Дневник
Когда нападают «разбойники», окружающие люди склонны винить во всём их жертву - так проще. И только добрый самарянин, если повезёт его встретить, увидит в пострадавшем пострадавшего и окажет ему милость.
Странным образом многие люди живут и мыслят о себе так, словно они добрые, а не злые. Никому из таких в голову не приходит, что доброта - крайне редкое явление. Даже самая простая, казалось бы обычная, человечность ныне почти чудо.
Каковы реакции человека, каковы его слова и вообще ответы на обстоятельства жизни, зависит во многом от места во внутреннем пространстве, где человек находится. Точка стояния внутри* определяет всё поведение человека, его толкование людей и событий, его понимание или непонимание, его реакции, его мотивацию.
То есть, не стоит всё сводить к психологии - онтология и топология внутреннего пространства важнее.
Анализируя слова человека, следует, прежде всего, определять именно то место внутри, из которого они могут быть сказаны. И здесь важна личность анализирующего, т.к. к нему выше сказанное относится в той же мере, что и к анализируемому им человеку. Правильную оценку способен дать только тот, кто покинул ограниченный самостный «центр» и смотрит на другого не из перевирающей всё самости. Это работа для личности, а не для социальной симуляции личности - т.е. не для социального человека, коим является большинство людей.
---
* позиция, место и одновременно форма присутствия, т.к. форма определяется местом (внешняя форма присутствия определяется местом присутствия внутри). Люди часто имитируют своё присутствие, свою позицию, но имитация всегда может быть обнаружена при полноценном анализе структур, участвующих в ситуации.
* * *
Массово людей можно вгонять в определённые состояния, предварительно загоняя их технологиями в то или иное внутреннее пространство методом втягивания в те или иные действия. Динамика действий перемещает центр личности во внутреннем пространстве в нужное для данного действия место...
Опыт падения важен. И это не обязательно опыт нравственного падения. Лучше, если падение случится в любом другом смысле, кроме нравственного - проще подниматься.
Недосмотрел, не додумал, не проверил, оказался наивным, некритичным и... пострадал. Хорошо, когда из-за твоего падения пострадал не другой, а ты сам. И, глядя назад, в точку, которая стала отправной для злоключений, понимаешь, что решил отдохнуть не в том месте, не с теми людьми - не вовремя.
Как отдыхать, когда жизнь не оставляет пространства для отдыха? Создавать такое пространство. По большому счёту, смысл в этом и состоит - успеть создать своё пространство. Оно, конечно, очень условно «своё», но всё-таки...
В этом ужас отрывания человека от его пространства. Преступление такого отрывания человека от пространства, в котором он может жить.
Бог устроил человеку хотя бы внутреннее пространство, чтобы если не во внешнем, то хотя бы внутри он имел место отдохновения. Посягательства на внутреннее пространство человека - это очень бесчеловечно...
Но если понять, что и это посягательство - опыт чьего-то падения, можно постараться выработать какой-то ответ. Наверное он возможен. Только важно успеть с ним, чтобы падение не оказалось окончательным, должна быть возможность подняться.
Когда люди делают вид, что Истина недостижима или что она вообще не существует, они врут себе. Истина - не сокрыта, она доступна каждому, кто по-настоящему её возжелает. Ложь нужна людям, чтобы скрыть от себя своё нежелание Истины.
Нежелание Истины - производное множества ложных желаний, которые никуда не ведут или ведут туда, куда лучше не ходить.
Нежелание Истины - это личное или видовое упрямство? И то, и другое. Во Христе человек становится новым человеком, находящимся в постоянном общении с истиной. И это в некотором смысле иной вид человека - новый в отличие от ветхого. Всякий ветхий может стать новым, если только возжелает этого. Возжелает по-настоящему всем своим существом, а не напоказ. Истина сама приходит к тому, кто её ищет.
Самое трудное молчание - говорить глухому сердцем, когда ситуация требует говорения. Глухой хочет, чтобы ты говорил, как он - ничего не говоря*.
* * *
Когда ты весь - песня сердца, самое трудное - не петь. Песня умирает, когда не поётся, когда не течёт. Песня непрерывна, и её потерять страшно, но поющий безстрашен, и потому непоющие воюют против песни.
* * *
Подвиг пения во время молчания и молчания во время пения - высший уровень песенного искусства.
* * *
Понимать поющего можно только песней - своей песней, чтобы встретиться в песне. Потому поющих не понимают: понять - значит стать поющим.
* * *
Поющий поющего поёт. Он поёт и непоющего, как если бы тот был поющим.
* * *
Поющие всегда побеждали бы, если бы их не убивали, потому их убивают желающие доминировать.
Последний предел желающих доминировать - желание доминировать над Песней. Про это Сказка о Золотой рыбке, про это и Антихрист.
----
* Отсюда тема бисера перед свиньями
Другой у каждого свой, мы создаём его по своему образу и подобию. Но есть ведь и другой, который дарован Богом, и о котором сказано: кто говорит, что любит Бога, а ближнего ненавидит, тот лжец.
Важно каким Другим я сам являюсь для другого. Я как Другой - какой я? Зачем мне другой, и я ему зачем?
Отсутствие потребности в другом - иллюзия. Другой человеку необходим, как воздух. Быть может, себя мы ищем именно для того, чтобы было кому предстать перед Другим, чтобы Встреча стала возможной. Другой для меня, возможно, важнее, чем я сам.
Не человеческое, а постчеловеческое в людях - это, считай, бесовское, т.е. вовсе не духовно нейтральное душевное, как было прежде. Всякий раз убеждаюсь в этом снова и снова. Как в фильме «Матрица» любой человек, житель Матрицы, легко превращается в агента системы, ибо его человечность по существу - лишь бутафория.
Мы все - дураки, потому считающие себя умными - дураки в квадрате. Дурак же, понявший, что он - дурак, уже дурак лишь наполовину, ибо вторая его половина встала на путь ума.
25/12/2019
Путь ума - это путь не знания, а незнания, бесконечное взыскание ума.
26/12/2019
Вопрос-ответ:
Вопрос: Стремящийся к мудрости , уже мудр! Так, что все в геометрической прогрессии развивается! Дурак может стать умным, а вот умный....вопрос.
Мой ответ: Умный тоже может стать умным, если вспомнит, что он - дурак.
Умный ищет в другом умного, а дурак - дурака. По-настоящему умный человек даже в дураке видит его своеобразный ум, а настоящий дурак даже мудреца запишет в дураки. Моё отношение к другому - лучший критерий оценки меня самого.
* * *
Добрый и на злодея смотрит как на доброго, а злодей и в добряке видит лишь подобного себе злодея.
Страх делает человека глупым. Самомнение делает человека безумным... Глупость - это слепота ко всему, что следует видеть, чтобы быть разумным, чтобы жить разумно, чтобы делать правильный выбор. Мы ведь каждое мгновение выбираем, только не задумываемся об этом, не замечаем своего выбора, однако совершаем его. Что-то в нас, устроенное нами, выбранное нами прежде, делает этот выбор за нас. Я, которого я выбрал прежде, выбирает меня снова и снова, пока я не сделаю иной выбор себя, пока не произведу отмену прежнего выбора. Покаяние и есть такая отмена - не формальная, а бытийная.
Так ведь и с отречением от Христа - не формально, а бытийно мы принимаем Христа либо Антихриста. Антихриста выбирает всякий, кто не видит Христа, ибо чтобы выбрать Христа, надо выбрать себя, способного выбрать Христа, т.е. способного видеть Его, искать Его и взаимодействовать с Ним и в Нём. Если же я выбрал себя нехристового, то моё мнение о себе, что я могу выбрать Христа, а не Антихриста - заблуждение и самомнение.
Христа выбирает Христос во мне, а не я сам. И Христос во мне - это всегда Христос в нас. Потому и сказано, что кто говорит, что любит Бога, а ближнего при этом ненавидит, тот лжец.
* * *
В этом смысле усталость не делает человека глупым, даже когда он совершает глупые поступки.
* * *
В каждой системе координат своя глупость и своя разумность. То, что в одной - глупость, в другой может быть мудростью, и наоборот.
1.Газета «Радонеж» №9 (315) 2019 - «Чтобы быть человеком, человек должен играть в человека, а не в нелюдь».
2 Альманах «Российский колокол» - «Рождественская феерия» 2019
ISSN 2409-8914
Опубликованы мои сказки «Как Глаша мужа искала», «Эрата», «В чуланчике изношенных вещей»
Журнал выпускает Московская городская организация Союза писателей России
Корпоративная этика вытесняет из умов и сердец подлинно человеческое отношение к другому. Свои и чужие - это главное теперь, т.е. значение принадлежности к той или иной социальной группе невероятно завышено - оно абсолютизируется, обожествляется. Социальный человек начинает доминировать над личностью, которая по своей природе надсистемна (выше любых групповых идентификаций). Замена надсистемной личности социальной ролью, вытеснение глубинной личности поверхностной социальной создаёт новую форму социальной жизни, в которой места для человечности не остаётся.
* * *
Фашизм наползает на общество, на человека, и ползёт он не извне, а изнутри. Изнутри каждой абсолютизирующей себя социальной группы, изнутри всякого самонадеянного, самовлюблённого человека.
Время болезни или возраст - это когда ты знакомишься со сложностью своего телесного устроения посредством его поломок. Сразу открывается сокрытая в теле бесконечность всевозможных процессов, отношений между процессами. И эта громада телесных смыслов поражает воображение, здоровый человек не имеет возможности пронаблюдать это, ибо здоровье скрывает от него эту метасложность тела.
Когда видишь насколько умно устроено твоё тело, насколько оно превосходит твоё понимание, вообще понимание человека, включая докторов, некий ужас охватывает - словно в бездну заглядываешь, а эта бездна и есть ты. Или не ты? Тело - это я или нет? Или оно само по себе как бы, т.е. независимая от меня данность - оно дар мне. Кто мог подарить мне такую непостижимо сложную одежду? Только Бог-Творец, ибо даже тело моё, дар Его - превосходит меня как я себя знаю.
Как мудрый Сократ, понимаешь, что ничего не знаешь - даже о своём теле. Всё, что я могу - благодарить, ибо знать как должно, знать в полноте ничего нельзя - всё лишь отчасти.
* * *
Но Бог щедр, Он даёт знать от своей полноты всё, что тебе нужно знать здесь и сейчас - чтобы спасаться и спасать. Не вообще - ради любопытства, а в частности - для дела, ради нужды в знании. Бог не поощряет праздноумия, потому праздноумцы нуждаются в ученых умах, движимых праведной жаждой - таким открываются тайны.
Врачей превратили в торгашей, врачей превратили в чиновников - и тем убили медицину. Бюрократия губит всё.
С торгашем-доктором ещё можно как-то сторговаться, но превратить врачей в чиновников - это сделать их не способными к осуществлению врачевания, т.к. в них запускается не тот базовый поведенческий модуль: чиновничий, а не лекарский (они неверно, по-чиновничьи, взаимодействуют с пациентом - не то мышление).
* * *
Медицина становится корпорацией со своими корпоративными правилами, принципами, нормами, нравственным кодексом... Отношения врач-больной уже не отношения двух людей (равных по сути, просто один в данном случае компетентен и потому служит другому), а отношения членов корпорации с не членами, когда корпоративный интерес доминирует. И эту корпорацию берут на вооружение другие корпорации, стремящиеся к власти или владеющие властью.
(Сформулировалось в ответ на реплику «медицина - это бизнес»)
Антропологический кризис накрыл и медицину. Это значит, что медицина в привычном нам формате заканчивает своё существование. Медицина - изобретение человечности, её изобрели человеки для человеков. Постчеловек, совлёкший с себя человечность, не cможет быть врачом в привычном понимании - ему не хватает для этого человечности. Так же и постчеловеческое общество не может быть обществом, где возможна настоящая медицина, спасающая человека. Скорее всего, врачи превратятся в каких-нибудь мед.надзирателей, чиновников с медицинским уклоном, задача которых - фиксировать какие-то данные, а не лечить больных, а если и лечить, то не в том смысле, что мы привыкли, а в том, что был привычен для узников концлагерей - сохранение работоспособности.
Постмедицина - это будет нечто совсем иное, её достижения осчастливливать будут не всех, а некоторых - избранных.
* * *
Очень важно в каком формате актуализировал себя врач. Он ведь в том же формате воспринимает другого. Если мне нужно здоровье, а врачу нужна болезнь, мы не найдём с ним общего языка. Настройка на бесчеловечность - это настройка на болезнь другого, когда нужен и важен не человек, а его болезнь. Этот процесс в развитии приведёт к утрате врачом навыка врачевания.
А почему нужна болезнь врачу? Иначе он не понимает, что надо делать. Если не умеет мыслить, а только функционирует как биоавтомат, натасканный на какие-то шаблонные действия (дрессированный биоавтомат).
Если бы люди были человечными друг к другу, они оставались бы людьми. Никакие технологии не испортили бы человека, если бы он был внимателен к тому, каков он по отношению к другому. Чтобы сохраниться человеком надо быть не только к себе, но и ко всякому другому повёрнутым своим человеческим лицом, т.е. всей своей человечностью. Это очень затратно по нынешним временам. А быть бесчеловечным кажется выгодно и очень даже круто. Но этот разворот в сторону бесчеловечности к другому проявляется разворотом в бесчеловечность меня самого. Мы калечим не только другого бесчеловечностью, но и себя.
Человеку кажется что ему все должны, но он совершенно не видит, что должным остаётся сам. Люди с претензией творят зло сами, но следят не за собой, а за другими.
Мы уже начинаем пожинать плоды этого переворота, дальше будет больше. Стихия бесчеловечности захлестнёт все социальные пространства, ибо мы сами приняли её, выбрали её как свою.
Испортить человечество как целое несложно - надо обманом заставить его играть не в свою игру. Если представить людей пазлами, а человечество, условно говоря, какой-то единой картинкой, то надо попросту подменить картинку, которую будут создавать пазлы (в которую они собираются и в которой собираются воедино). Ну, скажем, раньше пазлы собирались в куст клубники, а теперь станут собираться в стакан с ядом. Хитрость процедуры в том, что человек - пазл преобразующийся и самонастраивающийся, т.е. он в процессе своей деятельности видоизменяется. Строящие клубнику пазлы уподобляются клубнике, становятся клубникой, а строящие ядовитую картинку сами наполняются ядом и становятся ядовитыми.
«Задача права вовсе не в том, чтобы лежащий во зле мир обратился в Царство Божие, а только в том, чтобы он – до времени не превратился в ад» (В. Соловьев, «Оправдание добра»).
Мы живём как раз в то время, когда мир стремительно превращается в ад. Это выражается прежде всего в том, что люди становятся постчеловеками, т.е. утрачивают человеческое достоинство, не хранят его, не оберегают ни в себе, ни в другом.
Всё чаще неожиданно для себя можно оказаться в ситуации, которая за гранью человеческого добра и зла, когда люди действуют по алгоритмам либо фашистским, либо бесовским - т.е. по совершенно бесчеловечным алгоритмам. Бесчеловечность уже не отпугивает, а зачастую даже привлекает участвующих в тех или иных отношениях людей. В головах всё увереннее устанавливается перевёрнутый мир, перевёрнутые ценности и понятия.
Надо быть человеком, чтобы понимать, что вокруг тебя люди. Человек от биоавтомата отличается глубоко укоренённой индивидуальностью, которая недоступна восприятию автомата.
Это должен понимать и хороший врач, и хороший учитель...
Может ли быть хорошим врачом узкопрофильный специалист, утративший человеческое измерение - т.е. автомат? Не может, конечно, потому что он будет не в состоянии распознавать нюансы. Такого рода медавтомат различает болезнь, достигшую размеров слона, но не различает болезнь, доросшую уровня крокодила, потому что запрограммирован видеть только слоновый уровень. Крокодил словно слепое пятно для него, а это значит, он видит болезнь лишь в той стадии, когда она вполне пришла и когда победить её очень сложно или вовсе невозможно, а предотвратить полноту проявления болезни он не в состоянии. Вот это и есть - проблема: лечат болезнь, а не человека, который должен быть здоровым, а не больным. От человека же требуют явления болезни не в начальной стадии, а в какой-то из заключительных, словно он экспонат в музее болезней, а не человек, дело которого жить и работать, а не болеть.
Антропологический кризис - это отмена медицины как таковой для большинства людей. Нормальный врачи, конечно останутся, но их будет так мало и стоить они будут так дорого, что получить их помощь смогут лишь единицы.
* * *
Взаимодействие между людьми возможно только в случае включённого человека - в пространстве человеческого. Два атомизированных субъекта вне этого единого пространства человеческого в нас не могут иметь общение.
В последнее время почти постоянно для взаимодействия приходится прежде включать человека в другом, потому что по умолчанию он чаще выключен, чем включен. Люди видят своё величие в том, чтобы не включать человека. В магазин ли пришёл или к доктору - взаимодействие практически неосуществимо, всюду только имитация отношений. В этом суть нынешнего кризиса.
