Статьи и эссе

О тех, кто смотрит вечными глазами

...Вечность - это когда мы смотрим друг на друга вечными глазами и видим вечное друг друга. Когда мы смотрим на вечное, мы становимся вечными...

Важнее КТО сказал или ЧТО сказал?

Важнее КТО сказал или ЧТО сказал? Для большинства, конечно, важнее КТО, ибо ЧТО сказано часто не совсем понятно и может быть недостоверным (непонятное нельзя проверить на смысловом уровне). Контекст сказанного задаётся тем, КТО говорит. Однако привычное полагание на авторитет в наше время становится слишком ненадёжным. Мы выходим на такой уровень существования, когда правду от лжи вряд ли будет возможно отличить, опираясь на авторитеты. И не потому, что авторитеты тоже ошибаются или, что тоже не редкость, заинтересованы в той или иной правде (врут в свою пользу, пусть даже не всегда осознанно), а ещё и потому, что создаются ложные авторитеты, подрывается вера в привычные...

Две свободы человека: свобода в добре и свобода во зле

Можно рассмотреть в человеке две свободы: свободу в добре и свободу во зле. Свобода в добре — это свобода от зла (для творческого созидания), свобода во зле — свобода от добра. И та, и другая — относительны и являются результатом свободы выбора. Но только свобода в добре переводит человека на другой уровень личностной свободы, которую нельзя отнять, т.е. делает человека действительно свободным. Свобода во зле переводит очень быстро человека на другой уровень несвободы — в демоническую зависимость при полной ликвидации свободы выбора...

Быть или не быть внутреннему человеку в человеке?

...Основной вопрос нашего времени: быть или не быть внутреннему человеку в человеке? Коллективный ответ на этот вопрос создаёт реальность, в которой мы вскоре окажемся. Ответ не столько словесный, сколько бытийный — как и сам вопрос. Человеку предлагается стать совершенно внешним. Где же тогда размещаться Богу, который в нас? Ах, если бы мы знали, где Он размещается в нас и каким образом это происходит, знали бы (и дали бы) верный ответ на поставленный временем вопрос...

Беречь Христа в себе — это всегда беречь Христа в другом

Чтобы быть человеком, человека в себе надо охранять, иначе можно перестать быть человеком. Есть и другая, легко замечаемая истина: сам себя никто уберечь не может - человека - хранит Господь, потому чтобы сохранить себя человеком, надо хранить в себе Христа, позволять ему расти в себе, развиваться и приносить плоды богоугодной жизни: радость, мир душевный, счастье. Более того, беречь Христа в себе — это всегда беречь Христа в другом, ибо только для другого мы можем осуществляться как бытие во Христе. Защищать Христа — это и охранять пути к Нему...

Понять человека можно, только встретившись с ним в его главном

Непонимание между людьми - обычное дело: никто никого не понимает, как правило, и толкуем мы Другого обычно неверно, судя по себе (Другого - не видим). Однако непонимание непониманию рознь. Уровень сложности информации, которую следует осмыслить, бывает разным и сама эта разность тоже. Так, одно дело - непонимание между людьми разных социальных групп, образования и т.п., и совсем другое непонимание, скажем, садиста - почему нельзя убить котёнка...

Чтобы понимать, что такое антихрист, надо понимать, что такое Христос

Чтобы понимать, что такое антихрист, надо понимать, что такое Христос. Беда современного верующего в том, что он этого не понимает и не считает нужным понимать. Сердце его не горит жаждой. Мыслить - это как бы необязательно для него, и это при том, что Христос - Мысль, Мысль Творца. То есть, надо мыслить Христом, чтобы приобщаться к Богу. Тема большая и мало кому интересная. Потому мы идём в ад. ЧТО такое Христос может понять только тот, кто знает КТО такой Христос. «ЧТО» - вторично, оно достигается после личного знакомства с «КТО»...

Мыслить и любить — одно

Любить Другого  — это не пошленькое человекоугодие, не слюнявое потакание прихотям, не поедание Другого и не использование Другого. Любить — это видеть Христа в Другом Христом в себе и служить Христу (во мне и в Другом — один  и тот же Христос). Кто мыслит, только опираясь на авторитеты, тот не мыслит вообще. Пристрастие к авторитетам — это вместомышление. Мыслить и любить — одно...

В чём было отречение Иуды от Христа? В том, что он был сребролюбец

В чём было отречение Иуды от Христа? В том, что он был (кто?) сребролюбец, а не Христолюбец — всё остальное лишь следствие поступков этого вектора воли. Сребролюбие было центральной движущей силой его личности. Так и каждый из нас может отречься и даже не заметить этого — ходить в храм, как Иуда приходил к Христу, и всегда быть сребролюбцем, а не Христолюбцем...

Надо влюбиться в истину больше, чем в себя

Не знакомые с истиной люди делятся на два типа: одни жаждут истины и рано или поздно приходят к ней, другие, чувствуя свою неспособность к этому, превращаются в гонителей истины. Так было во все времена. Надо влюбиться в истину больше, чем в себя - тогда она может ответить взаимностью...

Корень всех бед в том, что место праведного желания занято в нас неправедным

...Умный смотрит на свет, глупый смотрит на самость - по этому их легко различать. Умный сам свет, потому ищет свет и находит свет, если он только есть. Глупый пленён своей самостью, потому смотрит самостью и ищет самость. Глупый проходит мимо света, цепляясь за самостное самостью. Умный проходит мимо самостного, цепляясь светом за свет, где он есть...

Падать головой к Христу

Когда человек падает под ударами судьбы, траектория его падения может сказать о главном в этом человеке, потому что главное своё он будет стараться сохранить до последнего, главное своё он будет хранить дольше и тщательнее, чем всё остальное, чем жил и дорожил. Ради главного он будет жертвовать не только своим, но и собой. В падении мы всегда что-то теряем. И Господь так устроил, что в трудностях мы прежде всего теряем наносное, налипшее и зачастую совершенно чуждое нашей сути, случайное. Потому, вероятно, и символом души человеческой стала ласточка, падающая для взлёта...

Понимание требует свободы, или Не делайтесь рабами нарративов

Человека ничто так не характеризует, как контекст, в который он погружает другого при встрече. Особенно, если этот другой по-настоящему другой — т.е. непохожий, не из близкого и знакомого круга людей, живущих в том же контексте.
В этом смысле русскость — это как раз положительный контекст для другого (у тех же англосаксов всё с точностью до наоборот)...

Нельзя достичь рая, активничая адом в себе

Каждый видит то, что хочет видеть. Чтобы человечество само побежало в свой ад, надо ему сначала навязать адский контекст, чтобы люди на всё смотрели с адских позиций, сквозь адские очки, чтобы трактовали всё и всех в адском ключе. Человек идёт туда, откуда хочет смотреть, потому то, куда он смотрит и откуда практически совпадает. «Куда» высматривают с позиции «откуда», «куда» зависит от «откуда». Потому важно следить за собой, следить за тем, что во мне самом активничает: рай или ад. Нельзя достичь рая, активничая адом в себе...

Мир, в котором никто не может понять, что происходит здесь и сейчас

Представьте себе мир, в котором никто не может понять, что происходит здесь и сейчас (не метафорически, а буквально). Мир, в котором люди разучились мыслить — это мир, в котором они не видят того, на что смотрят. Вместо видения у таких — фантазия, которая развивается, зацепившись за крохотный фрагмент*, успевший проникнуть в сознание. Такое своего рода осколочное зрение уже сейчас портит жизнь, но дальше будет больше. В таком мире любое событие то ли есть, то ли нет его, любой факт, любой феномен, любой процесс... Никто не знает что есть, а чего нет...

Время болезни

Время болезни и/или возраст — это когда ты знакомишься со сложностью своего телесного устроения посредством его поломок. Сразу открывается сокрытая в теле бесконечность всевозможных процессов, отношений между процессами. И эта громада телесных смыслов поражает воображение, здоровый человек не имеет возможности пронаблюдать это, ибо здоровье скрывает от него эту метасложность тела...

Бесчеловечность: позор и преступление

Когда я вижу дурной поступок другого, когда замечаю то, что на грани бесчеловечного, мне стыдно перед этим другим, что я это вижу. Стараюсь не подать виду, что вижу, например, когда меня обманывает человек, для которого это вопрос выживания, а не подлости. Чтобы он не оказался в ситуации, из которой с лицом не выйти - его лицо оказывается мне дороже моего...

Если не пользоваться человечностью в себе, она «усохнет» и «отвалится»

Если не пользоваться человечностью в себе, она усохнет и отвалится — за ненадобностью. Причём важно заметить, что человечность должна быть обращена на всякого другого человека, а не только на моего: нужного мне, значимого для меня и пр., иначе это будет разновидность корысти, а не человечность. Отсюда растёт и «любите врагов ваших» — любить значит являть человечность...

«Невозможное — невеста человечества»

Вопрос о границах — широк, к нему можно подходить с разных сторон: граница между мной и не мной, между мной и Другим, граница между разрешённым и запрещённым, ложным и истинным, возможным и невозможным, нужным и ненужным, желаемым и должным... В конце концов, любая граница призывает человека к её преодолению, ибо трансграничность — один из атрибутов человеческого достоинства. Но что такое невозможное? То, что невозможно назвать, определить, или то, что невозможно увидеть, обнаружить, или...

Прекрасные — непобедимы

Удерживать ценное для нас надо нам самим — уже хотя бы для того, чтобы когда всё рухнет, знать, что я сделал всё, что мог, чтобы прекрасное было в нашей жизни. Мотивировать себя к подобному мышлению и деланию можно только пониманием, осознанием того, что прекрасному в нашей жизни уже не остаётся места. Прекрасное изгоняется. Именно потому, что оно делает нас прекрасными. Прекрасные — непобедимы, отсюда столько похабщины вокруг...

Далеко ли до Гефсимании Всечеловека?

...Итак, в нас один неразделившийся Христос: телесный, душевный, духовный.... и социальный. Христос в нас — это ещё и социальный Христос. И сейчас происходит именно над социальным Христом надругательство, которого мы словно не замечаем.Судьба исторического Христа — Икона судьбы Христа социального, привычно именуемого в нашей традиции Всечеловеком. Всечеловек — это Христос в нас (в нас, а не во мне!)...

Если мыслить процессами, или Несколько слов о Всечеловеке в нас

То, что называют концом истории, может быть увидено иначе, с другого ракурса, как смена вектора движения или разворот, но не вспять, не «назад к обезьянам», а в сторону от пути, которым шла история, и который условно можно назвать просвещенческим. Человечество развивалось, двигаясь от Бога вовне к Богу внутри, потому даже условная смерть Бога и смерть Автора не изменили вектор движения. Сегодня же человечество разворачивается в сторону от просвещения — в затемнение, мы движемся в сторону от человека, к постчеловеку, когда человеческая трансцендентность, определяющая человека (назовём её поэтической или божественной), будет отменена в пользу технической...

Судьба — это комочек масла под лапами тонущей в молоке лягушки, взбитый её усилиями

Иногда человек думает: вот тут поступлюсь принципами, согнусь, пригнусь, «прогнусь» под что-нибудь нехорошее, недостойное, но временно, конечно. А потом... И допускает большую ошибку. Делая выбор, человек создаёт точку во внутреннем пространстве, вокруг которой отныне формируется и его личность, и его судьба. Выбор меняет траекторию его пути, мышления, развития. И вырулить назад из образовавшейся кривизны будет гораздо труднее, чем не кривить изначально и оставаться верным настоящим ценностям...

Страшный Суд в том, что мы встретимся с Тем, Кто взывать будет к нам истиной

Мы недооцениваем значение Другого как такового. Для явления себя в мире каждый из нас нуждается в другом, как в вопрошающем, в том числе вопрошающем обо мне, взывающем ко мне и тем вызывающим меня в бытие — снова и снова. Другие — это наши зовы, слово другого ко мне: «Будь! Ты мне нужен!»...