Дневник

Есть мнение,что истоком всех утопий является желание придумать теорию, которая бы объяснила суть Добра и Зла, и научить истине сразу всех. Одной утопией больше - вреда,надеюсь не будет. Наиболее распространено убеждение , что Добро и Зло есть, и ,что сотворены в метафизике. Добро и Зло- сущности духовные , проявляющиеся во внешнем мире в различных обличиях. Однако существование Зла, как тварной субстанции представляется сомнительным, и , прежде всего, безрезультатностью извечной борьбы Добра с ним. Возникла идея рассматривать Зло и Добро не как собственно сущности, а как Злое и Доброе СВОЙСТВА бытия сущностей. Свойства проявляются в отношениях и сами по себе не существуют иначе, как в отношениях с живым. И ,как следствие- промежуточный вывод о бессмысленности борьбы со свойствами. Борьба со Злом, проявлением к нему Злого, а тем более, уничтожением физических носителей Злого, даже , убивая с любовью, возвращая Вседержителю некачественный продукт на переделку - в лучшем случае ничего не меняет, замещая чужое Зло своим. Злое можно попробовать изжить НЕ ПРОЯВЛЯЯ его. В основе проявления этих свойств во взаимодействии как событийном, так и умственном можно усмотреть определяющую роль характера , как комплекса установившихся и потому предсказуемых реакций на явления мира сложившегося ,если говорить о естественном живом, под влиянием огромного количества факторов периода бытования, как наследственных, так и приобретённых в опыте. Или, если говорить о живом, искусственно созданном—его смысла, задуманного и воплощенного набора характеристик и программы их применения. К примеру. .Жила -была Сущность. Бытовала себе по потребностям, в миру и согласии сама с собою. И, вдруг случилось событие! То есть сошлись в одной мировой точке два бытия, ее и другой Сущности. Произошла неприятность! Второй Сущности стало плохо. То ли первая прищемила-отдавила ей что то, то ли свет застила. В общем, первая Сущность нарушила мирное бытие второй. Потерпевшая сторона выразила свое недовольство. Перед первой встал вопрос самооценки собственного бытия по отношению к бытию других сущностей, особенно-- как дальше быть , если твое собственное бытие получает отрицательную оценку других? Момент принятия решения по дальнейшему бытию, по- видимому, и является моментом проявления во внешнем мире "Доброго" или "Злого" свойства своего характера. Продолжать "ущемлять" - проявить злое, прекратить и помочь пострадавшей от тебя Сущности наладить прежнее житье-бытье, значит проявить доброе. "Доброе" и "Злое", вообще, есть оценка, описание ощущения от влияния на свое бытие бытия других Сущностей. Причем "добрым" или "злым" оценивается только умышленно направленное на нас чужое бытие . Если ,допустим, на кого-то случайно упадет сосулька , или он случайно заразится болезнью, то это нельзя рассматривать как "доброе" или "злое" проявления бытия сосульки или болезни, также, как и нападение хищника, или даже другой Сущности, с «той стороны добра и зла». В последнем случае, как известно, пока грех не назван, он и грехом-то не считается. "Добрым" или "Злым", таким образом, можно расценивать только намерение или Замысел. На нашей родной планете , Земле, наиболее полно, разносторонне и мощно проявляет злое и доброе свойство своего бытия Сущность под названием Человек. Человек разительно отличается от всего живущего на Земле. Не человек как организм, водно-белково-жировая субстанция с легкой примесью минералов. А Человек как образ Творца, Сущности, способной творить Мир. Изменения, которые Человек производит на Земле революционны. Они не диктуются только лишь естественными потребностями организма. Человек создает технологии для образования вещей, которые никогда не смогут быть рождены природой планеты. Поэтому, в силу грандиозности деятельности Человека на Земле, представляет интерес принятие Человеком решения о проявлении "злого" и "доброго" свойств своего характера. Человеческие творения пока неестественны природе. Используя ресурсы Мира люди преобразуют их своими Замыслами в творения, многие из которых будучи возвращены природе после их потребления человеком, не имеют дальнейшей судьбы в цепи природной эволюции. Пластиковые бутылки, фильтры сигарет, капроновые чулки - вечные и не нужные природе вещи. Потому как они имеют своей целью (замыслом , воплощенным в них создателем) ТОЛЬКО удовлетворение иррационального самолюбия человека. Апофеозом идеи потребления становится потребление человеком себя как образа . Творению кумиров и соответствующих им предметов потребления в угоду рынку, диктующему законы своему же создателю). И, как следствие, все более растущую переработку ресурсов планеты в предметы чуждые естественной, до-человеческой природе планеты. Лоботомию себе делать не будем, рассматривать на свет тончайшие срезы собственного серого вещества тоже, ну и химию типа дофамина, серотонина и , какой-нибудь, моноаминоксидазы- А ,тоже отложим в сторону. Хотя, возможно, особенности обмена веществ в конкретном организме могут играть не последнюю роль в формировании характера… Да, и электричество к мозгам не станем подключать. Так как на себе эти манипуляции делать бесполезно, вряд ли , что увидим и поймем, а ,если чего и привидится, то можно ли этому верить? Как бы тонко ни нарезать мозги, какую бы химию в них ни впрыснуть, каким бы током ни раздражить -всё равно не поймешь человека, пока не поговоришь с ним. Откровенно (ну хоть на 30%), , по душам. Ну а на других такие опыты просто аморальны (проявим "доброе" свое свойство). Поэтому попробуем разобраться по- человечески, по-обывательски. Мозг , Ум, Разум, Сознание,Рассудок, Воля, Дух, Душа, Совесть , Сердце - этими словами Человек описывает то, чем он "понимает " Мир, чем живет (бытует) в Мире, а следовательно и решает, как поступать : по доброму, или по злому. Из рассмотренного ранее примера встречи двух сущностей можно заключить, что проявление какого -либо свойства своего бытия может иметь ненамеренный, намеренный и преднамеренный характер. "Не-намеренный" - оно и понятно, случайный. "Намеренный" - продолжение проявления того или иного свойства при известной реакции взаимодействующей Сущности (другого человека) . По сути выбор между Добром и Злом. "Пред-намеренный" - не случайный, имеющий целью проявление определенного свойства бытия к другому бытию, действие Замысла. А это что такое- Замысел? Пришло слово не одно, а привело с собой еще " мысль", "идею", "смысл", "промысел" и "умысел". Ну, два последних можно сразу отнести к эмоциональной окраске Замысла, его крайним значениям, плюсу и минусу. Мысль представляется спонтанно возникающим продуктом деятельности мозга, его работы на «холостом ходу». Существует, даже, мнение , что мысли являются отходами работы мозга...Мозг, получая информацию от органов чувств, или используя ,созданные ранее им самим решения задач, генерирует мысль, как внутреннее содержание предмета интереса в единстве всех многообразных и противоречивых форм его возможного бытия, некую невещественную сущность... Причем, мысли имеют отношение более к пониманию прочувствованного , чем к решению актуальной задачи. А вот , Идея, так же, являющаяся продуктом деятельности того же мозга, представляет один из вариантов решения мозгом конкретной задачи. Оба этих продукта проходят анализ рассудком для представления Разуму на выбор соответствия, требующему удовлетворения , Желанию. Сама деятельность мозга свободна. Действие, направляемое Разумом, но не управляемое им. В том смысле, что человек, находясь в сознании не может управлять физико-химическими процессами работы мозга, "изготавливая" мысли и идеи. Что же Замысел? Замысел - продукт работы Разума. Отобранная Разумом идея реализации Желания Генеральный план, направление приложения Воли. Создание в Мире новой сущности, имеющей определенную явно цель (смысл) бы́тия. И выполняющий эту цель на протяжении срока «жизни». Для любого действия нужна энергия, просто -таки необходима. Особенно живому..в целях поддержания жизни. Можно предположить, что именно эта энергия выражается словом Дух. Во всем живом- по роду его. В человеке- человеческий. Дух - внутренняя жизненная энергия, пополняемая и расходуемая. Минимальное, но не такое уж и малое количество жизненной энергии , "неприкосновенный запас", возможно, дается человеку при рождении. ".. и вдунул в него дыхание жизни..". Этой энергией человек обменивается с Миром. Проявление энергии жизни во внешнем мире - Воля. Волюшка, воля вольная - свободная энергия жизни. Человек черпает ее из Мира, преобразуя через чувства, эмоции в Дух свой. И отдает ее Миру, реализуя свои Замыслы. Воля человека - проявление человеческого Духа ! Любой акт творения требует энергии по формированию Замысла, определению и активированию сил и средств его материализации, преодолению возникающих препятствий.. В неприкосновенном запасе Духа Творцом заложено стремление к благотворению. То, что люди ощущают как Совесть. Однако, совести дан голос совещательный. Сигнализирующий о возникновении рассогласования реального бытия с бытием, определенным Замыслом Творца. Голос, звучащий после со-бытия, или в момент планирования решения о будущем поступке. Предлагающий исправить неправильный поступок или намерение. Совесть - те знания, представления, о том как надо жить, которые были с человеком всегда, с самого "детства". "Сократ. Значит, мой милый Алкивиад, и душа, если она хочет познать самое себя, должна заглянуть в душу, особенно в ту её часть, в которой заключено достоинство души - мудрость, или же в любой другой предмет, коему душа подобна. Можем ли мы назвать более божественную часть души, чем ту, к которой относится познание и разумение? Значит эта ее часть подобна божеству, и тот, кто всматривается в нее и познает все божественное- бога и разум-таким образом лучше всего познает самого себя." Таким образом, свобода проявления человеческого Духа, свобода волеизъявления задана Замыслом о человеке. Душа - обитель Духа. Контейнер для доставки стяженного Духа на Небо. Характеризуется, по опросам местных жителей планеты, весом (тяжело / легко на душе), прозрачностью (от черной-темной до светлой-кристальной), температурой (тепло на душе; душу сковал ледяной холод). Хотя эти характеристики скорее принадлежат находящемуся в ней Духу. Разум, похоже, и есть то самое, что прячется под маской "Я". То, что считает себя собой. Притязает абсолютно свободно решать все вопросы бытия Мира. Целью жизни Разума в Мире может предполагаться свободное стремление к максимальному соответствию замыслу Творца о нем. Жить в ладу с совестью, голосом данной ему души и управляя вверенным ему организмом. Все живое, включая человека ,обладает желанием жить, инстинктом самосохранения, как предустановкой своего существования и градиентом собственного бытия.

Исходя из этого, Злом считаются свойства бытия сущностей, мешающие жизни. Добром - свойства бытия сущностей не мешающие жизни. Достаточно ли для Добра (делания Добра, Добродетели) только не мешать жизни ? Конечно, не достаточно ! Добролюбие, доброделание, благоволение должно бы воспитываться ,как нормальный и естественный образ бытия. Однако , огромные трудности стоят на пути согласования воспитания и дарованного права на свободный выбор... Маяком на этом пути послужит Совесть.

Сам Разум - тлен ! Средство бытования Души в теле, стяжания духа. " Я " умирает вместе с телом ( мозгом с его умом и интеллектом, сердцем... Пониманием добра и зла...). Оставляя после себя лишь отпечатки смысла своей жизни. " Я памятник себе воздвиг нерукотворный..."- от гения Солнца русской поэзии. Человек же из праха - в прах ! А Душа, как парашютик цветка одуванчика, оторвавшись от тленного тела, несет семя стяженного Духа к новой жизни.

Игорь Петухов

Как сказал один француз: «Никто так не понимает христианства, как грешник, никто, разве что святой», а мы бы добавили: и святой только потому, что он и есть кающийся грешник.

Сергей Фудель

Услаждай жизнь ближних – и Бог усладит твою. Словом, происходящим от верующего и любящего сердца, мы можем творить чудеса жизни для души своей и для душ других.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский

Вот лошадь. Пока она жива, она находится в отношениях с миром как лошадь. В этом проявляется её идентичность. Телом живой лошади владеет нечто, имеющее прямое отношение к идентичности.

Вот лошадь умерла. Мы видим то же самое тело, но им уже владеют различные микроорганизмы и черви. Идентичность уже  иная, ибо отношения с миром мёртвой лошади отличаются от отношений с миром живой лошади.

Мёртвые тела всех животных составляют некую иную идентичность, утрачивая прижизненную суть. То, что владело живым телом и определяло особенности живого существа - главное в идентичности. То есть то, кто владеет материальным телом: кто его собственник, тот и определяет идентичность.

 Идентичность определяют не черви, пожирающие труп, не микробы, разлагающие труп, но смысл, предназначение, живое участие в общей жизни мира. 

Живое и мёртвое, живое и неживое - здесь начало идентичности, не убивающей, а сохраняющей жизнь. Отсюда - уважение к живому.

А он открыл дыру в заду,
Через ущелие своё,
Покрытое лесом,
Пустил раскаты грома,
Как старый бык,
Когда он пашет поле.

Кажется, это Максим Тирский в переводе Михаила Леоновича Гаспарова. Нет-нет, я не горжусь, что автор — мой тёзка. Просто стоит иметь в виду, что в античности полно натурализма и порнографии. Не обожествляйте, не фетишизируйте античность, воспринимайте её cum grano salis.

Максим Бутин

1. Подозреваю, что вас потрясает «Собор в Руане» Клода Моне. Ведь вы так любите импрессионистов... Но потрясает вся ли серия из тридцати полотен или только некоторые? Если некоторые, то что не так в «спокойных»? А если потрясают все, то позвольте поинтересоваться: вы так над всеми тридцатью и трясётесь? Ну, допустим, у вас достало сил протрястись над всей тридцаткой. А собственно что вас там потрясает? Рисунок там почти один и тот же. И ракурс почти всюду один и тот же. Если вас трясёт, не переставая и не приедаясь, над всеми, значит в лихорадке виновата колористика, оказавшаяся столь различной при написании собора в разное время суток при разном освещении.

2. Если имеет место такое внимание художника к таким деталям, то дьявол просто обязан вступить в свои права и заявить: «Надо непременно продолжить живопись. И писать собор в Руане непрерывно и артельно». В самом деле, с чего вы или Клод Моне взяли, что тридцать полотен — исчерпывающая образ серия? Почему не триста? Почему не триста тысяч? Пусть народ трясётся и до полусмерти, и до полной смерти. В вопросе «Искусство и жизнь» искусство покажет свою силу и способность убивать зрителя.

3. Если вы не признаёте за живописью и искусством вообще (1) роли познавательной, стало быть, (2) роли обобщающей, стало быть, (3) роли, выказывающей полноту своего исполнения, стало быть, (4) роли, пришедшей к завершённому образу, стало быть, (5) роли, исключающей дополнения, — то к великолепной тридцатке вам придётся таращить и пучить глаза в принципе на бесконечное количество полотен, запечатлевших собор в Руане. Таково Божье наказание ценителям впечатления в пику познанию и обобщению.

4. Книг, картин, музыки не должно быть много, много непомерно с восприятием. Иначе своей избыточностью они обессмыслят искусство.

Максим Бутин 

---

Когда искусство перестает обобщать, оно начинает лопаться от материала. Избыточность его задавит

Разомкнутая в ужасе незначимость мира обнажает ничтожность всего могущего озаботить, т. е. невозможность бросить себя на такую способность экзистенции быть, которая первично фундирована в озаботившем. Обнажение этой невозможности означает однако высвечивание возможности собственной способности-быть. Какой временной смысл имеет это обнажение? Ужас ужасается за голое присутствие как брошеное в не-по-себе. Он ведет назад к чистому так-оно-есть самой своей, одинокой брошености. Это возвращение не имеет черт уклоняющейся забывчивости, но у него нет и черт воспоминания. Впрочем, не заложено в ужасе сразу уже и возобновляющего принятия экзистенции в решении. Зато вместо этого ужас ведет назад к брошености как возможной возобновимой. И таким образом он обнажает также возможность собственной способности быть, которая в возобновлении как настающая должна вернуться к брошеному вот. Приведение к возобновимости есть специфический экстатичный модус конституирующей расположение ужаса бывшести.

Хайдеггер, Мартин. Бытие и время. Пер. с немецк. В. В. Бибихина. М.: Ad Marginem,1997. С. 343. Цитата по электронной версии Славы Янко, сверенная с указанным изданием.

1. Текст.

А. Понятие феномена

Греческое выражение φαινόμενον, к которому восходит термин «феномен», производно от глагола φαίνεσθαι, который означает: казать себя; φαινόμενον означает поэтому: то, что показывает себя, самокажущее, очевидное; само φαίνεσθαι — медиальная форма от φαίνω, выводить на свет, приводить к ясности; φαίνω принадлежит к корню φα- как, свет, ясность, т. е. то, в чем нечто обнаруживает себя, само по себе способно стать видимым. Как значение выражения «феномен» надо поэтому фиксировать: само-по-себе-себя-кажущее, очевидное. φαινόμενα, «феномены» суть тогда совокупность того, что лежит на свету или может быть выведено на свет, что греки временами просто отождествляют с (сущее). Сущее может, далее, казать себя из себя самого разным образом, смотря по способу подхода к нему. Существует даже возможность, что сущее кажет себя как то, что оно в самом себе не есть. Показывая себя таким образом, сущее «выглядит так, словно...» Такое казание себя мы называем кажимостью. И так же в греческом выражение φαινομενον, феномен, имеет значение: выглядящее так словно, «кажущееся», «видимость»; φαινόμενον значит благо, которое выглядит так словно — но «в действительности» не есть то, за что себя выдает. Для дальнейшего осмысления понятия феномена все зависит от того чтобы увидеть, как оба названных значения φαι-νόμενον («феномен» кажущее себя и «феномен» кажущееся) по своей структуре между собой взаимосвязаны. Лишь поскольку нечто вообще по своему смыслу претендует казать себя, т. е. быть феноменом, оно может казать себя как нечто что оно не есть, может «только выглядеть так словно...» В значении φαινόμενον («видимость») исходное значение (феномен: очевидное) тоже уже лежит как фундамент второго. Мы отводим титул «феномен» терминологически позитивному и исходному значению φαινομενον и отличаем феномен от видимости как привативной модификации феномена. Что однако выражают оба термина, не имеет ближайшим образом вовсе ничего общего с тем, что называют «явлением» или тем более «только явлением».

Так, говорят о «патологических явлениях». Подразумеваются телесные симптомы, которые кажут себя и в казании себя как эти себя кажущие являются «показателями» чего-то, что само себя не кажет. Проступание этих симптомов, их самопоказывание сопутствует наличию нарушений, которые себя не кажут. Явление как проявление «чего-то» означает соответственно как раз не: показывание самого себя, но давание знать о себе чего-то, что себя не кажет, через нечто, что себя кажет. Явление есть себя-не- казание. Это «не» нельзя однако никоим образом сваливать в одно с привативным не, в качестве какого оно определяет структуру кажимости. Что себя таким образом не кажет, как это делает проявляющееся, не может и казаться. Все индикации, показания, симптомы и символы имеют означенную формальную основоструктуру (про)явления, как бы они еще ни различались между собой.

Хотя «явление» никогда не есть казание себя в смысле феномена, все же оно возможно лишь на основе какого-то казания себя. Но это казание себя, делающее и явление тоже возможным, само не есть явление. Явление есть давание знать о себе через нечто, что себя кажет. Если тогда скажут, что словом «явление» мы указываем на нечто, в чем нечто является не будучи само явлением, то понятие феномена этим не очерчено, а предположено, каковое предполагание однако остается скрытым, поскольку в данном определении «явления» выражение «являться» применяется двузначно. То, в чем нечто «проявляется», значит: в чем нечто дает о себе знать, т. е. не кажет себя; а в словах: «само «явлением» не будучи» явление означает казание себя. А это казание себя принадлежит по сути тому «в-чем», в котором нечто дает о себе знать. Феномены поэтому никогда не явления, но конечно никакому явлению не обойтись без феноменов. Определяя феномен с помощью понятия «явления», к тому же еще неясного, ставят все на голову, и «критика» феноменологии на этой базе есть поистине странное предприятие.

Выражение «явление» само может опять же значить двоякое: во-первых (про)явление в смысле давания о себе знать как себя-не-казание и затем само дающее знать — которое в своем казании себя указывает на нечто себя-не-кажущее. И наконец можно применять явление как титул для аутентичного смысла феномена как казания себя. Когда эти три разных положения вещей обозначают как «явление», то путаница неизбежна.

Она однако существенно возрастает еще оттого, что «явление» может принимать еще другое значение. Если дающее знать, которое указывает в своем казании себя на неочевидное, берут как то, что проступает на самом неочевидном, из него излучается, а именно так, что неочевидное мыслится как сущностно никогда не очевидное — то явление будет равнозначно произведению, соотв. произведенному, но которое собственного бытия производящего не составляет: явление в смысле «только явления». Дающее знать в произведении кажет себя правда само, а именно так, что им как излучением того, о чем оно дает знать, это последнее как раз постоянно в себе самом скрыто. Но это скрывающее непоказывание опять же не видимость. Кант применяет термин явление в этой сцепке. Явления суть по нему во-первых «предметы эмпирического разглядывания», то, что себя в этом последнем кажет. Это кажущее себя (феномен в аутентичном исконном смысле) есть вместе с тем «явление» как дающее знать излучение чего-то, что в явлении таится.

Раз для «явления» в значении давания о себе знать через кажущее себя конститутивен феномен, а он может привативно изменяться до кажимости, то и явление может стать голой видимостью. В определенном освещении некто может выглядеть так, словно его щеки покраснели, эта кажущаяся краснота может быть принята за дающее о себе знать наличие лихорадки, что со своей стороны опять же индицирует еще какое-то нарушение в организме.

Феномен — себя-в-себе-самом-показывание — означает особый род встречи чего-то. Явление напротив подразумевает сущую в самом сущем отсылающую связь, а именно так, что отсылающее (дающее знать) способно удовлетворить своей возможной функции только если оно кажет себя само по себе, есть «феномен». Явление и видимость сами различным образом фундированы в феномене. Запутывающая многосложность «феноменов», именуемых титулами, феномен, видимость, явление, голое явление, поддается распутыванию только если с самого начала осмыслено понятие феномена: себя-само-по-себе-кажущее.

Если в этой редакции понятия феномена остается неопределенным, какое сущее рассматривается как феномен, и остается вообще открытым, есть ли это себя-кажущее всегда сущее или бытийная черта сущего, то достигнуто лишь формальное понятие феномена. Если же под кажущим себя понимается сущее, доступное скажем в смысле Канта через эмпирическую наглядность, то формальное понятие феномена приходит тут к правомерному применению. Феномен в этом употреблении заполняет значение расхожего понятия феномена. Это расхожее однако не есть феноменологическое понятие феномена. В горизонте кантовской проблематики то, что понимается под феноменом феноменологически, можно не касаясь других различий проиллюстрировать, сказав так: что в явлениях, расхоже понятом феномене, всякий раз себя предшествующе или сопутствующе, хотя нетематически, уже кажет, может быть тематически приведено к показу себя, и это себя-так-само-по-себе-кажущее суть феномены феноменологии. Ибо пространство и время очевидно должны быть способны себя так казать, должны быть способны стать феноменом, если Кант претендует на сущностно обоснованное трансцендентальное высказывание, когда говорит, что пространство есть априорное то-в-чем порядка.

Если однако надо осмыслить феноменологическое понятие феномена вообще, не глядя на то, как кажущее себя можно определить ближе, то необходимой предпосылкой тому будет вникание в смысл формального понятия феномена и его правомерного применения в расхожем значении. — До фиксации предпонятия феноменологии надо очертить значение λόγος, чтобы стало ясно, в каком смысле феноменология вообще может быть «наукой о» феноменах.

Хайдеггер, Мартин. Бытие и время. Пер. с немецк. В. В. Бибихина. М.: Ad Marginem, 1997. Сс. 28 — 31. Цитата по электронной версии Славы Янко, сверенная с указанным изданием.

2. Пристальное вглядывание в феномен.

Существует род явлений ли, вещей ли, личностей ли, для которых в иные моменты их существования их идеи полностью совпадают с реализацией сих идей. Так что как видим, так и пишем. И при этом не ошибаемся. Можно сказать иначе: сущность совпадает с явлением. В произведениях искусства такое бывает сплошь и рядом. Ибо художник именно так и работает: очищает идею от безыдейного в её воплощении. Чем лучше получается у него эта гигиеническая процедура купания эйдосов в виде купания, скажем, красного коня или ещё кого, тем выше мастерство художника. Если такое случается с человеком, он фиксирует это как чудо в своей жизни.

Что такая полнота явления сущности бывает, это и несомненно, и очевидно. Но не менее очевидно, что с сущностью в явлении случается и неполнота. И тогда явление не только являет сущность, но и скрывает её. Так всё просто.

Беда Мартина Хайдеггера не в том, что он витиевато и сложно, с привлечением греческого слова, разбором его корешков и трепетным отряхиванием их от налипших кусочков не слишком плодородной греческой почвы, то есть этимологически, разбирает феномен. Я вполне готов поверить, что лингвистически слово разобрано и собрано безупречно.

Беда в том, что мыслительно это вполне излишне, даже, — вот ужас! — не нужно в дальнейших построениях мысли. Если понятие не обладает простотой, пользоваться им невозможно.

Ведь достаточно М. Хайдеггеру не мочалить феномен и не дергать за бесстыдно казанные им его причинные места, а привлечь старую гегелевскую пару явления и сущности, дав им пределы отождествления от 0 до 1, и задача мысли по определению необходимой в дальнейшей работе категории будет решена.

С прискорбием приходится отмечать: не читал М. Хайдеггер по-русски конспект В. И. Ленина книги Г. В. Ф. Гегеля «Наука логики», не было у Мартина под рукой 29 тома пятого, полного, собрания сочинений Володи. Иначе бы немчик знал бессмертную русскую фразу: «Etwa: движение реки — пена сверху и глубокие течения внизу. Но и пена есть выражение сущности!» (с. 116).

Великое значение пены так и не далось глубокомыслию феноменолога, о котором правильно говорят, что он больше прикладной лингвист, то есть не только щекой, но и языком с прикладом MP-41 Хуго Шмайссера сросся. Ну уж таковы особенности биографии парня из Месскирха. За язык к прикладу его никто не тянул. Да и правду сказать: Месскирх это вам не блистательный Симбирск!

Максим Бутин 

Мудрец спросил ученика: 
- Как ты считаешь, в чем состоит самая ужасная трагедия человеческой жизни?
- Наверное в том что человек не находит ответов на свои вопросы? - предположил ученик.
- Нет, — ответил мудрец, — в том, что он не находит вопросов на которые следует искать ответы.

3 Какое общение у горшка с котлом? Этот толкнет его, и он разобьется. 4 Богач обидел, и сам же грозит; бедняк обижен, и сам же упрашивает. 5 Если ты выгоден для него, он употребит тебя; а если обеднеешь, он оставит тебя. 6 Если ты достаточен, он будет жить с тобою и истощит тебя, а сам не поболезнует. 7 Возымел он в тебе нужду, - будет льстить тебе, будет улыбаться тебе и обнадеживать тебя, ласково будет говорить с тобою и скажет: "не нужно ли тебе чего?" 

Сирах.13: 3-7

* * *

Будь осторожен и весьма внимателен, ибо ты ходишь с падением твоим. 17Услышав это во сне твоем, не засыпай. 18Во всю жизнь люби Господа и взывай к Нему о спасении твоем. 19Всякое животное любит подобное себе, и всякий человек - ближнего своего. 20Всякая плоть соединяется по роду своему, и человек прилепляется к подобному себе. 21Какое общение у волка с ягненком? Так и у грешника - с благочестивым. 22Какой мир у гиены с собакою? И какой мир у богатого с бедным? 23Ловля у львов - дикие ослы в пустыне, так пастбища богатых - бедные. 24Отвратительно для гордого смирение: так отвратителен для богатого бедный. 25Когда пошатнется богатый, он поддерживается друзьями; а когда упадет бедный, то отталкивается и друзьями. 26Когда подвергнется несчастью богатый, у него много помощников; сказал нелепость, и оправдали его. 27Подвергся несчастью бедняк, и еще бранят его; сказал разумно, и его не слушают. 28Заговорил богатый,- и все замолчали и превознесли речь его до облаков;  29заговорил бедный, и говорят: "это кто такой?" И если он споткнется, то совсем низвергнут его. 30Хорошо богатство, в котором нет греха, и зла бедность в устах нечестивого. 31Сердце человека изменяет лицо его или на хорошее, или на худое. 32Признак сердца в счастье - лицо веселое, а изобретение притчей соединено с напряженным размышлением.

Сирах.13: 16 -32

Книга Премудрости Иисуса, сына Сирахова

Душа человека — это птица, сокровенная и рани­мая, это — дуновение и дыхание Божие. При береж­ном отношении к ней самого человека и близких, она просыпается, пробуждается и расцветает, превраща­ясь в большую и сильную белую птицу. Крепнут и рас­тут крылья духовные — молитва и покаяние, а когда она возрастет в меру Христову, отделяется от бренного тела, глины... И воспаряет в сияющую синюю высь све­тозарных Небес... И летит на крыльях Душа человека, хранимая Ангелами, ко Сладчайшему Спасителю мира Христу.

Протоиерей Николай Гурьянов

У дядьки была тяжёлая судьба. Пока он строил КАМАЗ, крутил баранку на крайнем севере - его красавица-жена загуляла. Не то, чтобы нашла себе кого-то, а, что называется, сорвалась с катушек. Пошла по рукам. И запретила дяде Володе видеться с сыном. Вот просто запретила и всё. Без объяснений. 
Он запил. По черному, так, как умеют рукастые и не в меру умные мужики. За много лет, в котороые я его знал, он ни разу не подумал о создании новой сесьи. Он её любил. До безумия, до потери себя - любил. Да и глядя на её сохранившиеся фотографии я его понимаю. Красавица. Гордая. Новая женщина нового мира.Пусть не верная, но...
Во хмелю дядька становился безумным. У него что называется срывало крышу - он бил бабку, мою мать (свою сестру), меня, пацана. До сей поры помню как выкручивал из его задубевшей руки финку, которую он сделал в очередной свой "поход" в ЛТП. Для тех, кто не знает: Лечебно Трудовой Профилакторий. Для алкаголиков.
Он старался вернуть себя в человеческий облик. Бросал пить, "торпедировался". Но всё напрасно. "Торпеду" вырезал сам, кухонным ножом, ЛТП - только пауза в привычном образе жизни. Когда не пил - помогал мне с мотоциклом: точил вставки для свечей, перьев, маятника. Помимо водителя 1 класса он был ещё и первоклассным токарем. Именно он научил меня ездить на мотоцикле. Но когда пил... Никогда не забуду его пустые, водянистые глаза и нож в руке.
Бабка умерла. На удивление легко - практически не приходя в сознание, не мучаясь, отошла в лучший мир. И дядька остался один.
И вот он сидит передо мной,какой-то раздавленный, каким я его никогда не видел. И мне, 14 летнему пацану, пытается что-то сказать. Разговор тягучий, как патока, прерывается долгими тяжелыми паузами, отрывочный, ни о чем. Он был трезв и как-то по особому несчастен. Как-то скрыто чтоли. Что-то в нем самом не позволяло его жалеть. И вдруг ровно, буднично, он сказал:
- Ты напиши мне. Просто напиши. 
Я замер. Мы жили на одной и той же улице, ходу не спеша пять минут от силы. Поднял глаза. Он смотрел на меня. И где то там, глубоко в его глазах, плескалась боль. Я ее уидел. Но тут же заныла челюсть, в которую однажды получил так, что чуть не потерял сознание. И где-то там, где обычно гнездятся совесть и душа, зашевелилось что-то черное, склизкое, гордое, гнилое, гадкое. Стараясь не выпустить это наружу, выдавил:
- Ладно, напишу.
Сейчас мне кажется он всё мгновенно понял. Всё, что не было сказано, всё, что колыхнулось в тот момент в моей душе. Резко встал, сказал:
- Ладно!
И ушёл.
Я ему так и не написал. И не зашёл.
Через неделю он повесился.

Я боюсь стать таким, как взрослые, которым ничто не интересно, кроме цифр.
Антуан де Сент-Экзюпери. Маленький принц

Перестали понимать русские люди, что такое Русь: она есть подножие престола Господня. Русский человек должен понять это и благодарить Бога за то, что он Русский. Я предвижу восстановление мощной России, еще более сильной и могучей. На костях мучеников, как на крепком фундаменте, будет воздвигнута Русь новая — по старому образцу, крепкая своей верою во Христа Бога и Святую Троицу — и будет по завету князя Владимира, — как единая Церковь.

Св. прав. Иоанн Кронштадтский

Все мы, или большинство из нас, вскормлены наукой 19 столетия, которая объявила несуществующим все, чего не могла объяснить или измерить. От этого необъяснимое не перестало существовать, но без нашей, так сказать, санкции.

Джон Стейнбек. «Зима тревоги нашей»

Само ничего не закручивается.
Само только откручивается.

Разум, как активная форма жизни , созидателен.
Пассивная же форма жизни склонна к саморазрушению.

( в свете выпавшей из дивана гайки и помех в телевизоре из- за открутившегося (!) от " краба" штекера..)

Есть в энтропии нечто рыночное...

Игорь Петухов

1. Родина — это (1) пространство, (2) время, (3) ландшафт и (4) люди в их (1 — 4) уникальной экземплярности, в каковой экземплярности они окружают только что появившегося на свет человека. Мать и её лоно — самая первая родина любого человека, даже Гая Юлия Цезаря. Но, конечно же, мать — не вся родина.

Далее, родившись, человек по мере роста может относиться к родине всё масштабнее, включая в неё не только свой город и окрестности, но и всю страну, если не всю планету. А время такой человек уже считает десятилетиями и веками и, час от часу не легче, иногда суётся и в вечность. И ландшафт для него родным становится чуть ли не всякий. И любые люди — соотечественники, жили бы лишь они в этой же стране и говорили на знакомом тебе языке.

Несмотря на такие растяжки тканей родины, уникальная экземплярность даёт о себе знать; и именно она составляет первый опыт человека, ведь первые связи с миром идут через неё. Тут вопрос не об оценках. По здравом размышлении Швейцария может быть предпочтена Алтаю, а уж тем более — Нижнему Приобью. Но речь-то об уникальном воздействии среды на человека и импринтинге на всю дальнейшую жизнь.

2. Порой сожалеешь, что такое бойкое перо, как у Д. И. Писарева, так мало поработало, сам Д. И. Писарев прожил всего двадцать восемь лет, шесть из них в заключении в Петропавловской крепости, а имя его мировоззрению — вульгарный материализм. Это всё шло от Родины, а сам Д. И. Писарев, личность талантливая, всё шедшее от Родины предельно усугублял. Родись он там же, но чуть позже, позже на несколько десятилетий, из него сформировалась бы совершенно другая личность, которая сделала бы в разы больше не столько нигилистического, сколько позитивного, и которая постаралась бы не утонуть во время купания в Рижском заливе.

3. Не может быть второй родины, как не может быть повторной первой любви или повторной потери девственности. Сказки эмигрантов про Израиль, историческую родину, или Америку, новую родину, остаются сказками. Эмигрант — (1) существо, покинувшее родину; или (2) существо, покинувшее родину да ещё и отрекшееся от родины. В последнем случае он становится безродным при всём несомненном наличии у него родины, но символический-то акт отречения свершён, и родина свободна от его постоя уже не только физически.

Люди, родившиеся и остающиеся в России, но избравшие себе профессией нещадно её ругать, начиная с неба и вершин власти, а заканчивая почвой и центром Земли, достигаемом, конечно же, по сугубо местным радиусам (на этих радиусах — самые скверные дороги!), — эти люди касательно родины суть её лишаи, касательно самих себя — чесотка интеллекта.

Да, и такое с родиной случается. Кожные болезни, паразиты... Надо лечить!

4. Моя Родина — это Алтай, Барнаул, хрущёвский пятиэтажный дом по ул. Эмилии Алексеевой (странное запоминающееся имя!), бедное и счастливое детство в большой семье и на тесной жилплощади. Это школа № 74, первый класс и предложение педагогов родителям после первой четверти перевести меня из первого класса сразу в третий, чего мол тянуть резину! И моё позднейшее дилетантское увлечение астрономией, родившееся из интереса к ярким звёздам, сверкавшим на небе поздним зимним вечером, тогда чуть более старшие товарищи катали меня, четырёхлетнего, на санках, а я лежал в санях барином, на спине, и созерцал звёзды, сознавая полное своё моральное право и быстрого своего катания, и созерцания этих неподвижных искр света. Что такое Родина? Это все мои звёзды!

Максим Бутин

Очевидно в самом деле, что как скоро существует, например, религиозное начало в человеке, то плохая религия может быть действительно упразднена только лучшею, а никак не простым атеизмом; точно так же если существует метафизическая потребность, то плохая метафизика может быть упразднена хорошею метафизикой же, а не простым отрицанием всякой метафизики.

Владимир Соловьев. Философские начала цельного знания. Гл. 1

Мистика — богема души, религия — стояние на страже.

Александр Блок

Есть слова золотые, настоящие, рядом с ними допустимы тоже только настоящие. Бывает невыносима словесная шелуха, чепуха, намеревающаяся перекрыть идущий от настоящих слов свет. Свет, идущий от слов - ценность! Слова, они, как люди - бывают очень дорогими, родными.  За них и в драку влезешь, если надо защитить.

Ловлю себя на мысли, что всё-таки мы недостаточно внимательно слушаем, не вслушиваемся. Из-за усталости, заносчивости,  самомнения, из-за привычки к плохому...

Послушать: век наш - век свободы,
А в сущность глубже загляни -
Свободных мыслей коноводы
Восточным деспотам сродни.

У них два веса, два мерила,
Двоякий взгляд, двоякий суд:
Себе дается власть и сила,
Своих наверх, других под спуд.

У них на всё есть лозунг строгой -
Под либеральным их клеймом:
Не смей идти своей дорогой,
Не смей ты жить своим умом.

Когда кого они прославят,
Пред тем - колена преклони.
Кого они опалой давят,
Того и ты за них лягни.

Свобода, правда, сахар сладкий,
Но от плантаторов беда;
Куда как тяжки их порядки
Рабам свободного труда!

Свобода - превращеньем роли -
На их условном языке
Есть отреченье личной воли,
Чтоб быть винтом в паровике;

Быть попугаем однозвучным,
Который, весь оторопев,
Твердит с усердием докучным
Ему насвистанный напев.

Скажу с сознанием печальным:
Не вижу разницы большой
Между холопством либеральным
И всякой барщиной другой.

16 мая 1860

Русский бог

Нужно ль вам истолкованье,
Что такое русский бог?[1]
Вот его вам начертанье,
Сколько я заметить мог.

Бог метелей, бог ухабов,
Бог мучительных дорог,
Станций — тараканьих штабов,
Вот он, вот он русский бог.

Бог голодных, бог холодных,
Нищих вдоль и поперёк,
Бог имений недоходных,
Вот он, вот он русский бог.

Бог грудей и жоп отвислых,
Бог лаптей и пухлых ног,
Горьких лиц и сливок кислых,
Вот он, вот он русский бог.

Бог наливок, бог рассолов,
Душ, представленных в залог,[2]
Бригадирш обоих полов,[3]
Вот он, вот он русский бог.

Бог всех с анненской на шеях,[4]
Бог дворовых без сапог,
Бар в санях при двух лакеях,
Вот он, вот он русский бог.

К глупым полн он благодати,
К умным беспощадно строг,
Бог всего, что есть некстати,[5]
Вот он, вот он русский бог.

Бог всего, что из границы,
Не к лицу, не под итог,
Бог по ужине горчицы,
Вот он, вот он русский бог.

Бог бродяжных иноземцев,
К нам зашедших за порог,
Бог в особенности немцев,[6]
Вот он, вот он русский бог.

1828

* * *

Копия в архиве бр. Тургеневых

Бог ухабов, бог метелей,
Бог убийственных дорог,
Бог ночлегов без постелей,
Вот он, вот он — русский бог!

Бог холодных, бог голодных
Нищих вдоль и поперёк,
Бог имений бездоходных,
Вот он, вот он — русский бог!

Бог всех с Анною на шее,
Бог лакеев без сапог,
Бог служащих, как лакеи,
Вот он, вот он — русский бог!

К глупым полон благодати,
К умным чересчур уж строг,
Бог всего, что есть некстати,
Вот он, вот он — русский бог!

Бог пришельцев-иноземцев,
Преступивших наш порог.
Бог — в особенности — немцев:
Вот он, вот он — русский бог!

---

Первая публикация: Лондон, 1854 (перепеч.: альм. «Полярная звезда». Лондон, 1856. Кн. 2 и РПЛ), сокращённая ред., по копии П. В. Долгорукова с рядом искажений. — «Архив братьев Тургеневых». Пг., 1921. Т. 1, вып. 6: Переписка А. И. Тургенева с П. А. Вяземским, полный текст, с вар. — Печ. по автографу (ЦГАЛИ; впервые: Изд-1935). Близкий к нему автограф в письме Вяземского А. И. Тургеневу от 18 апреля 1828 г. (ПД, арх. бр. Тургеневых). Копия рукою А. И. Тургенева — сокращённая ред. с пометой переписчика: «Кн. Вяземский (когда-то!)» (там же). В арх. Вяземского сохранилась копия с печ. текста, с припиской известного пародийного четверостишия, высмеивающего самого поэта:

Бог карьеры слишком быстрой,
Бог, кем русский демагог
Стал товарищем министра,
Вот он, вот он — русский бог!

Четверостишие выписано из заметки «Правда ли?» («Колокол». 1857, 19 июня. Л. 1. С. 8) и, по всей видимости, принадлежит Н. П. Огарёву (см. атрибуцию в примеч. С. А. Рейсера: Огарёв Н. П. Стихотворения и поэмы. Л., 1956. С. 904). На экземпляре листовки с печ. текстом Вяземский против ст. 15 («Бар, служащих, как лакеи») пометил: «Не мой стих», а под текстом написал: «Нечестно, чтобы не сказать бесчестно, печатать за границею самовольно чужие стихи, написанные не для печати и которые могут быть во вред автора перетолкованы» (ЦГАЛИ, арх. Н. П. Барсукова). 18 апреля 1828 г., посылая стихотворение А. И. Тургеневу, Вяземский сообщал, что «сотворил» его «дорогою из Пензы, измученный и сердитый». И далее: «Эта песня может служить антиподом для страждущих тоскою по отчизне» («Архив братьев Тургеневых». Пг., 1921. Т. 1. Вып. 6. С. 65—66). Сокращённый вар. стихотворения широко расходился в списках; прозаический перевод его на немецкий язык, сделанный Н. И. Сазоновым для К. Маркса, хранится в Институте марксизма-ленинизма ЦК КПСС.

1 Русский бог — идиоматическое выражение, приписываемое Мамаю после его поражения на Куликовом поле. Восходит к памятникам XI—XII вв. (см.: Успенский Б. М. Филологические разыскания в области славянских древностей. М., 1982. С. 119—122). В николаевскую эпоху формула «русский бог» входит в официальный лексикон. Примеры прямого и травестийного использования выражения в литературе нового времени (в частности, в творчестве Вяземского) см.: Рейсер С. А. «Русский бог» // ИОЛЯ. 1961, т. 20, вып. 1. С. 64—69.

2 Душ, представленных в залог — т. е. имений с крепостными, заложенных в Опекунском совете.

3 Бригадирш обоих полов. Имеется в виду комедия Фонвизина «Бригадир», высмеивающая провинциальное дворянство.

4 С анненской на шеях — с орденом св. Анны 2-й степени, который носили на шейной орденской ленте.

5 Бог всего что есть некстати — пародийное использование цитаты из ст-ния К. Рюльера «L'à propos»: «C'est le Dieu de l'à propos» (бог кстати, т. е. бог своевременности); рассуждение Вяземского о заключённом в этой французской идиоме «духе» французской нации в отличие от психологии русского человека см. в его статье «Поживки французских журналов в 1827 году» (ПСС-2. С. 69).

6 Бог в особенности немцев. Строфа отражает враждебность Вяземского к высшей бюрократии, в рядах которой видную роль играли прибалтийские немцы.

Никто на меня не похож и я ни на кого, посему советовать мне то или инoe — бессмысленно.

Марина Цветаева

А.П. Чехов все знал про женоненавистничество. Его рассказ "Ариадна" о мужском расщеплении психического. Не идеализация и разочарование (хотя Ариадна его достойна), а расщепление на любовь к прекрасной женщине и презрение к женщине отелесненной, которые кажутся главному герою самками: " Всю дорогу почему-то я воображал Ариадну беременной, и она была мне противна, и все женщины, которых я видел в вагонах и на станциях, казались мне почему-то беременными и были тоже противны и жалки".
В конце рассказа, герой уже пышет открытой ненавистью к женщинам, особенно образованным))) 
"Пока только в деревнях женщина не отстает от мужчины, — говорил Шамохин, — там она так же мыслит, чувствует и так же усердно борется с природой во имя культуры, как и мужчина. Городская же, буржуазная, интеллигентная женщина давно уже отстала и возвращается к своему первобытному состоянию, наполовину она уже человек-зверь, и благодаря ей очень многое, что было завоевано человеческим гением, уже потеряно; женщина мало-помалу исчезает, на ее место садится первобытная самка. Эта отсталость интеллигентной женщины угрожает культуре серьезной опасностью; в своем регрессивном движении она старается увлечь за собой мужчину и задерживает его движение вперед. Это несомненно.
- Я спросил: зачем обобщать, зачем по одной Ариадне судить обо всех женщинах? Уже одно стремление женщин к образованию,... само по себе исключает всякое предположение о регрессивном движении. Но Шамохин едва слушал меня и недоверчиво улыбался. Это был уже страстный, убежденный женоненавистник, и переубедить его было невозможно"

Анастасия Бондарук