Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Мысль — поют в сердце (мышление), и только из личного опыта её можно спеть. Дискретность мысль обретает посредством слов — так она усваивается (присваивается — по частям) человеческим умом, но сама она — целостна, непрерывна, как поэзия (всё и сразу).«Всё нерассказанное — непрерывно», — сказала Цветаева. «Мышление обще у всех», — говорит Гераклит.
Если мы - чётки, то Христос в нас - нить, на которую надеты бусинки.
Человек — это преодоление небытия.
Дар — это не только наличие чего-то, но и отсутствие; это не только одарённость, но и уязвимость.
Поэзия — свойство не только слова, языка, поэзия — свойство бытия. Посредством поэзии, в процессе поэзии мы общаемся с Бытием или, наоборот, Бытие общается с нами. С нами или со мной? Со мной - как с нами, но и со мной лично. Я в своём пределе едино с мы.
Поэзия — диалог, как и мышление. Поэзия принадлежит Слову, это беседа в Слове.
Крылья — это не мы, они — над нами и между нами. А Христос — в нас, наши крылья растут из Него.
В песне — птичье смирение.
Душа — это то, что болит, когда больно другому.
Кто выбрал неподлинность как своё бытие, тот выбрал некрасоту небытия, т.е. некрасоту и небытие.
Поэзия — это вовсе не гадание на кофейной гуще слов, она — беседа со Словом. Гадают те, кто не умеет говорить, кто научился только болтать.
Можно провести прекрасную лекцию о Шекспире, а можно о физике звёзд. Но вопросы людей после лекции всё равно будут о воспитании детей…
* * *
– Что это вы так печальны? – удивляются люди.
Что же тут удивительного? Поэтам и ангелам действительно больно, когда люди вокруг них не растут…
...В старце Дионисии Каламбокасе, например, поражает его погруженность в бытие. Он всегда на последней глубине, он ни в чём не скользит по поверхности. Ему постоянно есть до вас дело, и никакая мелочь в вашей жизни не кажется маловажной ни ему, ни Богу. Быть со старцем – это попасть в поэзию, в сказку, оказаться в атмосфере чуда и ощутить всю жизнь как непрекращающуюся чудесность...
Святой Порфирий Кавсокаливит говорит о важности поэтического мироощущения для христианина: «Чтобы стать христианином, нужно иметь душу поэта, нужно стать поэтом. “Грубых” душ Христос не желает иметь рядом с Собой. Христианин, пусть лишь тогда, когда любит, является поэтом, пребывает в поэзии. Поэтические сердца глубоко проникаются любовью, закладывают ее внутрь сердца, обнимают ее и глубоко чувствуют»...
Слушая слова подлинных старцев, Дионисия Каламбокаса, Ефрема Ватопедского, Иосифа Исихаста и им подобных ты вдруг явно открываешь, что Господь уже вошел в твою боль и в боль всякого человека, а потому и ты и все добрые обретут счастливый конец. Каждый раз, во всех наших страхах и немощах, Христос спешит к нам говоря: «Это Я, не бойтесь» (Мк 6:50)...
«Щедрость и теплота общения, встреча – как воплощенное Евангелие – это и есть Оливье Клеман. Один французский друг сказал то, что потом услышала от многих: «Разговаривая с Клеманом, я чувствую, что я существую». Вспоминаю, как сам Оливье говорил, что «кожаные ризы», полученные Адамом и Евой в раю, закрыли все, кроме глаз. И смотря в его горящие умом и изумлением глаза, я думаю, что мы в раю...
Устав за целый день проведённый в трудах игумен Клонфертской обители Брендан лег отдохнуть. Но уснуть ему не пришлось — в дверь кельи тотчас же постучали. Что ж, если ты служишь людям, то приходится вставать и тогда, когда хочется отдохнуть.
- Входите! Сказал игумен. И в комнату вошел незнакомый ему юноша, худой и робкий...