ясно, одним из классиков философии ХХ века, если бы даже и не совершил своего великого открытия в физиологии, сделавшего его классиком науки еще при жизни, если бы и не погиб в блокадном Ленинграде, отказавшись от эвакуации — даже без всего этого сама его личность была подвигом, не подлежащим забвению, сама его душа стала откровением о том подлинном русском человеке...
Сравнение идей русского физиолога и мыслителя Алексея Алексеевича Ухтомского и французского философа Эмманюэля Левинаса напрашивается само собой. Оба постоянно используют понятия: «лицо», «другой» или их сочетание «лицо другого». Это не случайное совпадение. И Э. Левинас (1906-1995) и А.А. Ухтомский (1875-1942) считают этику первой философией, а этическое отношение «лицом к лицу»1, ситуацию «Собеседования»2 помещают в центр собственных размышлений о природе человека...
В физиологии доминанта — это главенствующий рефлекс, который задает способ реакции на раздражители, направляет поведение на одну задачу, основную в данный момент. При этом доминанта изменяет или тормозит другие возможные рефлексы. Начальным пунктом служит тот факт, что нервный центр изменяет свои состояния, один и тот же нервный центр для общей экономии может в зависимости от условий раздражения изменять свою роль в организме...
Ухтомский утверждал, что поведение организмов (как животных, так и людей) зависит от некоего стимулирующего центра (доминанты): имеет место и является универсальной способность сосредоточения на чем-то одном, на определенном импульсе, желании, стремлении, которые оттесняют на второй план все остальное и делают поведение нехаотичным, упорядоченным, целенаправленным: «Проблема доминанты — проблема устойчивости при всех текущих колебаниях»...
Сравниваются два биологических подхода первой трети ХХ века, которые могли бы служить основой кибернетических моделей. Первый - теория доминанты А.А. Ухтомского (18751942), и второй - «Теоретическая биология» Э.С. Бауэра (1890-1937). При различных философских предпосылках они оба пришли к схожим выводам и предложили похожие модели физиологических основ активности.
Рассматривается учение А.А. Ухтомского о доминанте как возможный подход к описанию и моделированию поведения живого организма и мышления человека. Учение Ухтомского включает в себя большой физиологический и психологический материал и может служить мостом между естественнонаучным и гуманитарным подходом к описанию человека.
Все наши ощущения и впечатления складываются в определенные представления, в основе которых лежит доминантная установка. Такие представления Ухтомский называет «интегральными образами». Интегральный образ отражает наше понимание какого-либо явления, события реальности. Совокупность интегральных образов есть наше знание о мире. Это знание и, следовательно, поступки в соответствии с этим знанием - субъективны. Доминанта поляризует наше восприятие действительности. Человек зачастую не видит того, что есть: бесконечная череда событий может пройти незамеченной; а то, что есть для него - он видит «окрашенно».
Одной из загадок психологического опыта, о котором пойдет речь в этой статье, является обретение слова или высказывания, которые оказываются ключевыми в разрешении патогенного конфликта: «двухголосого» слова-высказывания. Начнем с описания уровней и разновидностей такого рода опыта. Многими испытано влияние аудитории на характер речевых высказываний; чем более лектор склонен к импровизации, тем явственнее и многограннее проявляется зависимость...