Ощутила в себе перекличку некоторых моих текстов и решила дать им возможность встать рядом и заговорить из этого их положения
Из грядущего
Время не для всех течёт одинаково. Значимое событие может ещё не произойти в привычном всем материальном мире, но уже состояться в иных бытийных пространствах, в иных измерениях. То есть, оно уже свершилось, только не вполне, и свершившееся можно увидеть - если умеешь.
Поэт способен видеть из состояния, которое ещё только предстоит миру. Не предсказывать что будет, а присутствовать в нём прежде его исторического осуществления, явленного всем.
Это не знание будущего как последовательности фактов. Это пребывание в состоянии - его можно не понимать до конца, но уже проживать и знать изнутри. И можно действовать как бы на опережение...
Обратный ход,
движение назад —
не развернуться,
а свернуться в точку,
пройти сквозь звук
взорвавшегося мира,
и ввысь и вниз взглянув,
уйти в глубины,
чтоб непорочность мира
пригласить
на званый ужин
накануне горя.
24/10/2013
Мир уже взорвался, хотя горе ещё впереди. Чтобы справиться, надо пройти сквозь звук взорвавшегося мира и свернуться в точку. Изменить сам способ своего присутствия.
Это движение совершается ради Встречи: накануне горя надо пригласить на званый ужин непорочность мира. Грядущая историческая драма требует от человека обращённости к тому, что знает в чём непорочность мира людей. И следующим шагом должно стать явление Непорочности с большой буквы - это Её званый ужин, на котором присутствует малая - человеческая.
Катастрофа и необходимость встречи спаяны воедино. Мир уже взорвался, но взрыв еще не дошёл до нас, ужин ещё возможен. Более того, он и есть цель и смысл движения сквозь взрыв. Так было и с Большим взрывом? Кто знает....
«Се, стою у двери и стучу…» (Откр. 3:20) - слова из Апокалипсиса. Дверь ещё существует, её можно открыть. Однако...
Рыжий конь
Словно дом без о́кон и дверей,
я стою одна среди людей,
а внутри пожар, внутри огонь —
просится на выход рыжий* конь.
Ангелы и птицы встали в круг:
их послал на помощь верный Друг.
Небеса и те прогнулись чуть —
Господи, молитву не забудь
ниспослать тому, кто всё забыл.
Конь в узде — подай нам, Боже, сил!
15/04/2016
____
* И когда он снял вторую печать, я слышал второе животное, говорящее: иди и смотри. И вышел другой конь, рыжий; и сидящему на нем дано взять мир с земли, и чтобы убивали друг друга; и дан ему большой меч.
(Откр. 6:3-4)
Грядущее наступает
В «Рыжем коне» образ меняется - катастрофа уже здесь, но не вполне. Созерцающий видит происходящее, при этом стоит среди людей, словно дом без окон и дверей (отсутствие связи - невозможность предупредить и предотвратить). Внутри пожар, на выход просится рыжий апокалиптический конь, которому дано взять мир с земли.
Здесь не частное переживание описывается языком всеобщей катастрофы. Напротив - всеобщее бытийное проживается лично. Во взгляде созерцателя (не наблюдателя и не соглядатая) уже присутствует то, что ещё не стало общим состоянием мира - общей бедой, общим человеческим горем, через которое неизбежно пройдут все. Созерцатель живёт в этом грядущем как в реальности.
Дверей уже нет - человек не сможет выйти из происходящего. Но и происходящее нельзя просто выпустить наружу - всему своё время, длится состояние мира «накануне горя». Ангелы и птицы становятся в молитвенный круг - надо готовиться к небывалому:
Господи, молитву не забудь
ниспослать тому, кто всё забыл.
Видящий видит, но не распоряжается увиденным - знание грядущего состояния не даёт власти над ним.
В первом стихотворении возможно движение сквозь катастрофу ради встречи, во втором уже сама возможность выхода оказывается под вопросом. Надежда на благого Бога, который простит того, кто всё забыл не по своей воле, а из-за беды, что с ним приключилась.
Присутствие не исчезает, ангелы приходят на помощь, молитва удерживающих удерживает мир на краю пропасти, в которую он уже отчасти сорвался и летит во внутреннем падении. Мир рушится, но связь ещё не прервана.
Катастрофа совершаться прежде всего в отношениях людей - там, где бытие должно осуществляться как общее.
Исчезают общие слова
«Мы теряем друг друга, теряя общие слова. Всё меньше слов между нами, которые мы говорим друг другу и одинаково их понимаем.
Поймать (словить) словом ум другого можно только в том случае, когда его ум в состоянии принять моё слово. Но всё чаще даже собственные слова человека не доходят до его ума. Он произносит чужие для своего ума слова, которые суть социальный шум - пена, поднятая кем-то посторонним в своих корыстных целях. И люди тонут своим умом в море чужой пены, не успевая добраться до своих собственных слов.
Разговор исчезает. Диалога нет. Даже монологи уходят в прошлое. Остаётся несвязный шум шестерёнок и технологий. Человек утрачивает способность говорения, утрачивает голос».
Дневник (08/11/2026)
Утрата возможности встречи происходит и через разрушение пространства слов и смыслов - не только через разрушение времени-пространства.
Слово должно соединять, а оно теперь разделяет. Слово должно принадлежать говорящему и быть принято слышащим, но в пространство жизни ворвались чужие слова - они не слышат и не говорят; она просто шумят.
Человек не способен принять даже собственное говорение, потому что произносит слова, которые чужды его мышлению. Он не знает их, они не знают его. Человек перестаёт присутствовать в своём слове - это не просто кризис коммуникации, это разрушение одного из способов человеческого осуществления бытия.
Слово - не только средство сообщения, оно может быть местом присутствия одного человека для другого. Через него человек не просто рассказывает о себе или каком-то событии, а осуществляет себя в отношении.
Когда слово превращается в шум, исчезает не информация - исчезает встреча. Причём человеку мало самому сохранить способность говорить - ему нужен другой, способный услышать и отозваться.
Утрата общих слов - симптом глубокой катастрофы: мир теряет способность быть общим. А одному не осуществить двоих, одному не осуществить даже одного - себя самого.
Уже здесь
Следующий уровень -странный разговор, почти лишённый поэтической образности.
- Опиши свою жизнь без описания.
- Дверь.
- Опиши её без описания.
- Закрыто-открытая.
- Дверь одна?
- Да.
- Она Закрыта?
- Да.
- Она открыта?
- Да.
- Так открыта или закрыта?
- Не закрыта и не открыта одновременно.
- Это как?
- Когда надо, чтобы она была открытой, она закрыта. А когда надо, чтобы она была открыта, она закрыта.
- Это точно дверь?
- Не знаю, может - форточка... Дверей, возможно, больше не осталось.
- А окна есть?
- Нет, только форточка.
18 ноября 2026
Дверь оказывается одновременно открытой и закрытой. Или не открытой и не закрытой. Когда требуется проход, прохода нет. И уже неизвестно, существует ли сама дверь. Может быть, это форточка. Дверей, возможно, больше не осталось. Окон нет. Только форточка.
Абсурд здесь не литературный приём, призванный удивить читателя. Он возникает из попытки точно назвать состояние, для которого прежние определения перестали работать. Открытое и закрытое больше не образуют ясной противоположности. Дверь существует как слово, но не осуществляется как дверь. Её назначение — обеспечивать возможность перехода, однако именно переход стал невозможен.
Не обязательно исчезла сама вещь, но исчезло её основное качество, свойство - то, ради чего она была вещью определённого рода в мире людей и вещей.
Дверь, которая не может быть дверью, — лишь призрак двери. Это состояние «Уже здесь» - беда случилась, пришла, изменила порядок вещей и жизни.
Когда страшное грядущее созерцается из грядущего, оно ещё приемлемо для поэтического языка. Но когда ужас становится настоящим, слова не могут быть прежними. Для обмена достаточно нескольких бытовых слов - реальность всё равно в руинах.
Люди продолжают говорить о дверях, окнах, возможности войти и выйти, по поэт видит - это уже другие слова, они утратили своё внутреннее целостное течение - свой вечный нектар. Вещи мира больше не соответствовать своим именам. Возникает особая точность абсурда: он сохраняет противоречие, которое невозможно устранить, не исказив переживаемой действительности.
При этом абсурдистское слово не обязательно является свидетельством распада мышления. Напротив, оно может оставаться верным реальности именно тогда, когда нарушены сами условия и основания для человеческого взаимодействия.
Последняя форточка
Форточка появляется почти случайно - как остаток пространства, из которого исчезли двери и окна, но её присутствие существенно.
Дверь предполагает возможность входа и выхода. Окно - возможность видеть другое пространство, открываться ему. Форточка сохраняет лишь малую часть прежней связи с внешним миром, она, скорее, проветривает, освежает запертое.
Через неё, вероятно, уже нельзя пройти самому, но через неё может войти нечто свободное от закрытости - не запертое (запредельное запертому).
Да, Бог не перестаёт присутствовать оттого, что человек не принимает Его. Но способ осуществления Божественного присутствия в человеческом мире зависит и от человеческого ответа. Здесь речь о постепенной утрате миром способности понимать и принимать Присутствие.
Присутствовать в Присутствии можно только для другого - одного недостаточно для осуществления двоих. Катастрофа отношений касается самой возможности осуществления того бытия, к которому человек призван. Бытие отменяется, если его не длить.
Когда исчезнет последняя возможность
Эсхатологический вопрос: Что произойдёт, когда захлопнется последняя форточка? Что произойдёт, когда исчезнет сама возможность человеческого ответа Присутствию. Если человеческое участие перестанет осуществляться, произойдёт не отмена совершившегося Первого Пришествия Христа, но прекращение его осуществления в человеческом ответе. И возникает необходимость Второго Пришествия.
Не потому, что Первое было недостаточным, а потому, что мир перестал осуществлять открытую им возможность.
Мир существует потому что человеческое бытие требует осуществления. И если оно осуществляется во встрече, то разрушение возможности встречи затрагивает не внешние условия мира, а его внутреннее основание.
Личное может оказаться местом, где всеобщее впервые становится видимым. И когда грядущее становится настоящим, поэту остаётся назвать его с той точностью, на какую он способен.
В говорящем уже нет пророческой торжественности, нет даже трагического пафоса - остаётся только стремление установить, что осталось.
Дверей, возможно, больше нет. Окон нет. Но пока есть форточка, возможно Присутствие.
По дневникам и текстам разных лет
Собрано воедино и осмыслено 18 ноября 2026
Оставить комментарий