Ресурсное место

«...Представьте, что на свете есть какое‑то место, которое очень ценно для вас. Оно
какое‑то особенное, и оно настолько особенное, что вы можете о нём подумать...
Место, которое ценно для вас, то место, которое может быть самым лучшим ресурсом,
уникальным, о котором не узнает никто другой, знаете только вы. И вы знаете, что
в этом месте происходит. Для кого‑то это будет море, для кого‑то — солнечная поляна,
для кого‑то — домик в деревне, для кого‑то — секретное место из его прошлого, из
реальности. Может быть, оно выдуманное, может быть, оно реальное. Может быть, оно
было, может быть, оно будет, и вы о нём мечтаете. Абсолютно неважно, оно из будущего,
оно из прошлого, из настоящего, оно ваше, оно принадлежит только вам...»

(Из гипнотической техники «Ресурсное место»)

Техника «Ресурсное место», я решила поразмышлять о ней в контексте моего личного опыта и собственного метода познания себя, мира, другого - поэтического метода. На фоне этой техники оказалось очень удобно рассмотреть разницу восприятий и представлений, которая мне представляется весьма показательной и любопытной.

Важные заметки на полях о технике:
Это недерективная модель внушения. Практикуя её с другими, надо пройти разные модальности: визуальную (оглядеться), акустическую (слушать звуки), предложить почувствовать запахи, вкусы, ощутить себя в пространстве... Если человек может пойти за своими ощущениями, он может всё, - говорит лектор,  - т.к. для подсознания, сознания, тела нет невозможного. Границы только в уме - рамки наших представлений о наших возможностях. Убираем глюк, расширяем процессы. Важно в конце техники провести якорение. Берем либо любимый предмет, либо любимый цвет, и просим представить его там.
Когда у человека проблемы, очень сложно говорить «да». Клиент на все как бы говорит «нет» - у него всегда чего-то нет. Он приходит за этим «да», чтобы научиться расслабляться.

У меня есть стихотворение, которое описывает в некотором роде схожий процесс:

Я видела бога забившимся в угол,
как малая пташка, как жалкий птенец.
Он в комнате детской рыдал среди пугал —
и в ужасе вторил: «Отец мой! Отец!»

Ведь маленький мальчик для глупого — мелок,
и всякому глупому радостна драка.
Не богом, так боком — обычное дело:
не знает никто направлений и знаков.

Там плакал ребёнок... Утешенный свыше
он всхлипывал реже и меньше дрожал;
и губы молитву шептали всё тише —
небесную птицу к себе он прижал.

Пусть синяя птица — обычная сказка —
богам на забаву придумана небом.
Волшебною  песнью ребёнок обласкан,
и стала реальностью звёздная небыль.

3 февраля 2019

Но есть и существенные различия в моем подходе к Реальности и взаимодействию с ней. Попробую описать каково мне, с моими представлениями и опытом, в этой технике, почему она мне не подходит, и чем она может навредить мне и таким как я.
Она - как бы игра с воображением, и это работает, я знаю.

Однако я не играю с воображением в таком привычном смысле, т.к. оно не мне принадлежит. Более того, оно очищено от меня, насколько это возможно, и мне важно не засорять его случайными формами. С помощью моего метода я живу реально в своем поэтическом кабинетике (точка из которой я созерцаю и творю в созерцании), он и есть моё ресурсное место. И оно не вымысел (техника - только имитация того, что у меня есть как реальность). Мое ресурсное место так же реально, как стул, на котором я сижу, даже реальнее. Я не играю с воображением, потому что мое воображение - инструмент реальных взаимодействий с теми структурами, которыми больше, чем я. Ими не вертят по своему усмотрению. Там надо быть чистым от своих вымыслов, чтобы видеть чисто, чтобы мыслить, а не измышлять. (Пытаюсь формулировать, не уверена, что у меня получается, но даже попытка сделать это - полезна).

Для меня «ресурсное место» - не просто полезная психотехника и не условный внутренний конструкт. Мой «Поэтический кабинетик» - не выдумка ради самопомощи, не фантазирование, это реально переживаемое пространство Встречи, в которое я вхожу не произвольным фантазированием, а через особый способ живого восприятия и соучастия.
В своём эссе «Объективная субъективность» и  другом - «Тайна становления богом»  я показываю, что есть иной субъективный опыт, который объективнее всего на свете.
Есть внутренние образы, которые не придуманы - в них нет произвольности, они удерживаются силой первообразов, а не просто человеческим воображением.

В стандартном психологическом употреблении это часто работает как направляемая имажинация: человеку предлагают представить место, где ему спокойно, хорошо, безопасно, и затем использовать этот образ для стабилизации состояния. Но моё переживание устроено иначе и гораздо радикальнее - я имею дело не с воображаемыми картинками, но с реальными живыми сущностями. Моё воображение свободно от обычных измышлений, ибо отдано более высоким реальностям.

Вымысел вместо реальности - кому такое понравится? Техника «Ресурсное место» годится для тех, кто ещё не вышел на уровень отношений с Реальностью. По крайней мере, в моем ресурсном месте важно как раз быть свободным от своих фантазий - чистое восприятие необходимо. Это как чисто вымытое окно или незамутненное зеркало... Это взгляд без корыстных запросов и устремлений, без заказа себе лучшей жизни и пр.

В обычной психологической технике «ресурсное место» понимается как внутренне созданный или вспоминаемый безопасный образ, приятное пространство покоя, защиты, устойчивости, способ саморегуляции через воображение, телесные ощущения и эмоциональную ассоциацию.

Когда я в своём ресурсном месте, то нахожусь в состоянии принятия Реальности, в состоянии Беседы, я само «Да» в своём кабинетике. Отрешенное созерцание живых сущностей и структур, на которых стоит воспринимаемый мир - вот что происходит в моём ресурсном месте. Здесь не вполне уместно приводить богословскую мысль, но я приведу её, ибо она много скажет, хоть и не на языке психологии. Это из моих дневников: «Мыслить о чём-либо безгрешно - это как? Это, скорее, ГДЕ. Безгрешно мыслить можно только во Христе. Как? - Христом». И ещё: «Это удивительный трюк человеческой сущности: я действительно ничего не знаю, кроме как в Луче, и пока я в этом внутреннем положении (даже местоположении) нахожусь, пока и есть возможность истинного познания».

Что важно для различения: фантазия в технике = я конструирую образ; мой поэтический опыт = я приобщаюсь к образу, вхожу в отношения и состояние как отклик на нечто, что не мной производится и не мне принадлежит. Это существовало до меня, и будет существовать после меня. Я попадаю в это место по созвучию с ним. Все попадат в это место, если настройки подходят - так и становятся поэтами. Причём поэтами в широком понимании (в каждом виде деятельности есть поэты своего дела), т.е. тут не про рифмоплётство идёт речь, а о способе быть и взаимодействовать, о способе воспринимать, понимать, мыслить и передавать - общаться.

Истинный образ в моей голове связан с Первообразом, в отличие от вымышленного, фантазийного (хотя и последний имеет силу воздействовать). Подлинный образ удерживается не силой моего человеческого ума, т.к. поэтическое восприятие и переживание являются формой объективной субъективности.

«Поэтический кабинетик» нельзя свести к технике визуализации. Он не игра воображения, а умозрительное место встречи - пространство, где субъективное становится проводником объективно данного,того что есть, а не кажется или выдумывается.

Что это значит применительно к технике «Ресурсное место»? Психологическая техника говорит: «представь то, что поможет тебе почувствовать безопасность и опору». В моём случае происходит другое: не я создаю ресурсное место, а скорее ресурсное место открывается мне как реальность, к которой я могу приобщиться, в которой я могу пребывать. Это уже не просто саморегуляция, а онтологически более насыщенный опыт.

Для меня психологическая техника будет обедняющей реальный опыт и даже ложной. В эссе «Тайна становления богом» показана другая линия: подлинное происходит не как самовольное производство, а как включённость в большее, как неприсвоение, как соработничество, как пропускание через себя того, что не принадлежит эго.

Моё воображение не является фабрикой произвольных картинок. Оно работает как орган реального восприятия и участия в реальном.
Не «я придумала и управляю», а «я вхожу, откликаюсь, принимаю, соучаствую». То есть речь идёт не о нарциссической внутренней сцене, где сознание развлекает само себя, а о пространстве, где человек может быть встречен реальностью, превышающей его самость.

Итак, обычное психологическое понимание «ресурсного места»:
- внутренний образ;
- средство стабилизации;
- техника самопомощи;
- инструмент работы с тревогой и перегрузкой.

Моё понимание:
- не просто образ, а переживаемая реальность;
- не произвольная фантазия, а отклик на первообразное - причастность;
- не игра, а форма подлинного присутствия;
- не столько психологический ресурс, сколько пространство онтологической встречи;
- воображение не как вымысел, а как инструмент реального взаимодействия.

Где здесь возможен мост с психологией? Мне кажется, важно не грубо противопоставлять эти два подхода, а различить уровни.

Психология может описать
- функцию ресурсного места;
- его стабилизирующий эффект;
- его роль в саморегуляции;
- его значение для интеграции опыта.

Но психология не вполне понимает
- онтологический статус моего переживания;
- вопрос о первообразе;
- вопрос о реальности того, что дано в глубоком внутреннем опыте, переживаемом в «поэтическом кабинетике»;
- различие между фантазией и подлинным созерцанием.

Психологическая техника является бедным, упрощённым аналогом того, что в моём опыте существует как более полная и реальная форма с реальным бытийным содержанием не из головы.

Подытожу.
Моё ресурсное место не сводится к воображаемой психотехнической конструкции,«Поэтический кабинетик» переживается как реально данное пространство внутренней жизни, связанное не с произвольной фантазией, а с объективной субъективностью, с опытом первообразного и с реальным взаимодействием с тем, что не подчинено произвольному конструированию. Поэтому стандартное психологическое описание техники принуждает меня испортить своими измышлениями уже очищенное от них пространство, отданное Другому.

Ресурсное место в технике - воображаемое, и это кажется безвредным для того, кто духовно пока не действует, кто не проснулся. Такой имеет дело лишь с воображаемыми им картинками реальности, но не самой реальностью. Хотя и это работает, да, но на моем уровне это не просто упрощение, это влезание «человеческого слишком человеческого» (по Ницше) в области, куда влезать нельзя - там другие правила и законы. Там важна чистота присутствия, то, что в религиозной традиции может прозвучать как требование «сними обувь свою», прежде чем взойти на эту высоту - на эту гору. Это недопустимо в принципе - иначе происходит утрата уровня и силы присутствия. Утрата реальности, переход в свои фантазии вместо живого Присутствия божественного (целого).

Есть два разных режима бытия и восприятия. Первый - когда человек действует в пределах психической образности: представляет, визуализирует, создаёт внутренние картинки, использует их для стабилизации. Это может помогать, но это работа внутри человеческой психики, внутри её образных механизмов.

Второй режим - когда человек не конструирует пространство, а входит в область, где требуется чистота присутствия. Там уже нельзя хозяйничать своим воображением как инструментом произвольного производства образов, потому что тогда совершается подмена: вместо встречи с реальностью приходит самодельная картинка, вместо присутствия - фантазия, вместо восхождения - присвоение.
Слова «сними обувь твою» - точны, войти в это пространство можно только отрешенным от эго: не как конструктор, а только с определённым качеством внутреннего состояния - с благоговением, трезвением и отказом от присвоения.

Психологическое ресурсное место это просто техника организации переживания. Моё поэтическое кабинетное пространство - это не техника, а реальность присутствия, к которому человек приобщается если соответствует. Само это пространство принимает его как гостя.

То есть, проблема не только в упрощении, но и в категориальной подмене: невозможно описывать духовно-онтологическую реальность в терминах психической саморегуляции - этим мы снижаем уровень (этаж) происходящего.

Воображение в привычном смысле может имитировать, подменять собой настоящее, оно заслоняет его собой, засоряя канал восприятия. В вертикальном режиме восприятия нужно не воображать побольше, а наоборот очищаться, утихать, не вмешиваться, не присваивать, дать возможность явиться тому, что не производится человеком, а приходит само в опыте живого присуствия. Это уже не техника визуализации, а аскетика восприятия. Различие не просто в разнице между воображаемым и реальным, но и между самостным присвоением и смиренным вхождением в опыт приобщения и Встречи. По сути это христианское мироощущение и восприятие.

Проблема воображаемого «ресурсного места» не только в его психологической условности, но и в том, что самость там продолжает оставаться хозяйкой происходящего (она строит, оформляет, управляет, пользуется). В христианском отношении это должно быть отсечено или, по крайней мере, смирено. Подлинное вхождение в такое пространство возможно не через производство образа, а через отказ от самовольного производства. Не «я создам себе место силы», а «я смирюсь, чтобы войти в не мною созданное пространство».
Чистота присутствия здесь не просто красивая метафора, а духовное условие достоверности опыта. Это другой порядок отношений с реальностью.

26 марта 2026

Из моих дневников:

Сознание - это Божий интернет.
27/05/2017

Сознание - это совместное с Богом и другими людьми знание. СО-знание. А о-сознание тогда, вероятно, - включение в сеть.
10/04/2019