Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Истина - не дробится, она - целая. Себя дробят люди, когда «дробят истину» на множество полуправд. Истина только и собирает человека воедино.
Рыба ищет, где глубже, а человек где выше.
Если в том или ином высоком жить нельзя, значит это ненастоящее высокое.
Поэзия — это прыжок через бездну человеческой ограниченности.
Поэтический метод познания — это узнавание вещей не извне, а изнутри.
Смотреть и думать — разное, когда смотришь и видишь — не думаешь, а знаешь.
Современный человек зажат между низостью и пошлостью, мало кому удаётся преодолеть в себе это и вырваться на свободу.
Бог скрывается от тех, кто хочет скрыться от Него. Настоящие слова тоже как бы скрываются от ненастоящих, неживых сердцем людей. Неживые люди не понимают живые слова, ибо перевирают их в своём уме.
Люди спорят о сути вещей, придавая большее значение своим мнениям о ней, нежели самой сути.
Если я вам кажусь прекрасной — не верьте, я намного хуже.
Если же вы поражены моим уродством — опять не верьте, я — лучше.
Мысль думают состоянием, а не умом — целым человеком думают. Мысль думают всей своей жизнью.
Сравнивая перевод баллады Гёте «Лесной царь» с оригиналом, Марина Цветаева отмечала: «Вещи равновелики. Лучше перевести “Лесного Царя”, чем это сделал Жуковский, — нельзя. И не должно пытаться. За столетие давности это уже не перевод, а подлинник. Это просто другой “Лесной Царь”. Русский “Лесной Царь” — из хрестоматии и страшных детских снов».
Диалог, общение - это ключевое в жизни, потому так много браков распадаются. Очень важное - трудно, требует личностного усилия и напряжения, служения и дара. Люди утрачивают навык быть рядом с другим человеком, разделять жизнь. Она ведь одна на всех - жизнь едина. Её нельзя присвоить себе и только себе.
Поэт становится поэтом, когда попадает в единый для всех и, одновременно, индивидуальный, авторский, поэтический кабинетик. А попадает он в него, когда его состояние соответствует, т.е. становится соприродным этому кабинетику. Состояние во многом зависит от мировоззрения, но не в банальном смысле. Просто интерес, любопытство поэта, его жажда носит определенный характер.
У поэта слишком много слов и слишком много глаз, чтобы нравиться плоским умам. Поэт безумен для их восприятия, потому что не вмещается в них. В этом преимуществе и сила, и уязвимость поэтов. Они выдерживают состояние зрения вне точек зрения, говоря языком Цветаевой - т.е. выдерживают то, что никто не может.
Кого проще увидеть: себя или другого? Кажется, другого, потому что это очевидно: свой нос, свои глаза, свои лицо и прическу видеть невозможно, а другой весь открыт нашему зрению. У себя же мы видим только руки, ноги и живот - т.е. как бы видим, что делаем, куда идем, что едим...
- Почему я к Вам не пришла? Потому что люблю. Совсем просто. И потому что Вы меня не знаете, От гордости и трепета Перед случайностью Или судьбою, как хотите…
Если вы хотите понять насколько Марина Ивановна это не девочка, а стихия, надо прочитать комментарий Бродского к стихотворению «Новогоднее». Мне кажется, что это единственный адекватный Цветаевой текст, когда один человек - другой - сумел сказать о Цветаевой что-то настоящее.
Какое убожество земная жизнь. Какая покинутость. Я прижимаю к губам твою руку. Пиши мне, пиши же мне. Я буду спать с твоим письмом. Мне нужно от тебя что-нибудь живое.
Бог создал мир из ничего, а значит расколдовывание мира научными методами может добраться до этого самого «ничего», может обнаружить это самое «ничего» лежащим в основании мира.
Точно так же самоисследование человека может дойти до «ничего», до пустоты внутри свернувшейся вокруг пустоты стружки - говоря словами кого-то из святых.
Подойдет и поглядит Смерть — усердная садовница. Скажет — «Бог вознаградит, — Не бесплодная смоковница!» * * * Наши лучшие слова — интонации. * * * Я Вас больше не люблю. Ничего не случилось, — жизнь случилась. Я не думаю о Вас ни утром, просыпаясь, ни ночью, засыпая, ни на улице, ни под музыку, — никогда. * * * Сверхбессмысленнейшее слово:
Только поэтическое око умеет смотреть сразу во всех направлениях. Поэтическое осуществляется в божественном измерении и умеет приобщаться, подключаться к божественному всезнанию и всеприсутствию.
Предательство уже указывает на любовь. Нельзя предать знакомого. Марина Цветаева
Гениальная Цветаева! Она пытается заговорить свои беду, вину, свои боль и одиночество. Не обмануться, а именно найти такую точку смотрения/стояния/говорения, в которой можно перевести дух, отдохнуть, выдохнуть, чтобы сделать вдох.
Дело церкви, в первую очередь, спасать или информировать о спасении? Я думаю - спасать. Хотя мне многие возразят, мол, спасает Христос. Да, конечно, только Христос и может спасать. Но не в том смысле, что без нашего участия, а в том смысле, что Он разворачивается в нас, в наших сердцах и умах, чтобы нашими руками действовать здесь на благо слабых и беззащитных, прежде всего.
Одиночество женщины - это катастрофа, которую даже с Богом невозможно разделить, т.к. в Боге «нет ни мужеского пола, ни женского». Одинокая женщина не может выжить - только личность. Если женщина - это личность женского пола, которая замужем, женщина в ней находится под защитой мужа или её собственной личности (если муж не вырос в мужчину).