Если внутри самой России сойдутся в схватке Россия и Антироссия...

Автор: Светлана Коппел-Ковтун

Нашедший Бога, находит Его для всех.
Антуан де Сент-Экзюпери. Цитадель

Любовь к Богу приобретается любовью к образу Божию — человеку.
Свт. Игнатий (Брянчанинов)

От  мира — прогнившего склепа,/От злобы, насилья и лжи/Россия уходит на небо,/Попробуй ее удержи.
Н. Зиновьев

Накал страстей в современных политических дискуссиях связан с тем, что политические темы стали не столько политическими, сколько духовными. Стоит поглядеть на происходящее вокруг под таким углом зрения, и многое станет понятнее. Духовное разделение — это глубинное разделение. Политика прежде не заходила так далеко вглубь человека. И последствия всего происходящего в политике сегодня тоже будут носить духовный характер.
Это общемировой процесс, который происходит не только в России, но и в других странах. Кое-где отчасти уже видны его плоды, но главные последствия разворачивающихся событий, конечно, ещё впереди. 

* * *

Наша любовь нас выбирает. «Где сокровище ваше, там и сердце ваше». А каково сердце, такова и судьба. Человек часто сам не знает, что он любит и чего хочет. Думает одно, а на деле другое. Потому судьба в конечном итоге показывает и плод любви.
Чем человек готов пожертвовать и ради чего наглядно показывает вектор его устремлений.
А из человеков складывается народ. Любовь и судьба народа...

* * *

Самость — опора гордости*. И она ведь не что-то особенное, грешное. Нет, самость — то, что отличает морковку от помидора, например. То есть, она природная вещь. Но в результате грехопадения человеческая самость «молится» на телесное начало, на саму себя то есть. Это и есть гордость (та самая, сатанинская). А когда включается доминанта Бога, самость не может доминировать, она как бы опомнившись от мертвенного сна, от грязи, начинает славословить Бога. И это всё само собой получается. 

Так и святость, кстати. Многие думают, что это ты сам станешь святым (или не станешь)  — нет! Это неразличение своей самости и своего бога** — большая проблема наших дней. Хотя о том же, вероятно, мыслит и Златоуст, когда говорит, что народ  — это святые, а не толпа народа. И это не какие-то там недосягаемые люди, а мы же, но во Христе. Пока во Христе, пока и святые. Если во Христе, тогда и народ, а не просто население и электорат.

* * *

Тоска по истине — вот краеугольный камень русскости. Чтобы убить Россию, её надо превратить в Антироссию. Если внутри самой России сойдутся в схватке Россия и Антироссия — кто победит? Тот, кто не симулякр, а реальность. Замечу, что симулякр тоже может стать реальностью. Свято место пусто не бывает...

* * *

Народ познаётся в своих идеалах и гениях, в своих святых. Высшая точка! Политика государств может противоречить духу народа, но неминуемо ведёт народ к торжеству его идеалов, если есть в народе духовная сила оставаться верным себе. Разумеется, торжество идеалов никогда не бывает полным в здешнем мире, но это не значит, что оно недостижимо. Реализуемый в социальном пространстве «рай отчасти» всё-таки лучше, чем «ад отчасти»...

* * *

Убийство — понятие многогранное. Убивать можно нервную систему или экономическую, политическую систему.., убивать можно мышление, честь, душу, тело, дух. И важно наблюдать все уровни. Ошибки случаются, когда фрагмент картинки принимают за целое.

* * *

Политика (точнее  — постполитика, наверное) носит сегодня духовный характер, т.е. это вопрос ценностей и отношения к человеку. ЗАчеловечность и ПРОТИВчеловечность. Но время постмодерна играет с людьми злую шутку, они не понимают где реальность, а где брехня, цирк и провокация. Технологии расчеловечивания расчеловечивают и в этом смысле, кажимость принимается за истинность, иллюзия не отличается от факта. Спекуляций слишком много, а смиренномудрия нет, у многих зашкальное самомнение — на него то и ловят и демоны, и технологи. В итоге многие играют не в ту игру, которая разворачивается на самом деле. 
Ряженое добро привлекает массы возможностью покрасоваться, в то время как подлинное — наоборот. Подлинное добро требует подвига, которого массы сторонятся.

* * *

Избыточное доверие Западу — даже после Великой Отечечественной — вот что странно.  Вера не в себя, а в другого (доминанта на другом).  Возможно в этом сказывается сакральное желание всеединства (славянская мечта о Всечеловеке). Желаемое — должное — принимается за действительное — т.е. реально существующее. Слабое место русских, но и сила — когда мы об этом помним и стремимся исполнить. Предавая мечту о Всечеловеке, русские перестают быть русскими.

* * *

Может ли русский человек жить вне поиска истины — в другой системе координат? Может, но это будет человек вообще, а не преимущественно русский человек. А может ли человек как таковой не быть обеспокоенным поиском истины? Может, но тогда это будет человек, забывший или не знающий о своей человечности. Наша человечность, а не русскость — в жажде истины, просто исторически так сложилось, что жажда русских по этой части предельно велика. Так что человек может погибнуть только потому, что не может не искать истину. Но большинство уже не нуждается в этой старомодной штучке, причиняющей всякие там страдания...

* * *

Жажда истины — краеугольный камень русскости. В идее необходимости истины для жизни, в поиске истины, русский народ осуществляет себя в истории.
Впрочем, любой народ должен искать себя в истине, чтобы состояться внутренне. Иначе он утратит себя как народ и превратится в население, в потребителей...
Однако никакой народ, кроме русского, и, говоря шире, славянских1 народов в целом, не становится столь беспомощным при утрате своей центральной, сущностной интенции. Эта беспомощность и есть признак дара, предназначения, не исполнение которого чревато небытием.
Утрата своего направления, своего вектора исторического развития, движения — это утрата идентичности и жизнеспособности.

* * *

Народ — это тот нарратив, без которого человек не может себя собрать.

* * *

Обожествление алгоритмики — это антихрист в нас. Творческое начало в человеке — от Бога, и, как ни странно, именно его всячески атакуют под благовидными предлогами. Творческое начало выдавливают из человека на социальном уровне, так чтобы оно не имело опоры и поддержки, чтобы вырождалось, отпадало, исчезало. Механистичность человека — новая добродетель, которую предписывают всем, кто хочет жить. Если кто не вписывается в ту или иную алгоритмику, он болен или преступен, ибо является носителем «вируса» сопротивления новой, предписанной «добродетели». Без неё вход в новый мир невозможен, а с творческим избытком — тем более. Таков основной алгоритм времени.
Если что-то системно и технологично атакуется, там непременно атакуется какое-то творческое основание. Только атаки эти — скрытые, не явные. Всё, что явно, в лоб - пока лишь маскарад, прикрытие того, что происходит на самом деле. Но и это скоро пройдёт. Театр будет длиться совсем недолго.

* * *

Непонимание непониманию — рознь. Можно чего-то не понимать, а можно не хотеть понимать — это надо различать и в себе, и в другом. 
Тот, кто не хочет понимать, совершенно глух к аргументам
. Он искренне их не понимает, но именно потому, что не настроен понимать. В нём доминирует самомнение и предубеждение, что понимать в другом нечего — т.е. отключена сама возможность коммуникации и рационального рассуждения.
Отсюда бессмысленность и бесполезность большинства современных дискуссий, которые с некоторых пор носят не столько интеллектуальный, сколько духовный характер.

* * *

Россия и Антироссия — в чём разница? У них Христос разный.
А почему именно Христос? Потому что Россия может идти только за Христом. А если без Христа, то это Нероссия или Лжероссия, и не народ, а просто масса. Антихрист и масса не совпадают? Поначалу — нет, а потом да.
А русский атеист разве не русский? Русский атеист служит Христу, не называя Его, и не догадываясь даже, что служит Христу. Любовь его сердца всё равно тянется ко Христу, как бы ноги не бежали от Него.
Русский ищет Бога, чтобы ни искал, как бы ни называл
. Жажда русского — всегда по Богу.

* * *

Механичного в нашей жизни много — и личной, и социальной. Но человек в любой механистичной системе должен доминировать над механизмом — на случай сбоя системы или не учтённого системой случая. Человек вообще не помещается в систему, ибо личность — надсистемное явление.

Но сейчас наблюдается как раз обратное — человек становится механистичным. И даже когда у него есть возможность остаться человечным и надсистемным, он не спешит воспользоваться этой возможностью. Механистичность позволяет быть бесчеловечным и многим нравится эта ситуация, т.к. даже минимальная должность в системе даёт некую власть над другими и позволяет отказать другому человеку хоть в чём-то.

Главный ужас в том, что люди всё чаще бессознательно хотят и потому ищут повод унизить, оскорбить, наказать другого, причинить ему хоть какое-то беспокойство, неприятность, страдание. И хватаются за возможность жить без человека в себе — им это нравится. Это и есть тот самый антропологический кризис или, в религиозной парадигме, антихрист. Христос учит обратному.

* * *

«Во свидетели пред вами призываю сегодня небо и землю: жизнь и смерть предложил я тебе, благословение и проклятие. Избери жизнь, дабы жил ты и потомство твое» (Втор. 30:19). Это касается всех народов, но другие народы умеют жить на земле, русские же живут только устремлением к небу, иначе они перестают быть русскими. Не зря родилась формула самоидентификации «Россия, которой не нужен Бог, не нужна Богу».

* * *

К. С. Льюис в «Размышления о псалмах» пишет: «Иудеи грешили против Бога больше, чем язычники, именно потому, что были к Нему ближе. Когда сверхъестественное входит в человеческую душу, оно дает ей новые возможности и добра и зла. Отсюда идут две дороги: к святости, любви, смирению — и к нетерпимости, гордыне, самодовольству. Одной дороги нет — назад, к пошлым грешкам и добродетелям неразбуженной души. Если Божий зов не сделает нас лучше, он сделает нас намного хуже. Из всех плохих людей хуже всего — плохие религиозные люди. Из всех тварей хуже всего — тот, кто видел Бога лицом к лицу. Выхода нет. Приходится принять эту цену».
Одарённый, если падает, то падает ниже бездарного — это верно и для отдельно взятого человека, и для народа. Если религиозно одарённый народ впадает в ересь и отворачивается от веры и истины, он становится хуже бездарного. Одарённый, если падает, то падает ниже. Потому если кто пожелает падения всему Человеку до самой нижней точки, должен искушать религиозных гениев — иначе этой цели нельзя достичь.

* * *

Душа всякого человека — христианка, а не только прихожанина той или иной церкви. И касается это всех народов. Но русский человек более одарён в этом смысле (а значит и уязвим). Именно поэтому острота духовных проблем в России будет наибольшей (о том же говорил в своё время Брянчанинов2).

* * *

Именно потому, что для русского человека сила — в правде,  пострусский человек, растерявший свои идеалы, это оболваненный, побеждённый ложью человек.  И, возможно, оболванен более любого другого, потому что только это делает его немощным и безопасным для устроителей нового дивного мира.

* * *

«Пусть в нашем народе зверство и грех, но вот что в нём неоспоримо: это именно то, что он, в своём целом, по крайней мере (и не в идеале только, а в самой заправской действительности) никогда не принимает, не примет и не захочет принять своего греха за правду!» (Ф.М. Достоевский).

Пострусский человек - это побеждённый технологиями оболванивания человек. Он как раз потому пострусский, что принимает свой грех за правду.

* * *

Главное, что должен сделать христианин — переподчинить себя Христу (чтобы антихрист не имел шанса переподчинить его, душевного, себе — посредством хитрости). Пока Христос не воцарился во внутреннем человеке, христианин ещё не состоялся. Бывает, вся жизнь уходит на это переподчинение, кому-то жизни не хватает, а кто-то обращается в одно мгновение, а потом долгие годы уходят на то, чтобы удержаться в этом состоянии дарения себя Христу.
Здесь уместно вспомнить, что не всякое жертвоприношение Богу угодно — история Каина и Авеля тому пример. О ней стоит поразмышлять в контексте вышесказанного.

* * *

О чём бы люди ни говорили, они непременно ошибаются — не во всём, но во многом. Однако каждый ошибается либо в пользу Христа, либо в пользу Антихриста — особенно сегодня это заметно. И говоря о России, одни ошибаются в пользу России, другие в пользу Антироссии. 
Потому важно не то, что кто-то в чём-то ошибается (время нынче избыточно лживое), а то, на чьей стороне его сердце, и в пользу кого оно ошибается (кто для него свой, и кто чужой).

* * *

Смысл догматов — правильное исповедание. Ложное представление (исповедание) рождает ложное мышление, ложное понимание (трактовку) и ложную жизнь. Ложная жизнь приводит к ложным выводам и ложному выбору. Но догматы надо воспринимать не в отрыве друг от друга, а в целостности (это видение дарит Христос), чтобы видеть целую картину, а не фрагменты, и чтобы не принимать тот или иной фрагмент за целое.
Всегда обманывается тот, кто фрагмент воспринимает за нечто целое. Особенно опасно воспринимать за целое фрагмент чужой игры.

* * *

Это и есть духовный выбор (самоопределение) — либо самость, либо Христос. Самость всю заберёт себе Антихрист.
Кто не переподчинил себя Христу, того переподчинит себе Антихрист.

* * *

Когда под гипнозом человеку давали установку раскрыть зонтик, после выхода из гипноза, он раскрывал его, находя множество причин для этого — ложных на самом деле причин. Человек при этом уверен в том, что зонтик открыл по собственной инициативе, потому что в том была какая-то необходимость.

* * *

Люди, которые не различают самость и Бога, легко гипнотизируются через самость. Им можно внушить что угодно, согласное с самостью. Они примут любую реальность, в которой самость — бог.

* * * 

Кто со Христом, тот и прав. А как это понять? Для себя понять как-то надо? Не уверена, что это вполне возможно. Мы не можем быть судьями даже сами себе - наврём (мы никому не врём больше, чем себе).
Важно любить Христа и быть со христовыми. А то, кого я сочту таковыми и есть мой суд. Кого и каких любит мое сердце - в этом мой выбор. Ошибся я или нет - Бог рассудит.
Христос своих знает, а не я знаю. Христос во мне или не Христос  - это знает только Господь.
Можно ли спрашивать у Бога? Можно. Хотя ответ известен: «по плодам узнаете». Тонкость в том, что и этот ответ вполне понятен и посилен только христовым (это и значит «по плодам» - именно это!).
Истина не сокрыта, но она ускользает. Истина доступна, но до неё не дотянуться своей человеческой рукой - нужна рука Христова, чтобы достать до неба.

- Даже до своего собственного неба?
- До какого из них?

* * *

Понижение уровня культуры - одно, понижение уровня человечности - другое, хоть это и связанные между собой явления, хоть бесчеловечность,  в некотором смысле, тоже культурное явление (как антикультура), но она находится за гранью. Культура как метод - способ приобщение к человечности. Или бесчеловечности - но это уже антикультура, потому следует различать понижение культурного уровня  и то, что начинается после 0 как уход в минус.

Понижение уровня культуры ведёт в бесчеловечность и антикультуру, но сама антикультура не вписывается в рамки пониженной культуры, она античеловечна в отличие от культуры, даже самой низкопробной.

Культура как метод может быть человечной, бесчеловечной и античеловечной, ибо метод этот заключается в способности преодоления природных границ и созидании качественно новой нравственной природы, которая в свою очередь создаёт соответствующий мир и человека для этого мира.

Отсюда мир (и общество) может быть культурным, бескультурным и антикультурным. Последние два формата не надо путать друг с другом - это разные бытийные этажи. Бескультурность - это неразвитая душевность, антикультурность - это уже духовность со знаком минус, в которой душевность всегда порабощена.

 

Дневники 11 сентября 2017; 23 февраля, 18 мая 2018; 25, 29, 31 января; 3, 4, 5, 6, 12, 17 февраля; 30 апреля; 3 мая 2021

-----------------

* самость хочет в себе иметь, а не в Боге, сама хочет быть богом;

* *т.е. божественного в себе, а не своего - не путать с Богом.  См. демон Сократа.

1. «Все людское существо скрывает и хранит свою главную тайну в своем высшем идеале. Это относится и к европейскому человеку — его тайна в его идеале. Но какой же высший идеал европейского человека? Прежде всего это — самостоятельный и непогрешимый человек — человекобог. Все идеи и вся деятельность европейского человека пронизаны одним желанием и одним стремлением: стать независимым и самостоятельным, как Бог. По сути, над Европой властвует одно божество: непогрешимый человек — человекобог. В роскошном пантеоне Европы непогрешимый человек — верховное божество, остальные боги суть его производное или его отражение...
На другой стороне — славянский всечеловек. Его высший идеал, а в нем его главная тайна: всечеловеческое братство людей в Богочеловеке Христе. Во всех идеях и во всей деятельности славянского всечеловека можно усмотреть одну движущую силу: евангельскую любовь — вселюбовь. Ибо эта любовь по сути единственная сила, которая людей претворяет в братьев и соединяет их во всечеловеческое братство. Нет такого унижения, на которое бы не согласился славянский всечеловек, если это будет содействовать осуществлению всечеловеческого братства между людьми. Нет таких трудов и подвигов, на которые бы не согласился Христов человек, только бы они вели к цели: всечеловеческому братству. Служить каждому человеку и всем людям ради Христа — радость над радостями для славянского всечеловека-труженика. Его бессмертное желание: постоянно совершенствовать себя через Богочеловека, приобретая Его божественные свойства, и поработать Богочеловеку всей своей душой, всем своим сердцем, всем своим помышлением, всеми своими силами».
(Прп. Иустин Попович. Тайна европейского человека и славянского всечеловека)

«Богочеловек — смысл и цель истории; но не всечеловек, составленный из отходов всех религий, а всечеловек=Богочеловек» (Прп. Иустин Попович. Философия и религия Достоевского).

«Оправдать человека можно только в парадигме русской православной цивилизации. И я вам говорю: Россия - это единственное. У меня есть западные коллеги - они ни проправославные, ни прорусские. Французы, например, особенно ценят и любят хороший разговор, в хорошем ресторане, за хорошей едой. Так вот, люди умные, разные, что мне говорят? Мир катится в тартарары. Буквально! Я цитирую. Но я это знаю. Некоторые, не сговариваясь, смотрят на меня просительно. Я для них русская, хоть и коренная Геворгян. Кто-то знает, что есть какие-то армяне, а кто-то даже и не знает - все равно русская. Так вот они смотрят просительно: вы же - русские, можете придумать что-нибудь? Вы же умеете придумать то, чего никто не умеет! Придумайте что-нибудь, выведите нас из этого, не хотим в бездну!».
(Каринэ Геворгян. Интервью «Ждем ли мы перемен?», Радонеж)

Когда о подобном взгляде говорят как об этнофилетизме, не понимают главного в нём (Христа не видят, потому что не ищут Его - не хотят Его видеть). К таковым скорее подходит «Доброту чуждую видев, и тою уязвлен бых сердцем...». Святитель Тихон Задонский писал, что цель зависти в том, чтобы того, кому завидуют, видеть в неблагополучии. Каково? Она рождается, когда начинается благополучие другого; перестает, когда прекращается его благополучие и начинается злополучие.

2. «Недавно один Английский государственный человек, в собрании, в котором разсуждали, что бы предпринять против Русских, воскликнул: «Оставьте в покое этот народ, над которым особенная рука Судьбы, который, после каждого потрясения, способного, по-видимому, погубить его, делается сильнее и сильнее». После Севастопольской катастрофы, стоившей России 250 тысяч народа убитыми, в ней прибыло народонаселения более 6 миллионов. Эти миллионы разместились во все дома, между тем как Франция и Англия свои избытки должны постоянно выселять. Бедствия наши должны быть более нравственныя и духовныя. Обуявшая соль предвещает их и ясно обнаруживает, что народ может, и должен, соделаться орудием гения из гениев, который наконец осуществит мысль о всемирной монархии, о исполнении которой уже многие пытались». 
(Свт. Игнатий (Брянчанинов). Письмо 44)

ВОПРОС-ОТВЕТ 1:

Вопрос: Как вы относитесь к всеядному (или адогматическому) христианству?
Плюрализм, толерантность, свобода слова – это прекрасно. Но представьте ситуацию: христианская община-церковь, где провозглашается, что догматы веры не важны. Ну, "анафема Иисус" не скажут, а в остальном... верь более-менее во что хочешь.

Мой ответ: В главном - единство, во второстепенном - свобода и во всём любовь - идеальная формула. У нас зачастую то неглавное пытаются контролировать и «вещать» (и увещевать), то главное как-то странно понимаемое навязывать. Мышления нет, здравого смысла и той самой любви. Не могут различить главное и второстепенное. Самость царствует в душах, а не Христос - отсюда вся та глупость, от которой хочется бежать.
Мы все приходим из своей темноты, идущему во тьме необходимы маяки. Зовы! Догматы - это не только информирование о правильном направлении мысли, не только форма, в которую можно и нужно пробовать уложить свою мысль (как примерка у портного - сверка), это ещё и зов в подлинное, живое мышление (мышление-общение во Христе). Наши заблуждения нас разделяют, а правомыслие - единит. Странным образом субъективное мышление объективируется в истине, приобщается, а не просто научается чему-то. В этом приобщении возможно и состоит главный смысл догматов. Надо ведь через века пронести и сохранить Зов (не память о нём, а сам Зов).
Истинное представление о Боге - путь к Богу, оно ведёт к Богу в самом прямом смысле слова. Истинное субъективное представление - объективно.

ВОПРОС-ОТВЕТ 2:

Вопрос: Почему, когда хочется подвижничать,  часто наблюдается обратный эффект, и ближние становятся «мучениками» горе-подвижника.

Мой ответ: Потому, что хочется не в том месте, где следует. Важна точка стояния внутри - место стояния. Суета вовлекает в суетное русло, а чтобы богоугодничать, надо подняться на другой бытийный этаж. Суетное Я хочет не теми мышцами души, какими желает духовное Я - потому и получается не то. Важнее всего где находишься, когда намереваешься. От места зависит и качество движений, и качество хотений и способность к рассуждению. А порыв желаний обычно когда возникает? Когда чувствуешь своё занижение... Осуетился и из этой суеты возжелал - своей суетой возжелал, а не тишиной.

ВОПРОС-ОТВЕТ 3:

Вопрос: Где грань, отделяющая грешника от святого? В чём разница?
Мой ответ: Святой даже в грешнике ищет Христа, а не грех, а грешник поступает противоположным образом - и во святом ищет грех. Каждого влечёт то, что ему интересно. Пчела и муха!

ВОПРОСЫ:

Самоопределение личное - одно, а самоопределение народа - другое. Может ли человек вполне самоопределиться мимо самоопределения народа? Насколько личность свободна от народа?

Как происходит самоопределение народа? (технология подмены народа, вероятно, тут многое подскажет). Что есть личность в отрыве от своего народа? рода? Возможен ли отрыв в принципе? (Христос - не во мне, Он - в нас, и только потом во мне - потому что в нас).

«Сей нашего рода» - приговаривала Богородица в видении прп. Серафима Саровского. Златоуст говорил: народ - это святые, а не толпа людей.  История о помиловании народа, если в нём найдутся праведники - народ и его праведники...

Златоуст, когда говорит, что народ - это святые, это не какие-то недосягаемые люди, а мы же, но во Христе. Пока во Христе, пока и святые.

«И соблазнялись о Нем. Иисус же сказал им: не бывает пророк без чести, разве только в отечестве своем и в доме своем» (Мф. 13:57).

Народ - это форма? Метод? Голос? Идея? Заданность (не данность  - если по Златоусту)? Логос?

Ещё есть вопрос гордости и отпадения. От народа тоже отпадают? Отступники, предатели - это кто в мистическом плане?

Ставить своё Я выше - непозволительно, но можно уйти в сторону, в другую сторону. А в противоположную? Протипоставление всегда опасно. 

Антиномия народ и антинарод - недопустима как фашистская.

Народ и толпа - идущий и ведомая. У толпы нет идей и идеалов (она ведома извне - чужими), но есть страсти (хотелки).

«Без меня народ неполный» (Платонов). Один человек (личность) может быть воплощением или народа, или толпы - алгоритмы, принципы, форма, логос...

О толпе (массе, большинстве):

Настанет некогда время, и человеки вознегодуют, увидев неподверженного общей болезни, восстанут на него, говоря: «ты по преимуществу находишься в недуге, потому что неподобен нам».
Прп. Антоний Великий (Отечник, пар.41).

К этим словам прп. Антония Великого свт. Игнатий Брянчанинов добавлял от себя: «здесь весьма не лишним будет заметить, что этому одному надо очень остеречься помыслов ложного смиренномудрия, которые не преминут быть предъявлены ему демонами и человеками, орудиями демонов. Обыкновенно в таких случаях плотское мудрование возражает: неужели ты один прав, а все или большая часть людей ошибаются. Возражение, не имеющее никакого значения. Всегда немногие, весьма немногие шествовали по узкому пути: в последние дни мира путь этот до крайности опустеет».

Сайт Светланы Анатольевны Коппел-Ковтун

Добавить комментарий

Содержимое данного поля является приватным и не предназначено для показа.

Простой текст

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.
  • Адреса веб-страниц и email-адреса преобразовываются в ссылки автоматически.