Где вьюгу на латынь переводил Овидий
Арсений Тарковский
Любить человека — это всегда знать, что он хороший (не помнить, а знать!), видеть его хорошесть даже сквозь его несовершенства и ошибки. Не то, чтобы прощать, а как бы не винить даже, понимать, что все мы немощны, и не судить. Просто любить... — всегда.
Поэт — тот, кто говорит целыми словами.
Поэтический ответ всегда единственный. Он не приходит повторно без реального вопрошания, а реальное, бытийное, вопрошание всегда единично, ибо исчезает после получения ответа. Хула на Духа Святого — это игнорирование, попрание поэтического ответа, когда тебе дано знать, но ты игнорируешь это знание и действуешь по-своему ветхому разумению.
Россия и Антироссия — в чём разница? У них Христос разный.
Настоящие мысли приходят, как стихи. Да они и есть стихи в смысле — поэзия. Всё подлинное — поэзия.
Бог скрывается от тех, кто хочет скрыться от Него. Настоящие слова тоже как бы скрываются от ненастоящих, неживых сердцем людей. Неживые люди не понимают живые слова, ибо перевирают их в своём уме.
Не знакомые с истиной люди делятся на два типа: одни жаждут истины и рано или поздно приходят к ней, другие, чувствуя свою неспособность к этому, превращаются в гонителей истины. Так было во все времена. Надо влюбиться в истину больше, чем в себя — тогда она может ответить взаимностью.
Зависть — это внешнее чувство, т.е. нахождение вне. Нужна какая-то подлинная реальность, потому что счастье это пребывание в своей подлинности. Неважно в какую из подлинных реальностей человек входит, главное чтобы вошёл и пребывал в ней — чтобы быть подлинным хотя бы одной из своих граней. Человеку важно состояться, состоявшиеся не завидуют.
Когда чудо — необходимо, тогда надеяться на чудо не дерзость, а дерзание, т.е. вера, надежда и любовь в действии.
Люди спорят о сути вещей, придавая большее значение своим мнениям о ней, нежели самой сути.
