Юродивый наедине с собой не юродствует, но это не значит, что на людях он играет

Автор: Светлана Коппел-Ковтун

То, что юродивый наедине с собой не юродствует, породило традицию приписывания юродивым какой-то игры в юродство. Мол, придуривались они - подвиг такой несли. Конечно, и это не исключено, и наверное такие люди были, но суть юродства всё же в ином.
Юродивый - это человек, который жив только Богом, он сбросил своё человеческое как травму и потому чист при встрече с другим человеком. Юродивый - живое свидетельство того, как нездорова природа человеческая. Встреча с другими людьми травмирует юродивого настолько, что он кажется безумным. Юродивого юродивым делают другие люди. Юродивый сбрасывает человеческое, как травму, несовместимую в нём с Богом.
Он, вероятно, сбрасывает социальное человеческое, оставаясь в социальном божественном. Словно в наборе функций отключает те, что связывают с людьми на человеческом, травмирующем, уровне, оставаясь связан с людьми Богом и в Боге.
Юродивый - это покалеченный внешний человек, который жив своим внутренним человеком. Оказавшись не в силах тащить внешнее, он выбросил его, лишь бы не потерять главное в себе - Бога.

Отсюда неприязнь светскости к юродству. Светскость - это гипертрофированное человеческое, она любит то, что юродство выбрасывает за борт.

Цветаевское «Пушкинскую руку жму, а не лижу» - это юродское, которое отрицает светское «причмокивание» при поцелуе.

Юродивый - антитезис к Постмодерну как сугубо внешней жизни, он - сугубо внутренняя жизнь. Можно зайти так далеко внутрь (вглубь), что возвратиться назад не сможешь или, скорее, не захочешь*. Если ты нашёл Бога, то других людей ты не потеряешь, теряешь только немощное слишком человеческое - суть недоЧеловеческое. Человек -  мост, человеческое -  инструмент на пути к обретению Бога.

Тут встаёт два вопроса. О значении чисто человеческого самого по себе - какой в нём смысл? И о соотношении индивидуального и социального - в личном. 

Совесть - это социальное в индивидуальном? Голос Софии?

Ещё один нюанс. Юродивыми при определенных обстоятельствах становятся люди бескорыстные, склонные к самопожертвованию - т.е. не берегущие себя и свою самость. Закоренелый эгоист никогда не станет юродивым - он может только сойти с ума. Юродивый - не душевнобольной, не сумасшедший, он здоров той часть, которая больна у последних.

Человеческое (слишком человеческое), может быть, лишь плотная шкура, защищающая нас от слишком яркого божественного и слишком тёмного демонического? Кто мы будет тогда без этой шкуры? Подлинно человеческое от неподлинного не отделить до срока, как велено было не отделять взошедшие, растущие в почве (бытия) зерна и сорняки?

-

* Вероятно, Ницше о схожем говорил:
«Все эти отважные птицы, улетающие ввысь и вдаль, однажды просто не смогут лететь дальше, опустятся где-нибудь на мачту или голую скалу, — и притом будут еще благодарны за это жалкое пристанище! Но кто посмеет заключить из этого, что перед ними не лежит беспредельный, свободный путь, и что они залетели так далеко, как только можно залететь! Все наши великие учителя и предшественники останавливались в конце концов, а поза человека, остановившегося в изнеможении — не самая благородная и привлекательная; то же случится и со мной, и с тобой! Но что нам до этого? Другие птицы полетят дальше! Наше предчувствие и вера в них влечет нас за ними, возносится над нами и нашим бессилием в высоту, смотрит оттуда вдаль и предвидит стаи других птиц, более могучих, чем мы, которые будут стремиться туда же, куда стремились и мы, и где пока виднеется одно только море, море и море!
Но куда же мы стремимся? Или мы мечтаем перелететь через море? Куда влечет нас эта могучая страсть, которая нам дороже всех наших радостей? Отчего именно в этом направлении — туда, где до сих пор исчезали все светила человечества? Не скажут ли однажды и про нас, что мы тоже, направляясь на запад, надеялись достигнуть Индии, но что судьба обрекла нас на крушение в бесконечности? Или же, братья мои? Или?» (Ницше. «Утренняя Заря»)

===========================================

Если человек похож на чётки, а нить, собирающая бусы воедино - это Бог внутри, то юродивый это нитка с расколотыми бусинами. Или возможен другой образ, более точный, возможно, но и более страшный для воображения. Мы можем себе представить человека, тело которого почти исчезло - ходит по миру одна кровеносная система. Мы, конечно, говорим о духовной кровеносной системе. Но важно понять, что юродивому грешить нечем точно так же, как человеку без тела, в котором жизнь осталась только самая глубинная. 

Связь такого человека с человечеством похожа на связь наполовину оторванного пальца, который болтается на сухожилиях и кровеносных сосудах. Если сосуды целы, то и палец не потерян - но это травма. Юродивый сбрасывает человеческое, как травму, несовместимую в нём с Богом.

Он, вероятно, сбрасывает социальное человеческое, оставаясь в социальном божественном (София?). Словно в наборе функций отключает те, что связывают с людьми на человеческом, травмирующем, уровне, оставаясь связан с людьми Богом и в Боге.

Бытие неделимо. А человеческое - дробно, дискретно. Выходит, что юрод сбрасывает дробное, разъединяющее (индивидуальное?). В личности юродивого остаётся та часть, которая во Христе, а та часть, которой он мог бы общаться не во Христе - исчезает, отключается, (умирает?), отсутствует.

Юродивый - антитезис к Постмодерну как сугубо внешней жизни, он - сугубо внутренняя жизнь. Юродивый - это покалеченный внешний человек, который жив своим внутренним человеком. Оказавшись не в силах тащить внешнее, он выбросил его, лишь бы не потерять главное в себе - Бога.

Сайт Светланы Анатольевны Коппел-Ковтун

Добавить комментарий

Содержимое данного поля является приватным и не предназначено для показа.

Простой текст

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.
  • Адреса веб-страниц и email-адреса преобразовываются в ссылки автоматически.